А я собирался. Мой сын был слишком похож на меня, и его ждала та же неустроенная, половинчатая жизнь, в которой я до недавнего времени вовсе не видел смысла. Если я – кентавр, то и он тоже, а значит здесь ему не место. Я просто обязан забрать его с собой, и сделать это так, чтобы никто не заподозрил никакой мистики. Для этого мира мы с Питом должны умереть раз и навсегда. Меган рано или поздно утешится и начнет жить заново, если у нее не будет надежды снова увидеть сына. А для этого мне тоже нужно было тщательно подготовиться.
И все же, несмотря на твердую веру в собственное пророчество, я пока не сделал ничего необратимого. Не сжигал мосты, а лишь минировал их. Первым решительным шагом должна была стать поездка в Египет. И тут я испугался. День проходил за днем, я чуть ли не каждые полчаса поднимал трубку, чтобы набрать номер и заказать билеты, но так и не смог заставить себя позвонить. Была ли всему виной накопившаяся за последнюю неделю нервная усталость, или же я на самом деле не был готов к радикальным переменам, но я медлил.
Не знаю, сколько времени бы тянул еще с поездкой, если бы не Джесси. Поначалу я был слишком занят, чтобы поговорить с ней, а потом усталость и этот подсознательный страх заставили меня избегать приватных встреч. Я знал, что поступаю с ней нечестно. В отличие от меня, Джесси была молода и полна радужных наивных надежд. К тому же она уже давно убедила себя, что не является человеком. Поэтому мое пророчество стало для нее чем-то вроде недосягаемого за стеклянной витриной лотка мороженого – для ребенка. Я пообещал ей сказку, указал направление к ней, а сам спрятал голову в песок. Не удивительно, что Джесси не выдержала долгого ожидания.
Девчонка подкараулила меня в моем собственном кабинете, когда я по глупости задержался вечером, работая с какими-то документами.
- Марк.
Мне не нужно было поднимать голову от бумаг, чтобы увидеть ее взъерошенную мордашку. И так знал, что отпущенное на сомнение время закончилось. В глубине души даже испытал облегчение.
- Входи, Джесси.
Она скользнула в комнату и по своей извечной привычке пристроилась на подлокотнике кресла для посетителей. Я молча подвинул к ней телефон. С минуту она с непониманием рассматривала аппарат.
- Что вы хотите, чтобы я сделала, Марк?
- Заказала билеты в Каир. Для нас с тобой. И забронировала номера в гостинице.
Джесси взъерошила волосы и задумчиво посмотрела на меня.
- Вы боитесь, Марк? – наконец спросила она.
- Да, - честно ответил я.
- Я тоже...
- Ты можешь не ехать со мной.
- Нет, - Джесси покачала головой. - Вы же видели, что мы были вместе. Какой смысл вам ехать одному, если это ничего не даст. Сначала должна решиться моя судьба, чтобы потом смогла решиться ваша.
- Я не знаю своей судьбы, Джесси.
- Зато я знаю. Вы сами мне ее предсказали.
- И ты поверила?
- Вы поверили, Марк. Я же видела, вы верите каждому своему слову. Даже не вы... Словно сама Вселенная говорила вашими устами.
- Это глупо.
- Нет, - она снова покачала головой и мечтательно улыбнулась. - Когда мне было двенадцать, к нам приехал бродячий цирк. Я влюбилась в него. Даже думала сбежать с ними и стать цирковой наездницей. Хорошо, отец вовремя это понял и вразумил меня.
- Вразумил?
- Запер в подполе. Когда цирк уезжал. Я тогда долго ревела. Но я не об этом. Там была гадалка. Мадам Жюстин. Седая, неряшливая, пахнущая старостью и дешевым виски, необъятно толстая. Ее паланкин на манеж вывозили четыре пони. Конечно, это было дешевое шоу, и она просто говорила всем то, что они хотели услышать. Думаю, старуха была неплохим психологом. Мы, детвора, часто бегали к ее палатке, ведь мадам Жюстин была не только частью представления, но и своеобразным аттракционом. Она гадала всем желающим, чтобы привлечь побольше народу в цирк. Однажды мы набрались смелости и тоже попросили нам погадать. Сначала все шло, как обычно. Ну, сами знаете, все эти псевдо магические манипуляции, хрустальные шары, подвывания. А потом настала очередь Билли Саммерса. И мадам Жюстин вдруг прогнала его и вех нас. Но перед тем, когда Билли подошел к ней, ее глаза вдруг остекленели, и пару мгновений она словно смотрела в никуда, совсем, как вы тогда. Вечером старая гадалка не участвовала в представлении. Мы с Грейс, моей подругой, решили навестить ее. Когда мы сунулись в палатку, она плакала. Я никогда прежде не видела, чтобы люди плакали так горько. Мы попробовали ее успокоить, а она вдруг обняла нас, сказала, что мы замечательные девочки и должны очень беречь Билли. А потом опять прогнала, - Джесси замолчала.
- К чему ты мне это рассказала?
- Я не закончила, Марк. Просто, мне в голову только что пришла одна мысль. Сейчас объясню... Билли Саммерса тем летом сбила машина. Он погиб на месте. И я думаю, мадам Жюстин заранее знала об этом. Она... Мне кажется, Марк, она тоже была кентавром. Она...
- Она была толстой, - закончил я и усмехнулся.
- Да, - Джесси кивнула, - но не только. Еще она очень любила своих пони и никого к ним не подпускала. Всегда сама за ними ухаживала и управляла четверкой.
Несколько минут мы молчали, обдумывая каждый для себя эту историю.
- Как ты думаешь, много нас таких здесь?
- Не думаю... Не знаю, как вы, Марк, а я всю жизнь подсознательно искала кого-то похожего на меня. Точнее, непохожего на других. А встретила только вас.
- Еще мадам Жюстин.
- Да... К ней меня тоже тянуло. Может, сбеги я тогда с цирком, я стала бы настоящей волшебницей, - она помолчала. - Но я рада, что оказалась с вами, а не с мадам Жюстин. Как будто... как будто...
- Как будто это правильно, - мне вспомнилось видение из нашего прошлого, когда она только пришла наниматься ко мне на работу. Это действительно было правильно. Наша встреча стала поворотной не только для нее. Для