— Асмира, ты правильно меня понимаешь. Мою кузину ложно обвинили в тягчайшем преступлении, наказание за которое — каторга.
— И что же мешает твоей кузине обратиться в Высочайший Суд, не прибегая к моей помощи?
— Асмира, преступление было совершено двадцать лет назад и на нем стоит печать секретности. И только ты можешь приказать пересмотреть это дело, поскольку его величество Франциск Второй не в состоянии вести дела.
Асмира не спешила соглашаться. Ей не нравилось копаться в прошлом. Особенно в чужом прошлом.
— И что же случилось двадцать лет назад?
Изабелл пересказала дочери историю Миранды и Флавия. Ровно до того момента, как её кузина оказалась в селении троллей. Асмира не перебивала. Но с каждой минутой её лицо мрачнело и бледнело. А в груди распускалось и цвело чувство, которое она убивала в себе все эти годы, с первого дня своего замужества. Она слишком поздно поняла, что сердце её супруга занято другой женщиной. И эта женщина даже после своей смерти не хотела освободить место для законной супруги. И как бы Асмира не старалась быть самой лучшей супругой, королевой и матерью, Франциск продолжал любить ту, другую. Любить и оплакивать.
Что случилось с Севериной, Асмира не знала. Даже статус королевы не помог Асмире что-то узнать о кончине соперницы. И вот теперь, судьба преподнесла Асмире на блюдечке то, что само так и просилось в руки.
Королева так и не дала окончательный ответ матери, сказав, что ей нужно подумать. Но письменное изложение истории Миранды, которое принесла Изабелл, взяла. Оставшись одна, она долго не могла решить для себя — вмешиваться ли ей в это дело или же устраниться. Разумеется, помочь невинно пострадавшему человеку нужно. Но вдруг в этой истории откроется что-то такое, что лично ей, Асмире, трудно будет принять?
И все-таки, желание поставить в этой истории точку, победило. Что бы там не выяснилось, лучше знать, с чем имеешь дело, чем всю оставшуюся жизнь гадать, чем ты хуже той другой.
Асмира вышла из своих покоев и приблизилась к дверям, за которыми находились апартаменты Франциска. В приемной в кресле дремал личный целитель короля Марсис. Королева недолюбливала этого целителя. Марсис был высокомерен, горделив. А между тем, состояние Франциска не только не улучшалось, а становилось все тяжелее. Неведомый магический недуг, который вот уже не первый год терзает короля, не поддавался лечению.
От звука шагов Марсис проснулся. Увидев королеву, степенно поднялся и изогнул свою высокую и худощавую фигуру в подобии поклона.
— Ваше величество, признаюсь, не ожидал вас увидеть в столь поздний час, — целитель бросил взгляд на настенные часы. Близилась полночь.
— Как себя чувствует мой супруг? — Асмира пересекла приемную и остановилась возле двери в спальню короля.
— Его величество уснул полчаса назад. Сегодня был особо сильный приступ. Я отослал своих помощников отдыхать, а сам вот … наблюдаю.
Асмира усмехнулась. Да, она видела как «наблюдает» Марсис, сладко посапывая в кресле. Не говоря больше ни слова, Асмира вошла в спальню супруга.
В темной комнате горел лишь один небольшой кристалл на прикроватном столике. Запах микстур, благовоний вызвал у Асмиры желание отгородиться от всего этого, будто магический недуг мог каким-то образом коснуться и её. Она присела на кровать и вгляделась в изможденное болезнью лицо супруга. Как бы она хотела видеть Франциска полным сил и жизни! Да, он не любил её, зато она любила! И даже задетое женское самолюбие не могло убить эту любовь.
Она осторожно распахнула ворот ночной рубашки супруга. На груди короля висел кулон, который на самом деле не был просто украшением. Только предъявителю этого кулона повинуется магический страж в Тайной канцелярии.
Франциск даже не шелохнулся, пока Асмира осторожно снимала с его груди кулон. Ничего, ей можно. Она его супруга, её помыслы чисты от преступных замыслов против короля. Она действует не во вред, а во благо.
Покинув спальню короля, Асмира не стала тратить время зря. Пройдя через череду коридоров и переходов дворца, она оказалась возле входа в старую башню. Эта башня одна единственная осталась от старого дворца. Непревзойденная магическая защита делала эту башню неприступной. И именно в этой башне располагалась Тайная канцелярия.
Зачарованный страж отступил в сторону, стоило Асмире продемонстрировать кулон. Поднявшись по винтовой лестнице на третий уровень, королева вновь показала кулон второму магическому стражу.
В круглой комнате всё пространство было занято высокими стеллажами с выдвижными ящиками. Едва Асмира сделала первый шаг через порог, как к ней подплыл полупрозрачный старик в старомодной ливрее и длинными волосами, забранными в хвост. Королева невольно отшатнулась. В Тайной канцелярии она была впервые и понятия не имела, с кем и с чем ей придётся здесь столкнуться.
Призрачный старик изобразил перед королевой замысловатый финт ногами и склонился в глубоком поклоне.
— С кем имею честь разговаривать? — призрак уставился на королеву, но Асмире показалось, будто он смотрит сквозь неё.
— Я королева Асмира, супруга короля Франциска Второго, — голос Асмиры чуть дрогнул. Ей ранее не доводилось беседовать с призраками.
— Одну минуту, я сверюсь со списком, — старик тряхнул рукой и из его широкого рукава вытянулся свиток. Призрак шустро перебрал его руками, отматывая в конец списка.
— Да, ваше имя указано в семейной летописи. Чем могу быть полезен, королева? — старик снова изобразил поклон.
— Я хотела бы взглянуть на дело двадцатилетней давности. Дело о смерти невесты короля. Северины Босколл.
— Прошу вас, королева, присядьте.
Асмира уселась на небольшой диванчик и зябко поёжилась. Ей было холодно от тревоги, разливающейся в груди. Что сейчас она найдёт в этом деле?
Буквально через пару минут старик подал королеве тонкую папку, почти невесомую, будто в ней ничего и не было. Но папка не была пустой. В ней лежали два листа бумаги, исписанных размашистым почерком. Первым документом оказалось заключение королевского целителя Марсиса, который осматривал Северину и присутствовал при её кончине. В заключении было сказано, что смерть наступила вследствие сильного кровотечения. У Северины произошёл выкидыш, кровотечение остановить не удалось.
Асмира почувствовала, как её сердце сжимается. Северина носила ребёнка Франциска. Значит, он потерял не только возлюбленную, но и их дитя.
Вторым документом было признание Северины, записанное с её слов. В документе было указано, что Северина приобрела зелье, именуемое ведьминой пудрой в городке Пилар, в лавке старухи Гауль.
Старуха Гауль, значит? То есть фейри и его супруга на самом деле не виновны. И есть смысл разобраться в этом деле.
Глава 37
Асмира, вернувшись в апартаменты супруга,