Но он уже заметил! Уже обратился ко мне!
— Мне нужно с вами поговорить, — коротко поясняет и уходит обратно в свой кабинет.
Стою, не в силах сделать шаг. Понимаю, что у меня нет выбора. Я должна пойти за ним, должна зайти в его логово… Вот только чем это для меня закончится?
Собравшись с духом, все же следую навстречу судьбе. В голове перебираю все возможные варианты, что я могла бы такого сделать, чтобы так его заинтересовать. И все варианты сводятся к проекту.
— Проходите, — Павел Евгеньевич уже сидит за столом. Он жестом приглашает меня занять свободное место, а сам в это время что-то делает в компьютере.
— Я всю неделю пыталась найти подходящее решение, — на всякий случай сразу стараюсь оправдать столь длительное выполнение задания. — Перебрала столько вариантов, что и сейчас не уверена в правильности проекта…
— Проект не бывает правильным или не правильным, — поворачивает ко мне второй монитор. На нем действительно открыт мой проект. — Мы не архитекторы и не инженеры конструкторского бюро. Наши проекты могут оказаться только соответствующими ожиданиям заказчика и не соответствующими его ожиданиям.
— В моем случае заказчик — это вы? — конечно же это так! Но волнение такое сильное, что, прежде чем задать вопрос, подумать я забываю.
— Действительно, сейчас у вас весьма требовательный заказчик, — явно говорит о себе. — И самое главное, что вам удалось не только удовлетворить мои требования, но и удивить меня!
— Я сумела вас удивить? — смотрю на свой проект и на всякий случай проверяю все детали. Не могу поверить, что это действительно сделала я.
— У вас весьма необычный подход к делу, — подтверждает он. — Большинство из моих сотрудников стараются копировать мой стиль. Им не хватает индивидуальности. А их работам не хватает жизни.
— Значит я смогла пройти испытание? — в последнее время воспринимаю проект только так. Иначе не получается оправдать все пережитые страдания и потраченные силы.
— Испытание? — улыбается. — Это вовсе никакое не испытание. Скорее тест. Тест на сообразительность, внимательность, вкус…
— И я его прошла? — не важно, как именно начальник называет свое задание. Главное, что я сумела все выполнить.
— Прошли, — даже смеется. Но по-доброму. — Зря вы переживали. Это было задание, чтобы понять, на выполнение каких проектов вы способны. И хочу сказать, что ваш результат меня впечатлил.
— Значит я могу рассчитывать вести настоящий проект? — ничего страшного, что Катя получила свое задание на несколько дней раньше. Зато моя работа наверняка будет интереснее. Хотя и сложнее…
— Да, у меня есть для вас подходящая работенка… — переключается на другую вкладку. — Мой старый заказчик. Я создавал для него дизайн около трех лет назад. Но сейчас он внезапно решил его переделать.
Павел Евгеньевич открывает документ и передо мной появляется невероятно красивый проект интерьера для большого загородного дома.
— Разве здесь может понадобиться что-то переделывать? — не могу даже представить себе причину, из-за которой это все может не нравиться.
— В жизни бывают разные случаи, — жмет плечами, показывая, что еще не вникал в суть. — Главное, что я уверен в вас и знаю, что своими исправлениями вы не испортите мой проект.
— Ни за что не испорчу! — на самом деле от одной только мысли, что мне предстоит редактировать работу начальника, трясутся руки. Одновременно чувствую и радость, и страх.
— Я знаю! — переключается на почту и перекидывает на мой адрес свой проект. — Работы там давно закончены, но можно не бояться что-то менять. Сергей — человек богатый. Для него это не те расходы, из-за которых он будет переживать.
— Хорошо, я это запомню, — даже представить себе не могу, какие же расходы тогда окажутся значимыми.
— Вот и хорошо, — Павел Евгеньевич постепенно закрывает открытые окна. — Сейчас скину контакты для связи…
Начальник закрывает последнее окно и на мгновение передо мной оказывается его рабочий стол, а на нем установлена фотография очень красивой девушки.
— Вот так, — открыв одну из папок, копирует документ в почту. — Здесь его электронная почта и адрес. Свяжитесь с ним и договоритесь о встрече.
— Хорошо, — слушаю в пол-уха, но все же понимаю задание.
Перед глазами до сих пор стоит лицо девушки. Оно кажется мне очень знакомым. Но спрашивать у начальника, кто она, не собираюсь. Это ведь не мое дело.
— Больше вас не задерживаю, — Павел Евгеньевич отворачивает монитор к себе.
— Спасибо за доверие! — поднимаюсь и выхожу.
Оказавшись в коридоре, закрываю за собой дверь и замираю. Лицо девушки не уходит из моей головы. Она будто смотрит на меня с экрана и просит вспомнить, кто она такая.
— Нет, я вряд ли ее знаю, — все же прихожу в чувства и иду к кабинету. Не пристало мне лезть в личную жизнь начальника. Разве что…
Только сейчас осознаю, что девушка с экрана может быть возлюбленной нашего босса. И это объяснило бы его аскетизм. Он просто не хочет общаться ни с одной женщиной, кроме нее одной!..
— Ты чего такая задумчивая? — Марина останавливает меня, когда я прохожу мимо.
— А ты случаем не знаешь, чье фото у Павла Евгеньевича на рабочем столе? — этот вопрос меня настолько цепляет, что спрашиваю, не задумываясь о последствиях.
— Только никому не говори, — администратор переходит на шепот и жестом подзывает меня к себе. — Об этом мало кто знает, но это фотография его супруги. Последнее ее фото до гибели…
«До гибели…» — эти слова влетают в мысли и бьют по сознанию. Они вырывают из глубин памяти другой образ — девушки, так неудачно попавшей под колеса автобуса во время моей весенней сессии.
— Я никому не скажу, — шокированная, медленно направляюсь к своему кабинету.
Перед глазами стоят два очень похожих образа одного человека. На первом девушка выглядит счастливой и жизнерадостной, а на втором — полной отчаяния.
Но главное, что теперь я понимаю причину отстраненности Павла Евгеньевича. И понимаю, что мы с Катей поступаем с ним очень нехорошо.
Глава 21 Сомнения
Медленными, неуверенными шагами иду к кабинету. В голове борются два противоположных желания: отменить все и оставить все, как есть.
Не знаю, как поступить правильно. Ведь стоит мне сказать Кате о том, что нужно прекратить наш спор, оставить пари не разрешенным, она наверняка решит, что я придумала все специально, чтобы ей помешать.
Подхожу к двери, дотрагиваюсь до ручки и… отдергиваю руку, словно прикоснулась к раскаленной поверхности.
Нет! Я не могу вот так открыто взять и выдать всю правду. Не могу просить ее прекратить спор из-за одной только совести. Моей