Он достал брелок BMW – ключи от машины. Протянул мне.
Я с недоумением уставился на брелок.
– Серьёзно?
– Ну да, это корпоративная машина. Пока меня в Цуге нет, она всё равно простаивает. Да и надоело мне штрафы за превышение платить – камеры везде. Должны же они понимать, что это быстрое авто! Права у тебя есть, надо полагать?
– Конечно! – С давних пор без российских прав за границу я не выезжал – никогда не знаешь, как судьба повернётся.
– Отлично. Когда мне понадобится машина, я дам тебе знать, не переживай. Документы в бардачке, добавь через HR своё имя, я им сообщу.
Я с благодарностью взял ключи.
– Спасибо! Что ещё могу сказать!
– До Рима можешь сгонять, если хочешь, но в Сицилию уже не стоит – далековато для пробега. – Он засмеялся. – И на немецких автобанах не переусердствуй – не шучу.
– Принято, буду себя контролировать, – ответил я. – Ну что, тогда везу нас до офиса?
– Нет, не надо. Я тут на полчасика задержусь, прогуляюсь по набережной. Езжай.
Сев за руль, я увидел, как он перешёл дорогу, поправил шарф и, подняв голову, неспешно зашагал вдоль берега – мимо зимних лебедей, ярких скамеек, к дальней части набережной, ведущей наверх, за поворот, куда добирались лишь редкие прохожие.
Глава 18
Вручив мне ключи от машины, Дэн Рой в буквальном смысле подарил мне крылья.
Тёмно-синий биммер, словно только из салона, вселял уверенность, обеспечивал комфорт и выглядел в моих глазах пределом инженерной мысли. Три литра, двести с лишним лошадей, полный привод! Красная подсветка приборной доски, чёрный салон. Такой машины у меня ещё не было!
Под отелем имелся закрытый паркинг – со шлагбаумом, местом по номеру и идеальной тишиной. Вопрос с безопасностью вверенного мне болида был решён.
В предпочтительной реальности в этой машине рядом со мной должна была с шиком разместиться новая знакомая – Хлои, оказавшаяся достойной внимания девушкой, прямой и лёгкой в общении. Но жизнь вносила свои коррективы.
Как выяснилось, Кло в контакте со мной интересовала лишь одна тема. Да-да! Никаких ухаживаний, ресторанов и прочего обязательного пакета, что я предоставлял практически каждой новой своей девушке в Москве.
И причина – кто бы мог подумать! Она не хотела, чтобы кто-то из близких (тем более родных) застукал её с приезжим иностранцем! Для настоящей швейцарки, работавшей, к слову, в офисе Siemens по соседству, это было на грани табу.
В итоге отношения с прекрасной Кло ограничивались еженедельными встречами у меня в номере, куда она проникала после сауны, поднимаясь на второй этаж не на гостевом лифте, а по тихой внутренней лестнице.
Такая непростая эта швейцарская культура: лебеди с озёр не улетают даже зимой, спортивные BMW записываются на компании, а смешанные голые бани компенсируются пуританскими нравами.
* * *
Ладно, пока на календаре зима, есть шанс опробовать знаменитые горнолыжные курорты! С такой мыслью в ближайшую субботу, полный сил и энергии, я рванул на машине в Цюрих – за сноубордом.
Погуляв с часик по центру, посмотрев на исторические здания, вывески штаб-квартир крупных банков и прочих корпораций, я заглянул в «Макдональдс» – куда без него в этой жизни! Однако в Швейцарии этот глобальный феномен сумел превзойти себя – назвать его «Макдаком» не поворачивался язык!
На видеоэкранах рекламировались роллы с креветками, премиальные сэндвичи, какие-то навороченные салаты с морепродуктами – никаких бюджетно-экономных ожиданий!
Кассир, пробивающий чеки, на моих глазах последовательно на немецком, французском, итальянском и в финале на английском пытался выяснить у покупателя, чего же тот хочет. Признанный международный язык сработал, и заказ был принят.
Я же отметил образовательные стандарты этой страны.
Зная четыре (!) языка, ты можешь рассчитывать на роль звезды у кассы в фастфуде. Мультиязычность в Европе – норма с детского сада, а вовсе не билет в светлое будущее. А я когда-то своим английским гордился…
Наконец я добрался до магазина горнолыжной экипировки, который высмотрел заранее в справочнике отеля, и приступил к выбору сноубордического сета. Предстояло закупиться по полной: доска, костюм, ботинки. Вдобавок к базе – перчатки, очки и шапка. Остальную мелочь, как я знал по Москве, можно докупить на месте.
Продавец, мой ровесник, узнав, что я из России, ожил:
– О, вы русский? Все мои русские клиенты – олигархи! Вы тоже?
– Пока не успел, – успокоил я его, вспомнив беседу с Дэн Роем.
Оплачивая профессиональную доску марки Burton ($ 1,200), белый костюм ($ 700) и высокие технологичные ботинки ($ 300), я думал: «Я и так в неплохой финансовой форме. Но на этот вопрос, возможно, я когда-нибудь отвечу по-другому!»
* * *
Встав в воскресенье пораньше, я отыскал на карте ближайший горнолыжный курорт, Titlis. Высота главной горы составляла три с лишним километра, дорожек вниз было нарисовано множество, так что начать я решил отсюда.
Ехать, судя по карте, не больше часа. Прекрасно!
Я наслаждался поездкой, словно отпуском, на который откладывал деньги три года! Сверху – яркое солнце, слева и справа – озёра в широких долинах. От озёр вздымались вертикальные стены гор, уходя вверх на километры и заканчиваясь белыми вершинами. Вдоль воды стояли частные резиденции. Я невольно сбавлял скорость, не в силах отделаться от мысли: «Чёрт подери, как так можно жить? Это какой-то рай!»
Запарковав машину, я переоделся в костюм, надел ботинки, взял доску и отправился покупать ски-пасс. Подмосковного опыта мне хватало, чтобы представлять принцип работы такого места. Процесс отлажен, очередей на подъёмники нет. Уже через полчаса я поднялся на самую высокую точку этого горного пространства.
Мне было страшно, словно в первый раз! Масштаб спусков, навыки и скорость местных лыжников заставляли скромнее смотреть на собственные способности.
С чем сравнить чувство, когда стоишь на горной вершине под ясным синим небом, оглядываешь изгибы уходящего вниз гигантского склона и понимаешь, что впереди – только ты, снег и чистое, безудержное движение? Отталкиваешься, доска с хрустом прорывает свежий наст, разгон – и весь мир сужается до одной-единственной мысли: катить, мчаться, лететь!
С того дня я выезжал в Титлис каждые выходные, часто и на субботу, и на воскресенье, и отдавался снежным полётам. Стал заглядывать и в сноубордический парк, где молодёжь летала на трамплинах и выделывала кульбиты в хафпайпе.
Здесь, пережив пару чувствительных падений, я нащупал предел своих возможностей и купил