— Стоп! Снято! Молодцы! Готовимся к следующей сцене.
Несмотря на команду, его губы еще какое-то время ласкали ее, а она не сопротивлялась, все еще пребывая в этом вымышленном мире. Когда Кирилл, наконец, отступил назад, Лика увидела в его глазах не только желание, а самую настоящую боль. Он явно хотел бы, чтобы это была не только игра…
К нему подошла гример, смахнула пуховкой бисеринки пота со лба, провела гребнем по волосам, в то время как он, засунув руки в карманы, не сводил с Анжелики взгляда.
— Боже, Кирилл по тебе все видно невооруженным глазом, ты отлично вошел в роль! Анжелика ты не боишься, нашего мистера Баринова? — смеясь, спросил Альберт и посмотрел на Кирилла. Тот лишь нервно усмехнулся и вновь накрыл ладонями ее грудь, чувствуя, как сильно бьется ее сердце.
— Так начали, первый дубль! Двигайтесь к кровати.
Кирилл, не отрываясь от ее губ, подтолкнул ее к постели. Она упала на прохладную простынь, в точности, как и в день кастинга, облизнула полные губы, обвивая руками его шею.
— Я хочу тебя.
— Тебе понравится.
Горячее дыхание обожгло шею. Нежные губы, медленно движение его языка.
Лика выгнулась, поддаваясь ему навстречу.
Нашла его губы, и они слились в долгом поцелуе. Дыхание перехватило. Кажется, она разучилась от восторга дышать!
Прогнув спину и вжавшись в него всем телом, она и не заметила, как его губы скользнули по ее шее, а потом он ловким движением откинул ее пеньюар и, обхватив ее грудь руками, прикоснулся губами.
Мгновение и софиты над ними перемешались в цветном калейдоскопе. Лика издала стон, обхватывая ладонями его спину.
Кажется, она уловила словно сквозь толстый слой ваты треск белья и только, когда почувствовала его нежные губы на своей обнаженной груди, поняла, что осталась в одних лишь кружевных трусиках. Кирилл обхватил ее сосок и припечатал к постели своим телом.
Его следовало бы остановить! Но она лишь откинула голову и застонала. Внизу живота пульсировало и наливалось приятной болью. Она хотела Баринова так же сильно, как и он ее сейчас.
Кирилл чуть надавил бедрами, и на мгновение показалось, что единственная преграда сейчас их воссоединения — легкое кружево ее оставшегося белья — просто не выдержит. Она обхватила его лицо и прижалась к его рту губами. Слегка прикусила, желая это все прекратить. Их глаза распахнулись одновременно.
— Прекрати Кирилл! — почти беззвучно прошептала она ему на ухо. — Это не по сценарию!
— Импровизируем.
Его шепот наполнил пространство вокруг нее и она, несмотря на слабый протест, все же прильнула к его телу, вновь отвечая на его жадный и страстный поцелуй.
— Стоп! Снято! Отлично! Лучше и быть не могло.
Кирилл мотнул головой и приподнялся над ней.
— Вставайте! — откомандовал режиссер, смотря на монитор.
Анжелика торопливо запахнула на себе халат, попыталась восстановить сбившееся дыхание. Кирилл, наконец, улыбнулся, протянул ей руку и помог подняться. От него шел жар, и запах его тела буквально сводил с ума.
— Это было ужасно, Кир! — выдохнула она, высвобождая свою руку.
— Ужасно? — Он ухватил ее за локоть. — Почему, малышка?
— Потому что ты не должен был прикасаться губами к моей груди, рвать на мне белье и …И так настойчиво и страстно себя вести!
— Ах, это, — он усмехнулся, облизнувшись. — Извини, не устоял.
— Не устоял?! И Альберт тоже хорошо, молчит!
— Прости! Голову снесло. — Он примирительно прикоснулся подушечками пальцев к ее щеке. — Ты просто свела меня с ума!
Лика ничего не ответила. Она направилась в свою гримерную, видя, как присутствующие провожают ее взглядом. Уже подходя к двери, она вдруг услышала свое имя в разговоре Кристины и одного из осветителей.
— Ты видел это? — Кристина хмыкнула, чем-то прошуршала. — Анжелика даже не сопротивлялась, хотя даже в сценарии такой откровенной пошлятины нет!
— Ага, и ей, по-видимому, понравилось, — парень засмеялся.
— А ведь у нее муж есть. Такой симпатичный, влиятельный, богатый. Хотя понятно, что перед Кириллом трудно устоять, но она замужем и все об этом знают!
— А ты откуда знаешь про мужа?
— Как откуда? — девушка на пару секунд замешкалась. — Так я в журнале видела их фотографию. Он у нее адвокат. Нет, ну если тебе так хочется с ним переспать, так сделай ты это где-нибудь в отеле, но не на съемочной площадке же! Правильно ведь?
— Конечно.
— Представляю, что будет, если ее муж узнает такие подробности.
— Да брось ты, никто не узнает! Зачем кому-то рассказывать обо всем ее мужу? Ну подумаешь, он ее всю обслюнявил, так она ж как стонала, слышала? Кино!
— Это-то, верно, он может и не узнает, но мы то все знаем! Они только что всем наглядно продемонстрировали, что между ними что-то есть!
— Без сомнений!..
Анжелика не в силах больше выслушивать подобные вещи зашла в свою гримерную и села на диван. Ее всю трясло. В душе разразились настоящие терзания. Она не могла поверить в то, что допустила этого, и она меньше всего на свете хотела, чтобы о ней так думали коллеги. Это как же теперь им в глаза то смотреть?! Что они все о ней будут думать?
— Стыд-то, какой! — проговорила Анжелика и закрыла лицо руками.
Альберт заметил, что Анжелика расстроена. Он также заметил, что и Кирилл взволнован. И он уж точно понимал, что происходит — этих двоих с неимоверной силой тянет друг к другу и между ними явно что-то есть. Ну, или будет, он в этом уверен!
— Кирилл! — Альберт кивнул, намекая подойти к нему. — На твоем месте, — начал он, когда Кирилл устало сел на соседний стул, — я бы подошел к ней. Успокоил ее, она же женщина! А все женщины чересчур эмоциональны!
— Если я к ней сейчас сунусь, она меня убьет, — серьезно проговорил Кирилл и взял из рук Саши стаканчик кофе. — Спасибо, парень.
— Тогда подожди пять минут!
— А я что, по-твоему, делаю? Черт, да я просто не смог устоять перед ней! Ты, тоже, кстати, хорош! Как режиссер мог бы остановить меня! Сценарий, не знаешь что ли?!
— Подожди, — Альберт рассмеялся и помахал пальцем перед лицом Кирилла. — Меня виноватым сделать у тебя не получится! Даже не думай! Да и вообще, я был заворожен вашей игрой.
Альберт хохотнул, а Кирилл сказал:
— Она сводит меня с ума.
Альберт покосился на него с небольшим удивлением. Пару раз, цокнув, произнес:
— Надо же! Я слышал от тебя миллион раз, что ты не можешь без той или иной женщины, только потому, что она хороша в постели, но клянусь, никогда прежде я не слышал, что женщина