— Я провожу тебя. — И, предугадав ее возражения, заявил: — И даже если ты против, я пойду следом.
Мора вздохнула. Погасив все лампы и закрыв дверь кафе, мы оказались на морозе, который сковывал дыхание.
Шли молча. Я не хотел злить ее еще больше, поэтому не спешил заводить разговор. Вот только почему молчит Мора? Я думал, у нее накопилось много слов в мой адрес, а тут ни намека на обвинения, которые я однозначно заслуживал. Идти пришлось недолго, и вскоре мы пришли к маленькому двухэтажному дому, стоящему отдельно от других. Я взял Мору за руку и развернул к себе.
— Мы еще поговорим, Мора.
— Хорошо, — тихо ответила мне она и убрала руку из моей ладони, а затем быстро взбежала на крыльцо по небольшой лестнице и скрылась за дверью.
Пару минут я глупо пялился на дверь зеленого цвета, пока не почувствовал, как мороз пробрался под пальто. Пора возвращаться в свой временный приют.
Всю дорогу до дома под хруст снега под ногами я рассуждал, как же мне разобраться в странных исчезновениях магов и вернуть Мору. Обе задачи казались неразрешимыми. В одной было много несостыковок и темных пятен. В другой — одна разозленная ведьма.
Мора
В тот вечер в кафе Себастьян был не похож на себя: нарочито тих и осторожен. Он, вероятно, чувствовал мои эмоции и смятение. Я не смогла разгадать его мыслей. Он говорил, что нам надо поговорить, но прошло уже пять дней, а он лишь изредка забегал к нам в кафе поужинать. От жителей я слышала, что он опрашивает тех, кто знал прежних магов. Только мне кажется, зря он тратит столько сил и времени на это занятие. Ясно же, что маги попросту не выдержали суровой и скучной жизни севера, вот и сбежали в более приятные места.
Я украдкой разглядывала Себастьяна в эти редкие минуты, стараясь не привлекать внимания. Он не сильно изменился с нашей последней встречи, разве что волосы стали чуть длиннее, а взгляд — более холодным. Но стоило ему улыбнуться, как он превращался в прежнего милого парня, в которого я влюбилась и, судя по ускорявшему бег сердцу в эту минуту, любила его до сих пор.
Сегодняшний рабочий день подходил к концу, а Себастьяна все не было, и я заволновалась. Но помня, что стоило ему чем-то заняться, как он мог забыть обо всем на свете, я решила собрать скромный ужин — оленье рагу и сыр — и отнести его в контору мэра. Я знала, что Себастьян там — на днях мэр жаловался на его трудоголизм. Говорил, что Себастьян много времени проводит в кабинете, который раньше занимали маги.
На улице, как и всегда, было свежо. Снег скрипел под моими ногами, а кристально чистый воздух, казалось, искрился от мороза. В детстве я любила зиму, прогулки, снежки и долгие вечера перед камином с мамой. Сейчас же этого у меня было вдоволь, и хотелось хоть на день почувствовать дуновение теплого весеннего ветра, щебетание птиц в кронах деревьев и прикосновение солнца на коже.
Здание мэрии стояло недалеко от кафе и встретило меня одиноко горящим окном на втором этаже. Остановившись перед дверью, я приложила руки к груди. Смелости прийти сюда мне хватило, а вот войти — нет. Постояв немного, я закрыла глаза и толкнула дверь, которая приоткрылась с противным скрипом, впуская в коридор полоску тусклого света. Внутри было тихо. Сделав глубокий вдох, я шагнула вперед, готовясь к тому, что меня там ожидало. Себастьян сидел за массивным столом, освещенным небольшой лампой. Как и во всем здании, в его кабинете царил влажный холод, который не могло разогнать небольшое пламя в камине. Себастьян посмотрел на меня изумленно.
— Что ты здесь делаешь так поздно? — Он встал из-за стола и направился ко мне.
— Ты не пришел ужинать. — Я протянула ему корзинку. — Я принесла тебе немного еды.
Себастьян взял у меня корзинку и поставил на стол, затем указал на кресло напротив. Он достал все, что я принесла, и принялся за остывший ужин. Ел молча, иногда поднимая на меня свои серые глаза. Я же мяла перчатки от волнения и желания уйти. Сбежать от мужчины, сидящего напротив и так волнующего меня. Интересно, что он чувствует от встречи со мной спустя столько времени? И как может отреагировать на новость, что он отец?
— Спасибо, Мора, — закончив с ужином, он прервал молчание. — Я не заметил, как настал вечер. Столько пришлось узнать, связанного с этим делом, что голова идет кругом.
— Понимаю. — Я встала и принялась убирать посуду обратно в корзинку. — Не буду тебе мешать.
Я была занята делом и не заметила, как Себастьян подошел и обнял меня со спины, немного притянув к себе.
— Ты никогда не мешаешь. — Его дыхание щекотало шею.
— Я лучше пойду, — пыталась я вырваться из обжигающих объятий и, к моему удивлению, это удалось.
— Останься, — тихо произнес он, — я тебя провожу.
— Не нужно.
— Мора, я не кусаюсь, — рассмеялся Себастьян. — И я говорил, что хочу поговорить с тобой.
— О чем? — севшим от волнения голосом спросила я.
— Как ты жила все эти годы?
Я изумленно посмотрела на Себастьяна. Что он хочет знать о моей жизни? Такой простой вопрос, а я не знала, как на него ответить. Опустившись обратно на стул, я, к своему удивлению, начала рассказывать ему, через что мне пришлось пройти. Рассказала, как до приезда сюда три года жила в родной деревне, а потом, после неуместных и грубых ухаживаний соседа, сбежала на север, познакомилась с Лорой и открыла свое кафе. О Ксандере я пока умолчала. Себастьян не перебивал мой монолог, внимательно слушал и не спускал с меня внимательного взгляда. Наконец он подошел и опустился на стул рядом со мной.
— Прости, — с горечью произнес он. — Я виноват перед тобой. Тебе и сыну было тяжело все это время.
Вздрагиваю от услышанного, все это время надеялась, что он пока не знает о нем, но и это от него не укрылось.
— Ты знаешь?
— Мэр рассказал, что он у тебя еще та непоседа, — улыбнулся Себастьян и притянул меня к себе.
В его объятьях мне почему-то всегда становилось спокойно. Хотелось остановить мгновение, так и стоять, окутанной его теплом и легким запахом вишневого дыма. Мне не хватало этого все эти дни, прожитые без него. Слезы предательски защипали глаза.
— Почему ты не разыскал меня раньше?