Торги уже начались. И за взрослых мужчин шли не в пример бойчее, чем за детей. Сейчас уже не две грузные тётки торговались, а, по меньшей мере, человек десять и каждая хотела себе заполучить моего зеленоглазика. Для себя я решила, что он именно мой, никому его не отдам! Наконец, опомнившись, моментально включилась в торги и перебивала все ставки, которые называли.
Минут через десять активных торгов, я уже, честно говоря, стала немного волноваться. А хватит ли мне на всё денег? Я же совсем не разбираюсь в товарно-денежных отношениях этого мира и совершенно не знаю ценность имеющихся у меня сейчас монет. Участвующие в торгах на меня поглядывали кто-то удивлённо, кто-то зло, а кто-то с искренним непониманием того, что здесь вообще происходит. Потому как пока мне удавалось перебивать все ставки, но я начала сомневаться всё ли у меня получится, и не знала, как мне быть.
Я почувствовала, как меня кто-то тихонечко тянет за рукав платья, опустила взгляд и увидела рядом с собой маленького мальчишку.
— Госпожа, вам передали, — он протянул мне четыре мешочка, наполненных монетами.
— Спасибо, — поблагодарила его и забрала из рук мешочки.
Видимо, не я одна переживала за то, что мне денег не хватит. Спасибо брюнеточке, думаю, это она подсуетилась и организовала передачу мне кошельков.
После этого я, наконец, успокоилась, перестала волноваться за деньги и уверовала в то, что теперь мне точно на всех хватит, поэтому торговалась уже яростно не переживая ни за что. За каждого парня, который выходил на помост, я билась до последнего, до тех пор, пока не выкупила всех, не позволяя ни одной из местных женщин забрать кого-либо.
Стоило только организатору объявить, что торги закончены, как ко мне направилось несколько дамочек, видимо, хотели побеседовать, но я пока была не готова к общению, потому сбежала к организатору оформлять документы.
А всех выкупленных мужчин я, как и детей, доверила Алану.
Пока оформляла документы, мужчина-организатор смотрел на меня с удивлением и, наконец, не вытерпев, заискивающе спросил.
— Простите, госпожа, я ни разу вас здесь не видел, вы не местная? Откуда вы?
Я приподняла одну бровь, посмотрев на него снисходительно, словно не понимая, что это за расспросы тут мне устроили, да и кто вообще, какой-то продавец. Притом, стараясь сохранить беспристрастное лицо. На самом же деле, этот вопрос выбил меня из колеи, ведь я не ожидала подобных расспросов и не была к этому готова, заранее не придумала себе легенду и настолько растерялась, что даже не сообразила сразу, что ему можно ответить.
— Деми, — прошелестел голос у меня в голове, — Можешь не переживать, расскажи ему о себе, пусть оформляет всё, что положено, а я сделаю так, что он всё о тебе забудет.
— А бумаги? Они-то ведь останутся?
— Нет, будет только твой экземпляр, — ответила она.
— Спасибо! — выдохнула я.
Спокойно рассказала, кто я такая и продавец удивлённо поохал, а потом его взгляд вдруг остекленел и он стал оформлять документы без дальнейших расспросов, молча и ни на что не отвлекаясь. Спустя двадцать минут он, наконец, отдал мне все документы о сегодняшних покупках. Итак, я стала хозяйкой десяти малышей и семнадцати мужчин. Ужас, это, конечно, совсем мало по меркам этого мира, но с чего-то нужно же начинать.
Закончив с документами, вышла из палатки организатора и направилась к Алану. Мужчины стояли с ним, а вот детей здесь уже не было. Зато была брюнеточка.
Она подошла ко мне и обняла меня крепко. Сейчас я могла её рассмотреть, не торопясь. Невысокая, симпатичная, мягкое овальное лицо, прямой носик, тёмно-каштановые волосы волнами лежали на плечах, но самое примечательное, это то, что у неё глаза фиолетового цвета с переходом в лиловый. Необычно, но очень красиво!
— Спасибо! Как же я тебе благодарна за помощь! Не знаю, чтобы я без тебя сегодня делала. Каждый раз, когда я вижу, что творится на этой площади, меня трясёт от возмущения, — сказала она очень эмоционально.
— А как часто здесь такое происходит? — спросила у неё.
— Не сказать, чтобы часто. Детские торги проходят не чаще раза в год, а взрослые вообще оказались внеплановыми Я так понимаю что все эти парни от одной хозяйки, которая почила. А вообще взрослые торги происходят примерно раз в три месяца. Я Аделия, кстати.
— Я Деми, — протянула ей руку для пожатия, — Где дети?
— Их уже проводили в мой дом. Тут недалеко, совсем рядом с площадью. Там мои помощники должны были их искупать и накормить. Предлагаю нам проследовать туда же. Думаю, что на нас скоро начнут обращать много внимания.
— Ты права, тем более, что нам всем нужно поговорить, веди! — предложила ей.
Зеваки-мужчины действительно уже начали поглядывать на нас. Стройной толпой мы двинулись за Аделией. Алан подошёл ко мне, взял меня за руку. А зеленоглазик посмотрел на нас так пронзительно, что захотелось подойти к нему и обнять, но пришлось себя сдержать. Нужно сначала поговорить, а потом уже всё остальное.
Дом и правда находился недалеко от этой площади. Каменный, трёхэтажный, наверняка достаточно просторный, с большой прилегающей к нему территорией.
В доме нас встретили мужчины, оказалось, что это мужья Аделии. Я только сейчас обратила внимание на то, что в её волосы вплетены десять косичек. Значит, у ней столько одобренных богиней мужей. Умница какая.
Первым делом нам всем предложили обед. Мы расселись взрослыми в столовой на первом этаже. Детей здесь не было, насколько я поняла, их уже искупали, накормили и расселили по комнатам. Обед был разнообразным: мясо, рыба, птица — всё очень вкусно и сытно.
Я сидела рядом с Аланом, а зеленоглазик успел скользнуть на стул с другой стороны, рядом со мной. Наконец, утолив голод, мужчин отправили в купальни, чтобы привести себя в порядок, а затем предложили спуститься вниз, чтобы решить, как быть дальше.
Мы же с Аделией уединились в кабинете.
— Я хочу рассказать тебе о себе, но сначала я хочу, чтобы ты принесла мне клятву о непричинении вреда мне и моей семье.
— Ты меня удивляешь, но я согласна, интрига.
Аделия принесла клятву и я начала рассказ о себе, о богине, моём попаданстве, об Агате и её подарке, о моём даре.
— Я хочу забрать мужчин и детей к себе в поместье, там я смогу снять с них ошейники, сделать их свободными и, скорее всего, к ним вернётся магия.
— Ты можешь снять ошейники с мужчин?