Лика выдавила из себя улыбку. Она ценила мужа, но, когда он так говорил — ненавидела всем сердцем. Зачем снова и снова напоминать ей о прошлом?..
— Ты замечательная актриса. — Невозмутимо продолжил он, взял ее руку, их пальцы сплелись. — Но все же, ты в первую очередь моя жена! — его голос стал жестче, и Лика поняла, что сейчас с ним лучше не спорить.
— Я знаю это, Игорь и поверь, никогда не забываю. — Она виновато опустила глаза, тяжело вздохнула. — Просто я чувствую, что давно уже переросла себя. Мне надоело играть роли в этих бесконечных сериалах. Меня бесит амплуа веселой соседской девчушки, я хочу избавиться от этого клейма, а Альберт дает мне такой шанс, и я буду жалеть всю оставшуюся жизнь, если не воспользуюсь им!
— Я прочту, — заверил муж и убрал руку.
Уже поздно ночью, Лика вышла из ванной и увидела, что Игорь сидит в гостиной, рядом на столе лежит сценарий. По его взгляду стало ясно: он прочел. Лика подошла, села рядом, чувствуя, как сердце учащенно бьется, посмотрела на мужа. В ее больших зеленых глазах застыл немой вопрос.
— Лика, детка, мне не нравится эта идея! — не стал тянуть Игорь. — Альберт собрался снимать очень откровенное кино.
— Это просто мелодрама, фильм о любви! — воскликнула Лика, приложила ладонь ко лбу, спорить с мужем у нее не было никаких сил. — Там нет ничего такого, из-за чего бы стоило волноваться и переживать.
— Так, Лика, хватит! — Игорь повысил голос, и она замолчала. — У вас запланировано слишком много откровенных сцен! Разве это нормально?! Разве этого ты хотела? Ты ведь собиралась стать серьезной актрисой, а эта роль…
— Игорь! — прошептала она. — Для таких сцен существуют дублеры! Я не собираюсь сниматься обнаженной, я лишь больше всего на свете хочу, чтобы ты и моя мама мною гордились. Родной мой, это так важно для меня, другого такого шанса заявить здесь о себе у меня не будет! Академический театр, эпизоды в малобюджетных сериалах и фильм, который выйдет в прокат по всей стране, несравнимые вещи, неужели ты не понимаешь?!
Она обняла его, он в ответ прижал ее к себе.
— Конечно, дорогая, я все понимаю. — Игорь замолчал и это молчание, эта гнетущая тишина показалась ей, вечностью. — Только обещай, что никогда не придашь нашу любовь. Обещай!
— Ты что не против?!
— Обещай!
— О, Боже, спасибо! Я обещаю! Я никогда тебя не предам!
Глава 2
Спустя неделю, Сочи встретил Анжелику замечательной погодой.
— А я ведь ни разу не была в Сочи! — Прошептала она, когда они вышли из аэропорта сели в арендованный заранее автомобиль. Игорь хотел лично не просто проводить ее, но и довести до места назначения.
Игорь молча кивнул, занятый размышлениями. За время трехчасового полета он ни проронил ни слова. И это неприятно расстраивало. Она и сама изрядно нервничала и волновалась, но молчание мужа давило на душу непосильным грузом. Ей нужна поддержка, а не припечатывающее к земле чувство вины. Его равнодушие и намеренное молчание порождало в ней только это…
В полнейшей тишине они проехали пол часа. Игорь даже радио не стал включать. Лишь изредка сверялся с навигатором и тяжело вздыхал.
Анжелика поджала губы — муж расстроен, а потому продолжал молчать, лишь изредка одаривая ее суровым взглядом. Это все от волнения, она и сама волновалась и переживала — будущее не известно и волнительно. Подумала о предстоящих съемках и голову приятно закружило. Подумать только! Ее пригласил сниматься сам Альберт Баранчук! Это успех и небывалое везение, ведь шанс сняться в фильме великого режиссера современности выпадал не каждому!
— Скоро будем на месте. — Сухо сказал Игорь, и положил свою ладонь на ее руку.
Она расслабленно выдохнула, сказала, нахмурившись:
— Ты уедешь домой, а я на долгие месяцы останусь одна. Привыкла, что ты рядом.
Она сжала его ладонь.
— Ты скоро вернешься, — вздохнул Игорь и, сменив тему, недовольно пробормотал: — Ты уверена, что жилье вам уже оплатили?
— Да. Я буду жить в съемном доме с тремя другими актерами, по договору это роскошный дом на берегу моря!
— По-видимому, Альберт не жалеет денег, если снял дом на побережье.
А тем временем Кирилл Баринов только что покинул аэропорт Адлера и, выйдя на улицу, облегченно вздохнул. Так приятно было снова ступить на родную землю. Прошло больше пяти лет с последнего его визита в этот город, а ведь все свое детство до семи лет он провел здесь, в солнечном Адлере. Теперь Кириллу почти тридцать, их дом снесли еще двадцать лет назад, родители живут в столице, и ему незачем было возвращаться. Сочи остался для него просто воспоминанием из детства.
Кирилл опустил на глаза солнцезащитные очки и махнул подъезжающему такси.
До отеля он доберется за тридцать минут, а значит, есть еще время отдохнуть. Перелет оказался не простым, от волнения разболелась голова, воспоминания о прощании с Ольгой заставляли сердце сжиматься. Он не любил слез, особенно не любил и не мог видеть, как плачет женщина. Наверное, это у него осталось с детства, в котором он так часто видел слезы матери. Кирилл вздохнул, глотнул из бутылки воды, снова задумался. Ольгу было жаль, она так долго ждала, когда он вернется домой с очередных съемок, но он опять улетел, он просто не смог отказать своему давнему приятелю и режиссеру, благодаря которому весь мир узнал о его существовании, о нем — Кирилле Баринове. Конечно, он согласился на главную роль в фильме Альберта, а Ольга — его гражданская жена, и популярная актриса мюзиклов осталась дома в Москве.
Кирилл снял очки, потер пальцами уставшие глаза, посмотрел в окно. Город изменился до неузнаваемости, появилось множество роскошных отелей, ресторанов, магазинов, даже привычные глазу холмы, покрытые серой пожухлой травой и каменными осыпями, теперь казались золотистыми.
— Город изменился! — воскликнул водитель, словно прочитав его мысли. — Давно здесь не были?
— Давно, — кивнул Кирилл, поняв, что таксист его узнал.
— Автограф дадите? — спросил мужчина, посмотрев на него в зеркало заднего вида. — Моя жена несказанно рада будет, она обожает вас, а я ваши фильмы!
— Конечно! — охотно согласился Кирилл и вновь посмотрел в окно.
Конечно, женщины любили Кирилла Баринова, не любить его было невозможно — молодой, успешный, чертовски обаятельный с красивой голливудской улыбкой. Его черные короткие волосы слегка вились, серые бездонные глаза с прищуром в обрамлении густых длинных ресниц заставляли трепетать, а улыбка просто обезоруживала.
За воспоминаниями и