Бладборн. Чёртов Бладборн. Давно забытая игрушка, столь неожиданно ворвавшаяся в мою песочную жизнь.
До того, как злополучно утонуть в песках сна, я не то чтобы фанател от неё, но с миром был хорошо знаком, не раз пройдя игру, а потому хорошо понимал размеры хтонического ужаса, в который судьба-затейница решила меня втянуть.
В самый, Морфей его усыпи, эпицентр.
— Нужно что-то решать, — встал я из-за стола, направившись к заколоченной двери.
Артур не был сильным физически. Пусть парень и не голодал, но и какими-то физическими активностями особо не занимался, да и сам по себе был не шибко внушительной палкой с ручками и ножками, из-за чего пришлось немного попотеть, чтобы снять доски и, наконец, со звоном колокольчика выбраться на улицу.
— Боги, какой омерзительный воздух, — восхищённо прошептал, сощурившись.
Наверное, уже завтра я начну воротить от этого запаха нос, но сейчас, когда всё хорошо забытое старое вновь стало новым…
Даже мерзкая вонь канализации, плотно переплетённая с горьким привкусом гари, словно в насмешку судьбы смешавшая в себе вполне сносный аромат духов и свежеиспеченного хлеба, несла определённый, уникальный шарм.
Шарм, что в полной мере раскрывался едва уловимым амбре крови. Столь густой и вездесущей, что она успела здесь пропитать, кажется, каждый дом.
— Ненавижу тёмное фэнтези, — привычно буркнул я, лениво зевнув, с удовольствием сощурившись от столь простой, но живой реакции.
Ярнам. Милый городок, в который последние годы крайне активно стекается народ со всего света в поисках исцеления. Мир этого времени ещё довольно плохо был знаком с нормальной медициной, а потому весточка о том, что существует некая жижица, способная и ногу поломанную собрать, и от туберкулёза вылечить, и от холеры спасти — дорогого стоит.
Чего уж скромничать, мир, в котором я песок ронял ещё при жизни, и сам бы точно не смог похвастаться спокойной реакцией на лекарство от всех болезней.
Увы, как это принято в мире, где дерьмо прописано практически в законах мироздания, бесследно употребление крови не проходило и зависимые люди потихоньку обращались в чудовищ.
Те, кто эту кашу заварили, попытались угрозу пресечь, но не прекращением распространения исцеляющего яда, а этим же исцеляющим ядом, то ли умышленно закрыв глаза на явный парадокс, то ли не рассчитав собственные силы, создав организацию охотников на чудовищ, что эту кровь глотали литрами: не так-то просто, будучи обычным человеком, победить нечеловечески сильную тварь.
Причём, будто этого всего мало, силы чудовищ между собой сильно разнились, в зависимости от изначальной силы человека.
Из-за специфики семейного бизнеса Артура я даже знал про появившийся недавно налог, облагающий владельцев местечковых заведений, если они использовали кровь. Более того, налог не предполагал, что сама Церковь поставляла кровь, нет. Налог платился просто по факту использования ядовитой крови. Где и как она будет добыта — это уже другой вопрос.
Можно только представить (в моём случае — очень ярко, спасибо памяти Артура), как воротило Сэндов от всех этих трендов.
— Паб находится на бомбе замедленного действия, — пробормотал я, проводив взглядом улыбающихся детей.
Улицы уже успели немного отойти от очередной кошмарной ночи, наполнившись людьми. Город, несмотря на все ужасы, пока ещё процветал, мало напоминая практически опустевший, обезумевший кошмар из воспоминаний.
Полный любопытства взгляд подмечал тысячу и одну деталь. И пусть воспоминания Артура и так дали мне избыточную информацию, любой согласится, что свой опыт всегда ярче чужого:
Мимо проходили женщины в длинных юбках и шляпках, преимущественно таскавшие с собой корзины; мужчины предпочитали ходить в кепках и жилетках, некоторые могли похвастаться пиджаками. Естественно, без застёжек.
По одному взгляду можно было определить оборванца, пьяницу, ремесленника или представителя класса повыше, которых в сравнительно небольшой, узкой улочке на отшибе Ярнама, было не так уж и просто найти.
Мрачных фигур в пальто, охотящихся на чудовищ, глаз не подметил. То ли не их время, то ли им просто нечего делать в этом районе.
— Прекрасное место для старта бизнеса, — хмыкнул под нос я, обратив внимание на небольшой горшок с цветком, растущий прямо у входа в паб. — И как ты только пережил эту ночь, дружище?
Цветок, словно поняв меня, чуть устало склонился. Моя улыбка стала теплее.
Раз Артур несчастное растение даже во смерти припомнил, то с моей стороны будет очень неправильно дать ему умереть. Нужно будет его немного попозже полить. Впрочем, для начала хотелось бы привести себя хоть немного в порядок.
Развернулся, вернувшись в паб, принявшись по памяти тела искать зеркало и бритву. С этим проблем никаких не было.
Критично осмотрев юное лицо, начал аккуратно, негромко запев себе под нос, сбривать растительность с лица.
Она нынешнему ему-мне совсем не шла.
Наверное, прозвучу немного самоуверенно и глупо, но я не собирался никуда убегать.
На это были причины.
Во-первых, я дал обещание владельцу тела, уже на момент нашей маленькой сделки примерно понимая, что меня будет ждать. Будет интересно взглянуть на Церковь и Бюргенверт собственной персоной. Словом, город оказался чуть в лучшем состоянии, чем я думал изначально.
Во-вторых, мне хотелось попробовать как-то повлиять на тот ужас, что ждал этот город.
Всё же, мой песок нёс в себе оттенок золотистого света, а не беспроглядной тьмы. Это было тяжелое, но осознанное решение, которым я очень гордился, между прочим! И собирался быть последовательным в своих решениях. Хотя бы постараться.
В-третьих, по-настоящему страшные твари, способные дотянуться до моей души, плевать хотели на Ярнам. Я могу отправиться хоть за море — найти меня будет не так уж и сложно. Чтобы скрыться, мне нужно будет отказаться от тела и, роняя песок, бежать из этого мира. Знаем, проходили.
Отказываться от тела я не собирался ни при каких обстоятельствах. И ведь вместе с телом была и кое-кто ещё, а её я бросать на произвол судьбы не собирался! Точно не после всех стараний и подарка воистину самой прекрасной леди мироздания — леди Удачи.
И наконец, в-четвёртых.
— Кровь-кровь-кровь… — окрасились карие глаза в цвет песка, отдавая слабым светом золота. — Где её достать больше всего, как не в Ярнаме?
Мой голос стал чуть более зыбучим. Проявление песочной сущности было настолько незначительным, что вообще почти не влияло на материальный мир, но оно было.
И благодаря выпитой крови проявление стало чуть-чуть, на самую капельку, сильнее.
Этот мир предложил мне не только живое физическое тело, что само по себе было даром свыше, но и возможность проявить силу за пределами родного Царства, в материальности. Сама потенциальная возможность награды в