— Оля, не руби сплеча. Ты не свежий и невинный цветочек, у тебя есть дочь.
— Не смей приплетать Эву. Мой ребёнок непричастен к тому, что ты не можешь удержать хозяйство в штанах! — тыкала пальцем в его сторону и была готова кинуться этому наглецу в морду.
— Давай возьмём паузу, я поживу у друга и когда ты будешь готова, я вернусь?
— Бери чемодан и топай. Я не хочу больше ни видеть, ни слышать тебя.
— Ты об этом ещё пожалеешь, — сузив глаза и скривив губы в самодовольной улыбке, проговорил мне Матвей.
— Уже жалею, что связалась с тобой и умудрилась выйти замуж!
— Да кому ты нужна, разведёнка с прицепом, — его фраза больно резанула по самолюбию и самооценке.
— Не думала, что ты можешь опуститься до такого и прикрывать собственную задницу хамством. Теперь розовые очки сняты, и свою суть ты показал во всей красе.
— Да я и женился-то на тебе ради того, чтобы больше не жить в съёмных халупах. Думал поживём немного и квартирку мне прикупим, вроде как для будущего Эвелинки. Но знаешь, я устал изображать любящего муженька.
— Ну и мразь же ты!
— Выбирай выражения. Иначе синяк на спине плавно перекочует и на другие части тела.
— Выметайся. Сейчас же, — проглотив горький, ком и вздрогнув от его угрозы, прошипела ему я.
Уже без прежних заигрываний он двинулся в мою сторону, и я отступила, судорожно соображая, чем можно от него в случае чего защититься. Нож далеко, в гостиной разве что диванную подушку подхватить.
— Не ссы, не трону. Зачем мараться.
— Господи, где были мои мозги, когда я связалась с тобой? — прошептала я, видя резкую перемену в почти бывшем муже.
— Наверное там, где недавно искала мои. В трусах, — хохотнул Матвей, а меня передёрнуло от его голоса.
Надо же, как резко он превратился из любящего мужчины в то, что стоит теперь передо мной. Правы были родители, ох как правы, что я поторопилась с замужеством.
«Господи, какая же я дура! — мысленно взвыла я. Хорошо, что Эва осталась у родителей и всего этого она не увидит».
— Может деньжат на съём квартиры подкинешь?
— К малолетке своей иди. Думаю, она с распростёртыми объятиями примет тебя.
— На хрена мне бесперспективная девка? Я поищу рыбку покрупнее. Ладно, заболтала ты меня. Зачем я вообще на тебя столько времени потратил? — и обойдя меня стороной, словно я какая-то прокажённая пошёл на выход. — Точно все вещи собрала? Не хочется больше сюда возвращаться.
— Ключи оставить не забудь, — попросила его и указала на дверь.
Не сказав больше ни слова, Матвей подхватил чемодан и, демонстративно бросив требуемое на тумбочку прихожей, от души хлопнул дверью. Я же устало прошла несколько шагов и опустилась на диван. После чего упав лицом в ладони, горько заплакала. Ревела, как раненная медведица и пыталась выдавить из себя всю боль от жалящих слов бывшего мужа.
Глава 3
Ольга.
Оставшуюся неделю до отпуска провела в каком-то подвешенном состоянии. Силой воли не давала себе скатиться в истерику и держалась лишь ради дочери. Матвей больше не напоминал о своём существовании, и я разрывалась в желании самой позвонить ему или удалить к чертям его номер. Но прекрасно осознавала, что, изменив один раз, он повторит это вновь. Простив вытирание ног о себя и свои чувства, я дам повод поступить так неоднократно.
И только сев в самолёт, позволила себе маленькое послабление в том, чтобы всплакнуть, но и тут это оказалось невозможным. Стюардесса, проходящая мимо меня остановилась и начала уточнять моё самочувствие.
— Вы летите первый раз и боитесь? — задавала она мне вопросы.
— Нет, нет. Всё в порядке. Просто я впервые оставила дочь с родными ради поездки, и это немного непривычно. Со мной всё хорошо.
Пришлось в срочном порядке брать себя в руки и наспех вытирать тыльной стороной ладони мокрые от слёз глаза. Путь был не близким и пару раз мелко вдохнув и, выдохнув, я сумела совладать с эмоциями. Не хватало ещё, чтобы из-за этого меня высадили из самолёта.
Весь полёт я тщетно пыталась уснуть, но нервное напряжение не отпускало до самой посадки. Лишь приземлившись, я сумела вдохнуть полной грудью и настроиться на небольшое приключение. До острова, где мне предстояло отдыхать, нужно добираться на катере и я, перехватив поудобнее ручку маленького чемодана, пошла навстречу океану и солнцу.
Когда мы погрузились с несколькими парочками на лодку, я порадовалась тому, что родители в своё время оплачивали мне дорогую школу иностранных языков. Мне не составило труда общение на английском с провожатым и даже удалось перекинуться парой фраз с молодожёнами из Германии. Они арендовали дом на воде, я же в бунгало на суше. Прибыв на место, улыбчивый островитянин проводил к нужному домику, и я наконец осталась одна.
Раскрыв чемодан практически у дверей, я извлекла из его недр купальник и едва не на ходу переоделась. Безумно хотелось почувствовать кожей ласковые волны и мягкость шелковистого песка. Усталость от перелёта ушла, едва я увидела эти прозрачные воды и тот самый лазурный цвет индийского океана.
С каким-то детским восторгом и лёгкостью я практически с разбегу влетела в воду и заливисто рассмеялась впервые за последнее время. Океан оказался настолько тёплым, что не хотелось покидать его, но по урчанию желудка и солнцу, сместившемуся вбок я поняла, что купалась не меньше двух часов.
— Как жаль, что я одна и меня некому даже сфотографировать на фоне этой красоты, — промелькнула мысль, но я отогнала её решив сделать хотя бы пару селфи для родных и подруги.
Вернувшись в бунгало, на столе обнаружила вазу с фруктами и с аппетитом съела несколько манго.
— Божественно, просто невероятно вкусно, — произнесла я вслух.
Привычки разговаривать сама с собой я раньше не наблюдала, но, видимо, от одиночества не только с собой, но и с невидимым другом заговоришь. Прочитав записку, оставленную для меня на столе, поняла, что еду мне стоит искать в основном здании находящимся неподалёку.
— Хоть какая-то компания и не придётся трапезничать одной.
Сняв мокрый купальник, я отправилась в душ, а после надев шелковый топ и шорты, пошла на поиски пропитания. По пути мне попалось лишь несколько парочек, которые, по-видимому, приехали сюда провести медовый месяц. Когда бронировала гостиницу я надеялась, что мы с Матвеем будем смотреться примерно так же. Влюблённые, занятые друг другом и никого не замечающие