Наконец, после невероятно долгих объятий, она оторвала голову от моего плеча, пронзительно посмотрела мне в глаза, а потом подалась вперёд и поцеловала в щёку.
— Спасибо тебе, — тихо добавила девушка, отступая назад и пряча смущённый взгляд в густых рыжих волосах.
— Алис, ты зачем приехала-то? И вправду за зубной щёткой? — решил я разбавить напряжение в воздухе. — Или про отца спросить? Сомневаюсь что-то.
— Дурак, — стукнула она меня. — Вообще-то я приехала устроить тебе взбучку, за то, что оскорбил меня сегодня.
— Оскорбил? — переспросил я, удивившись.
— А как ещё мне назвать твой поступок, когда я хотела сесть к тебе в машину, чтобы поговорить, а ты заблокировал дверь и уехал, едва не сбив меня! — скрестила на груди руки девушка.
Вова! — пронеслось у меня в голове. Похоже, что ему не посчастливилось пересечься с Алисой. Вот ведь совпадение, и что только она делала в нашем районе?
— Прости, видимо обознался, — изобразил я виноватую улыбку.
— Даниил, хватит уже! — топнула она.
— Ладно-ладно, — поднял я руки вверх. — Каюсь, виноват. Но сама теперь понимаешь, почему я так спешил и не взял тебя с собой.
Она ещё раз окинула взглядом тотальный разгром и понимающе кивнула головой:
— Тебе есть где переночевать?
— Что за намёки, Распутина? — рассмеялся я. — Твой отец не оценит такого гостеприимства.
— Да ну тебя блин! — вновь стукнула она меня, но на этот раз уже с улыбкой.
— Так, у меня остался только один целый стул на кухне, — сказал я. — Поехали в Жан-Жак, угощу тебя хорошим кофе и заодно обсудим дела.
* * *
Цветочная лавка Уваровых
Сколько раз я не приезжал в наш магазинчик после ремонта, никак не могу насладиться тем преображением, что произошло с этим местом. Вот только сегодня цветочный почему-то оказался закрыт.
Поднявшись в квартиру над лавкой, я обнаружил там маму с телефонной трубкой в руках.
— Привет! — улыбнувшись, зашёл я в свой старый дом. — Пустишь блудного сына?
Она обрадованно помахала мне и мы тепло обнялись. Всё-таки мои визиты сюда не такие и частые, так что мы каждый раз успеваем как следует соскучиться.
— Ты чего с сумкой? — чуть приподнялись её брови.
— Да вот решил ремонт наконец-то затеять, пустишь ненадолго обратно? — хохотнул я.
Она расплылась в улыбке и отмахнулась.
— Да ну тебя, Дань. Как же я могу такого известного и уважаемого человека не пустить? — подмигнула она мне. — И к тому же это здание всё ещё тебе принадлежит, не забывай.
Закинув сумку к себе в комнату, я налил чаю и сел за стол:
— А почему цветочный закрыт?
— Поставщики опять плохие цветы прислали, мне совесть не позволяет такими торговать, вот пытаюсь до них дозвониться, чтобы оформить новый заказ, — отмахнулась она.
— Опять? — мне резануло слух это слово. — Это не в первый раз происходит?
— Да, что-то у них проблемы какие-то в последнее время, — покачала головой мама, отложив телефон, где уже несколько минут безуспешно продолжался дозвон.
— В последнее это в какое? Сколько поставок они запороли? — тут же включился в работу я.
Чутьё опытного управленца мигом распознало, что здесь творится что-то неладное.
— Да вот недели две как у них владелец сменился. Они ничего не нарушают, всё вовремя привозят, просто цепочки поставок нарушились, времена непростые и из Голландии маршруты стали длиннее и дольше, — объясняла она.
Но я понимал, что говорит она не своими словами, а стандартными отговорками нерадивого поставщика. Вовремя я решил заехать в гости, как говорится.
— Так, — строго сказал я, сбрасывая вызов на её телефоне. — Неси мне договор с ними, акты приёма-передачи и претензии, что ты отправляла на их имя. Ты ведь отправляла претензии каждый раз, когда они срывали поставку, как я тебя учил?
Мама закивала головой, словно послушная ученица и через пару минут на столе передо мной уже лежали все необходимые бумаги.
— Что ты собираешься делать? — теребя чашку в руках, спросила она.
— Планирую немного потренироваться, а то что-то давно не разминался, — хищно сказал я, сложил бумаги в кожаную сумку и вышел из дома.
* * *
Поместье Юсуповых
— Владельцы завода по производству полиграфических красок наотрез отказываются продаваться, — сообщила Кристина отцу, едва заметно вжав плечи и ссутулившись.
Она прекрасно понимала что сейчас будет и Павел не разочаровал её:
— Да как они смеют отказывать моему представителю⁈ Это немыслимо! — вскочил он из-за своего кресла.
Его нервы уже были на пределе. Аристократ, привыкший контролировать свои эмоции и всегда трезво смотреть на вещи, нынче закипал от малейшей плохой новости. Точнее он закипал от любой негативной новости, связанной с газетой Уварова.
И то, что обе фабрики, которые были ему необходимы, чтобы расправиться с газетой Уварова, отказывались идти на его условия страшно его бесило.
— Значит и этим придётся заткнуть рот деньгами. Начинай срочный выкуп их акций. Нам необходимо срочно взять эти производства под контроль, — словно полководец, отдавал он распоряжения своей дочери.
— Но мы переплачиваем, — попыталась возразить Кристина, видя, что ярость и желание мести не дают её отцу трезво оценивать ситуацию. — За фабрику, где производят бумагу мы переплатили почти вдвое, чтобы собрать контрольный пакет акций.
— Это мои деньги! — рявкнул на неё Павел. — Не смей указывать мне как их тратить! Иди и выполни свою работу, завтра к закрытию торгов мы должны контролировать поставку бумаги и краски для газеты Уварова. Это не обсуждается.
— Хорошо, отец, — поджав губы, выдавила из себя Кристина Юсупова,
Она уже много раз пожалела, что вообще привела в их дом эту ревнивую девицу, что шпионила для них под боком у Даниила Уварова. Нет, предложенный девушкой план был действительно хорош и по своему гениален. Новая газета городского уровня требовала кратного увеличения необходимых расходных материалов и благодаря шпионке, они узнали с какими фабриками заключил контракты Заневский вестник и выкупили контрольные пакеты акций этих фирм.
На этом месте многие бы просто отказались поставлять материалы для этой газетёнки, но тогда Уваров бы просто разместил заказ в другом месте. И тут мстительная девушка смогла удивить Кристину и Павла Юсуповых. Она предложила им выполнить поставку по договору, вот только сделать это некачественно. Изменить рецептуру чернил и бумаги. Испортить их таким образом, чтобы они разом вывели из строя всё оборудование в типографиях Заневского вестника. Воистину женское коварство во всей красе. Такое могла придумать лишь обиженная и брошенная девушка.
Но этот план стал обходиться для Юсуповых слишком дорого и Кристина это понимала, вот только её отец был ослеплён жаждой уничтожить бизнес Уварова и не хотел её слушать. Они покупали неликвидные, крупные