Минут десять нас поздравляли. Наконец, этот дурдом закончился. Я попросила мужа, чтобы меня отвели в склеп, хотела побыть на могиле матери. Он набрал одному из своих людей. Пока я ждала его, ко мне подползли змеи, не все, конечно. Меланья где-то горько рыдала об утраченной короне.
— Мы хотим извиниться за своё поведение… — начала Ирада.
Я окинула девушек взглядом, никто из них по-настоящему не раскаивался. Скорее всего они боялись, что я попытаюсь на них отыграться.
— Ваши извинения не искренние, поэтому я не могу их принять.
— Но как же? Учитывая ваше положение, вам теперь нужны придворные дамы, мы будем очень преданными. — Не унималась она.
— Ваша преданность ничего не стоит. Ваше воспитание удручает. Таким людям не место рядом со мной. Не досаждайте меня более своим присутствием. — Развернулась и ушла. Пусть подумают над поведением, впредь свой яд будут держать при себе.
Когда я пришла в склеп, почувствовала полное опустошение в душе. Бывает такое, когда много в себе держишь, а когда приходит время выговориться, наступает ступор.
— Мам… — провожу рукой по прохладному мрамору. — Я столько тебе хотела рассказать, а сейчас все мысли вылетели из головы. Но я хочу сказать спасибо за то, что спасла меня. И ещё, ты не права была насчёт Эльдара. Он хороший, правда. Да ты сама это наблюдаешь с небес, так что не тревожьтесь с тётей, со мной всё хорошо. Я в надёжных руках. Мой муж никому не позволит обидеть твою дочь. Мне кажется… — голос мой дрогнул. — Нет, я уверена, он сделает меня счастливой. А ещё, я кажется тоже влюбилась. Всё произошло так стремительно, что я в растерянности. И в то же время, мама, я смотрю на него, и на сердце тепло становится. И тут дело не в его внешности, хотя и в ней тоже. И всё же его отношении ко мне сыграло огромную роль. Я чувствую, что с каждым проведённым часом рядом с ним моя душа переплетается с его. Пафосно, конечно, звучит, но я так чувствую. Он говорит, что не умеет любить. — Я невольно усмехнулась. — Но знаешь, мамочка, его слова и поступки говорят иначе. Он любит меня. Я чувствую это, просто не готов произнести это вслух. А я хочу услышать эти слова, они для меня не пустой звук. И всё же, если он не может этого сказать, я настаивать не буду. Зачем? Если это не от сердца идёт, значит, и ненужно. Тут он прав. Это всего лишь пустой звук.
— Я люблю тебя… — эти три слова разрывают в клочья тишину, моё сердце пропускает удар, а потом как забьётся, словно перепуганная птичка в клетке. Я медленно разворачиваюсь, и вижу возле входа в склеп Эльдара. Он подходит ко мне, берёт мои руки в свои. — Прости, я невольно стал свидетелем твоей беседы с мамой. Должен был уйти, понимаю. Но не поверишь, я не смог, ноги словно приросли к полу. То, что я услышал, насчёт переплетение наших душ… У меня нет слов, чтобы описать. Может, подойдёт, восторг? Нет, слишком просто. Счастье?.. Нет, тоже не отражает моё состояние. Наверное, ты права, это любовь. Та, которую поэты воспевают в стихах. И вот опять я вынужден признать, что ошибся. Алин, я люблю тебя. — Он целует мои руки, а я плачу. Потому что это больше, чем простое признание в любви. Сейчас мне показалось, что мама благословила наш союз.
— И я тебя люблю. Не знаю, как такое возможно? Но я это чувству, ты мне веришь?
— Верю, Алин, ты не умеешь лгать. — Вытирает пальцем слезинку на моей щеке. — Моя нежная девочка со стальным стержнем внутри. Спасибо вам, — он повернул лицо в сторону гробницу. — За то, что подарили миру эту светлую девочку. За то, что научили её любви.
Ну вот как не любить такого мужчину? Мне кажется, я ещё не осознаю всю глубину чувств к нему.
Глава 50
Вечером мне пришлось выйти в крыло, где обитают ядовитые примыкающие. Завидев меня, они опускали глаза в пол и пытались слиться с ландшафтом. Вот и чудненько.
От служанки я узнала, что ходят слухи: глава клана им такую… характеристику дал, что ни один уважаемый мужчина не захочет связывать судьбу с подобной дамой. Короче, Эльдар забраковал этих претенденток. Тут я с ним солидарна, и это не месть, а суровая реальность. Таким не место среди знати, да и среди простых людей тоже. Ну ничего, жизнь их перевоспитает.
Переговорив со своей служанкой — которая в это время работала на кухне — о стоянии Лидии, я направилась к себе, и в том же месте, как и в прошлый раз, услышала голоса. Рыдала навзрыд Меланья, и её успокаивали. Увы, голос я не узнала.
— Да не плачь ты, сегодня ночью с этой дрянью будет покончено. Ключ-карту, что была у её служанки, мы незаметно скопировали, сегодня наш человек ночью эту выскочку навестит и обесчестит. После такого Эльдар Асланович не сможет на ней жениться, будь она хоть носительница чистой крови всех глав кланов.
— Убить бы её… — всхлипнула Меланья, — чтобы уж наверняка.
— Это уже перебор, я не готова рисковать жизнью своего рода. Ты знаешь, какое будет наказание.
Ну что ж, сейчас приму душ, накину халатик, и пойду мужу девственность дарить, пора бы уже. Кстати, нужно не забыть ему рассказать, чего задумали безголовые, ведь они походу дела даже не догадываются, что за ними пристально следят. Ну да ладно, скоро узнают.
* * *
Привела себя в порядок, и направилась к мужу. Знала, что он сейчас работает в кабинете. Открываю дверь, делаю шаг внутрь. От открывшейся картины у меня кровь забурлила. Никогда не думала, что мужчина, погружённый в работу, выглядит так… сексуально. Пиджак снят, рукава закатаны, облокотившись о стол изучает постоянно меняющиеся данные. Увидев меня в коротком халатике, он замер, с жадностью принялся поедать взглядом каждый участок моего оголённого тела.
— Кх… Алина? Что-то случилось?
— Ты ещё долго будешь занят? — интересуюсь, пытаясь скрыть своё смущение.
— Смотря зачем ты пришла. — Коварно улыбнулся, пройдясь по мне заинтересованным взглядом.
Эх, соблазнительница из меня никакая, зря я это затеяла.
— Ну тогда я пойду… — развернулась, и только сделала шаг, как мне прилетело в спину.
— Стоять. — Замерла. Слышу, как муж подходит близко, его горячие руки коснулись моих бёдра, мягко сжимая. —