«Сердце» после недолгих раздумий ответила «да».
Но на этом новости не заканчивались. Доктор Эрн и его семья наконец расширили госпиталь, получив у города в аренду соседнее здание. Дочка их вышла замуж за Эникена, который повадился за ней ухаживать после отравления. Достойный молодой человек продолжал дело своего дедушки и искренне мечтал заполучить в нашу городскую библиотеку редкие экземпляры любовных романов.
Спрос на них по весне всегда неизменно возрастал.
Что касалось Тапиана, то парнишка исправно пил мой сбор и больше в белку не превращался. Таскал собственноручно приготовленное печенье Бьянке, продолжал работать в таверне у родителей и мечтал когда-нибудь встать во главе семьи. Но для этого ему следовало немного подрасти, как и моим помощникам — соседским мальчишкам.
Чтобы не бездельничали, господин мэр пристроил их после школы подрабатывать в мэрию. То листовки о празднике расклеивать, то мусор, разнесенный ветром по площади, собирать, то праздничные декорации для долгосрочного хранения подготавливать. Его семья вскоре ждала еще пополнения: вторая дочка мэра тоже вышла замуж, так что следовало освободить немного больше времени для внуков, перепоручив некоторые дела кому-то другому.
Но потом проверить обязательно! Как же без этого?
А еще за это время в нашем дружном городке случились неожиданные потери. Господин Файнк под старость лет взял да и переехал от нас, сумасшедших. Так нас всех и назвал, когда загружался в телегу. Его старшая сестра жила в соседней деревне, вот к ней под крыло он и отправился.
В тот же день уехала и еще одна уважаемая горожанка. Госпожа Тардам все же решилась искать свое счастье в столице. Этот городок оказался слишком мал для ее запросов. Уезжая в нанятом дормезе вместе со всеми своими сундуками, она искренне надеялась, что там мужчины бегают куда медленнее.
Ну и конечно, тетка Пегонья. Женщина все же потеряла за эти месяцы внушительное количество килограммов. А все дело в том, что повадился к ней в гости ходить мой Дифенс. Только приходил он в основном тайком, быстро набивал свое пузо всем, что находил, а тетка его потом по всему городу гоняла.
Но заявление в городскую стражу не подавала. Жалко ей было несчастного котика, который у меня, засранки такой, голодал — это я по нашей с ним укрепившейся связи слышала. Она еще и чай с ним по вечерам распивала, найдя в рыжем интересного собеседника для обсуждения кулинарных тем.
Случались в городе за это время и возвращения. Магистр Манморт, например, возместил мяснику и директору театра ущерб, нанесенный Озеньей. Театр наконец закончили ремонтировать, а актерская трупа вернулась в родные пенаты. В самое ближайшее время нам обещали показать новую постановку, но Робиан меня на нее пока еще не пригласил.
Видимо, надеялся, что удастся обойтись малой кровью — походом в ресторан, где в отдельных кабинетах-балкончиках можно подолгу целоваться. А еще там по всем правилам можно сделать мне предложение. На этом господин Манморт и Дифенс очень уж настаивали. Но сначала, конечно, знакомство с моими родными.
Папе уже не терпелось увидеть будущего зятя. Он в ответном письме так и написал, что, пока своими глазами этого сумасшедшего не увидит, ни за что не поверит, что кто-то добровольно позарился на мой вредный характер.
Вредностью я, кстати, пошла в маму. Хотя рядом с Робианом эту черту своего характера редко проявляла. Оно так как-то само собой получалось.
— Извините, — неожиданно услышала я мелодичный звонкий голос.
Открыв веки, которые закрыла, чтобы не ослепнуть, подставив лицо теплым лучам солнца, я увидела юную девушку в простом темно-синем платье. В руках она держала обыкновенную плетеную корзинку. Ее содержимое прикрывал кусок ткани.
Раньше я эту темноволосую барышню в нашем городе точно не видела.
— Вы что-то хотели? — поинтересовалась я мягко, стараясь даже не двигаться лишний раз.
Сердце чувствовало, что это оно — дождались! Но глаза увиденному пока верить не хотели.
— А правда ли говорят, что в этом доме будут жить ведьмы, которых другая ведьма — жена черного инквизитора — под свою защиту возьмет? — полюбопытствовала девушка как бы между прочим, но взгляд темных глаз оставался острым.
— Правда. Но не все. Мы с господином Страйксом пока не поженились. Да и бесплатно ведьмы жить не смогут — работать придется, пользу приносить себе и городу, — постаралась я быть честной и представилась: — Мое имя Тельма, я владелица лучшей в городе чайной. И ведьма по совместительству, — осторожно протянула раскрытую ладонь для рукопожатия.
Взглянув на мою ладошку, незнакомка скромно улыбнулась и все же осторожно пожала мои пальцы.
— А я Букада, будем знакомы, — произнесла она вежливо. И тут же обернулась к еще не остриженным ближайшим кустам. — Девочки, скорее выходите! Это она.
Эпилог
— Дорогие друзья, мы собрались в этот торжественный день… — начал мэр излагать заготовленную для нашего с Робианом бракосочетания речь.
— Ой, не могу-у-у… — заголосила тетка Пегонья, утирая бегущие по щекам слезы моим фамильяром.
Дифенс с таким произволом однозначно соглашаться не желал. Он к ней подкрался, чтобы его погладили, приголубили и прикормили чем-нибудь вкусненьким. С началом лета я посадила его на фруктово-овощную диету, которая моему котейке вообще не пришлась по душе. Вот он и побирался по соседям, а тут тетка Пегонья к репетиции свадьбы на площадь подоспела. Он-то знал, что в ее закромах всегда найдется что-то вредное и съестное.
— Да подождите вы реветь, госпожа Пегонья, — строго оборвала завывание леди Праксвел.
Именно она заведовала всей торжественной частью предстоящего нам мероприятия. Планировалось нечто грандиозное, чтобы, так сказать, не ударить в грязь лицом перед столичными гостями. Сегодня к вечеру в город через зеркала собирались переместиться и сослуживцы Робиана, и его друзья, и даже Его Императорское Величество вместе со свитой.
С очень ужатой свитой, потому что размещать их всех на ночь нам было попросту негде. И постоялый двор, и таверна, и гостевые комнаты в каждом доме — судя по спискам, каждый угол этим вечером заполнится под завязку. А ведь их же еще всех встретить необходимо достойно!
Вот леди Праксвел, как человек, знающий все правила, и взяла все на себя. Моя мама и тетка Ефросия помогали ей по мере сил, а Марошка справлялась с нехитрыми поручениями, которых за день тоже накапливалось много.
— Мы до вопросов жениху