Он наклоняется, берет свою рубашку и джинсы, чтобы начать одеваться. Никогда нельзя быть слишком осторожным в отношении тех, кто может быть с прослушкой. Проработав с нами так долго, он знает, что к чему.
Все в сборе. Боунс, Грейв, Кросс, Лука и Хейвен. Думаю, Найт написал Луке. Затем Хейвен позвонила Жасмин. Это одна большая вечеринка. Эмили пролежала без сознания в моей постели последние восемь часов. Доктор Лейн ждёт, чтобы проведать её. Он взял у неё анализы, пока она спала, но он хочет внимательно осмотреть её в течение следующих двадцати четырех часов, поэтому Грейв уступил ему свою комнату, чтобы он мог переночевать, пока мы ждем, когда она проснется.
Боунс издает рычание.
— О чем, блядь, она думала?
— Она через многое прошла, — огрызается Хейвен.
Лука кладет руки на плечи жены, чтобы успокоить её.
Все на взводе.
— Это то, что говорится в этом отчете? — спрашивает Кросс, садясь на диван.
Джеффри поворачивается, чтобы посмотреть на него.
— Нет.
— Спасибо, — протягиваю ему руку.
Это будет стоить мне кучу денег. За его помощь всегда приходится платить. Но я всегда был готов заплатить.
— Почему ты солгал?
Мы все оборачиваемся и видим Эмили, входящую в гостиную. Она похожа на жертву бомбежки. Она всё ещё покрыта пеплом, и по всей коже у неё черные пятна. Её некогда идеальный макияж размазался под глазами.
— Эм…?
— Почему ты солгал? — она пристально глядит на маршала.
— Зачем ты устроила пожар? — спрашивает Боунс.
Эмили
Я перевожу взгляд на Боунса, когда отвечаю ему.
— Это все должно было сгореть дотла.
— Господи, — шипит Титан.
Боунс подходит ко мне, и его глаза прищуриваются, когда я поднимаю на него взгляд.
— Ты что, совсем ебнулась, блядь?
Жасмин кладёт руки ему на грудь и отталкивает назад.
— Дай мне поговорить с ней.
Она не дает никому возразить и хватает меня за руку, таща обратно в спальню Титана, затем закрывает за нами дверь.
— Ты что, совсем спятила? — шипит она, мягко повторяя его слова.
Я не отвечаю.
— Они собираются запереть тебя в психушке, — огрызается она.
Опускаюсь на край кровати.
— Пусть.
Мне бы не помешало побыть немного одной. Может быть, тогда обрету немного тишины и покоя.
— Эмили, ты несешь чушь, — она падает передо мной на колени.
— Больше ничего не имеет значения.
— Не делай этого, — Жасмин качает головой, а её рыжие волосы падают ей на лицо. — Не сходи с ума. Ты сильнее этого.
— Я?
— Да, — рявкает она, вскакивая на ноги, и, наклонившись, хватает меня за плечо и тоже поднимает на ноги. — Тебе нужно взять себя в руки, Эмили! Ты подвергаешь опасности свою жизнь. Для чего? Ради родителей, которые развелись?
— Ты не представляешь, каково это! — отталкиваю её от себя.
Это нечто большее? Ложь? Предательство? Я переспала с деловым партнером моего отца, чтобы спасти свою мать. И он был женат на ней. Я стала грёбаным эскортом. Трахалась с Титаном и Боунсом одновременно. Всё, что я делала, не было нормальным.
— Что? Считаешь себя отпрыском неблагополучной семьи? — она смеется над этим.
— Нет. У меня просто никого нет…
Её лицо каменеет, а зеленые глаза сужаются.
— Понимаю. Я знаю это лучше, чем ты. Но между нами есть разница. У меня не было возможности убежать от этого, — с этими словами она поворачивается и выходит из комнаты, хлопнув за собой дверью.
Она немедленно открывается, и входит Титан.
— Пожалуйста, уходи, — шепчу я срывающимся голосом. — Я хочу побыть одна.
— В прошлый раз, когда ты была одна, ты устроила поджог своего дома.
— Почему это может сделать Кросс, но когда это делаю я, это грёбаная трагедия? — говорю сквозь стиснутые зубы,
Он хмурится.
— Эмили…
— Пожалуйста, просто прекрати, Титан, — мои плечи начинают трястись от гнева. — Умоляю тебя. Просто прекрати.
— Я просто хочу помочь тебе.
Задерживаю дыхание.
— Я не хочу тебя.
Это самая большая ложь, что я когда-либо говорила, но это нужно было сказать. Я влюбилась в него, и это была самая глупая вещь, что я когда-либо могла сделать.
Титан подходит к сумке, стоящей на полу, и расстегивает её. Найт подобрал её с пола, когда вытаскивал меня из горящего дома. Он достает мой посадочный талон, который я распечатала перед тем, как устроить пожар.
— Что это, на хер, такое?
— Я еду домой.
— Это твой дом, — он указывает на пол.
Почти смеюсь.
— Что это? Королевство? Вегас? — качаю головой. — Я не была здесь много лет.
Подойдя ко мне, он смотрит на меня сверху вниз.
— Позволь мне высказаться предельно ясно, Эмили. Ты, блядь, не уедешь завтра. Или послезавтра, ты меня понимаешь?
— Ты не можешь заставить меня остаться, — у меня сжимается сердце. Чувствую себя такой потерянной. Смущенной. Совершенно одна, несмотря на то, что он стоит прямо передо мной.
Его челюсть дергается, а руки сжимаются в кулаки, сминая мой билет. Думаю, он собирается наорать на меня, но вместо этого поворачивается и направляется к двери спальни. Он дёргает ручку, но останавливается и разворачивается ко мне лицом. И затем бросается на меня, прежде чем я успеваю пошевелиться, его руки оказываются в моих волосах. Его губы на моих губах, и он целует меня. Со страстью. С яростью. Это смесь любви и ненависти. Его язык проникает в мой рот, и у меня перехватывает дыхание.
Когда он отстраняется, я хватаю ртом воздух. Открыв отяжелевшие глаза, смотрю на него снизу вверх.
— Титан…
— Однажды я позволил тебе уйти от меня, Эм. Я больше не повторю этой ошибки.
От его слов у меня наворачиваются слезы.
— Ты меня слышишь? Я не позволю тебе уйти. Только не я. Не в этот раз, — он проводит большим пальцем по моим припухшим губам. — Останься здесь, со мной. Позволь мне всё исправить. Обещаю, я докопаюсь до сути всего этого.
Первая слезинка скатывается по моей щеке.
— Позволь мне заботиться о тебе. Позволь мне любить тебя.
Глава 31
Титан
Практически не дышу, ожидая, что она ответит мне. Я обязан Найту всем, чёрт возьми. Он спас ей жизнь, когда я