Поскольку всего нас двенадцать, мы обычно делимся на две группы по шесть человек.
Направляясь к двум круглым столам, которые расставил Джорджи, дядя Дамиано говорит:
— Аугусто, сегодня ты сидишь рядом со мной.
Занимая место, я вздыхаю, когда дядя Ренцо, мой крестный, садится по другую сторону от меня.
— Почему у меня такое чувство, что вы оба будете меня допрашивать? — спрашиваю я, ставя стакан на стол. Когда отец, дядя Анджело и дядя Дарио присоединяются к моему столу, я качаю головой. — Да ладно вам. Мы же договорились провести спокойный вечер.
Я слышу, как Джорджи усмехается за другим столом, и бросаю на него сердитый взгляд.
Он тут же поднимает руки в знак капитуляции.
— У меня не было права голоса. Сам ведь знаешь, они всегда получают желаемое.
— Конечно, — бурчу я, осматривая мужчин за моим столом. — Давайте покончим с этим.
Раздавая карты, дядя Дарио говорит:
— Спасибо, что отдал Раффаэле Рози.
— Не за что. — Когда я выжидающе смотрю на него, он усмехается.
— Это все, что я хотел сказать. Моя дочь счастлива, и у нас есть человек, который будет заменять ее на всех встречах.
— Хорошо. — Я бросаю взгляд на отца и других дядей.
— Есть какие-нибудь зацепки по поводу того, кто пытался тебя убить? — спрашивает дядя Дамиано своим обычным резким тоном. У этого человека, может, и каменное сердце, но он готов принять пулю за любого из нас.
— Нет. На днях я звонил Танаке, чтобы спросить его об этом. Его удивление и гнев звучали вполне правдоподобно.
— Может, он хороший актер, — бормочет дядя Дамиано, поднимая карты. Он просматривает их, а затем бросает на дядю Дарио гневный взгляд. — Я оторву тебе яйца. Что мне прикажешь делать с этим дерьмом?
— Проиграть, — смеется дядя Дарио, широко улыбаясь, глядя на свои карты. — У меня все довольно-таки неплохо.
— Конечно, неплохо, — ворчит дядя Анджело, явно недовольный своими картами.
Сколько себя помню, это всегда была их излюбленная шутка. Они постоянно задирают дядю Дарио на каждой игре в покер.
Если Рози для всех нас как младшая сестра, то дядя Дарио для моего отца и дядюшек – как младший брат. Семья Ла Роса – это сердце Коза Ностры. Без их хакерских навыков мы бы погибли.
— Кристиано рассказал мне, что произошло в Токио на встрече с Танакой, — дядя Дамиано возвращается к теме якудза. — Мне кажется странным, что он отдал свою дочь, чтобы установить с нами мир, но ничего не попросил взамен. — Его острый взгляд скользит по моему лицу. — Может быть, дочь снабжает его информацией.
Я качаю головой.
— Юки не общается со своим отцом.
— Откуда ты знаешь? Ты проверял ее телефон? — спрашивает дядя Ренцо.
— Я купил ей телефон, и добавил в контакты только свой номер и номер матери. Пароль у нее тот же, что я установил при первоначальной настройке устройства. — Я проверяю свои карты и бросаю две обратно на стол. — Я доверяю своей жене.
Мы играем партию в покер, прежде чем дядя Дамиано спрашивает:
— Если за нападением стоит не Танака, то кто же?
— Именно это я и пытаюсь выяснить. Я проверяю китайцев и корейцев. Кто-то из них может быть недоволен договорным браком между якудза и Коза Нострой.
— Ты прав. — Он снова пристально смотрит на меня. — Постарайся разобраться в этом как можно быстрее. Ты дерьмово выглядишь и тебе нужно отдохнуть.
— Теперь ты говоришь как мой отец, — ворчу я.
— Да потому что он, блять, постоянно жалуется на это при каждой нашей встрече, — говорит дядя Дамиано, бросая на папу гневный взгляд.
— Брехня, — говорит папа, и на его губах появляется улыбка. — Ты точно так же постоянно говоришь о том, что Кристиано работает до изнеможения.
— Мне показалось, или я услышал свое имя? — спрашивает Кристиано из-за другого стола.
— Наши отцы, похоже, хотят, чтобы мы сидели на жопе ровно, пока Коза Ностра сгорает дотла, — говорю я ему.
— Еще слово, и я прострелю тебе ногу. Тогда тебе придется взять отпуск, — угрожает мне дядя Дамиано.
Я усмехаюсь, потому что он только угрожает, но ничего не делает, когда дело касается нас.
— Хватит говорить о работе. Мы будем играть, чтобы я мог забрать все ваши деньги? — спрашивает дядя Дарио, подмигивая нам.
Я допиваю виски из своего стакана и встаю.
— Мне нужно еще выпить.
По пути к бару я останавливаюсь у соседнего стола, кладу руку на плечо Джорджи и крепко сжимаю его, наклоняясь.
— До конца года ты будешь сидеть рядом с дядей Дамиано на всех играх, которые я организую.
Мой друг громко смеется, тоже встает и идет со мной, чтобы наполнить свой стакан. К нам присоединяется и Адриано, и пока мы наливаем себе напитки, Джорджи говорит:
— Ты уже несколько месяцев не тусуешься с нами. Раньше мы проводили вместе каждые выходные.
Он прав. Мы втроем устраивали барбекю и смотрели любую игру, которая шла по телевизору.
— Постараюсь вырваться в следующую субботу, — говорю я.
Адриано смотрит мне в глаза.
— Как семейная жизнь?
— Хорошо. — Я не могу сдержать ухмылку. — Очень хорошо.
— О-о-о-о, — Джорджи вздергивает бровь. — Ты и принцесса якудза...
— Не смей заканчивать этот вопрос, — предупреждаю я его, а затем признаюсь:, — Мы еще не вступили в интимные отношения.
На их лицах мелькает удивление, и Адриано спрашивает:
— Почему?
— Я жду, пока Юки будет готова.
— Ты же знаешь, что брак без секса не считается полноценным, — вставляет Джорджи свои два цента.
Я игриво шлепаю его по голове.
— Что ты знаешь о браке? Ты только и делаешь, что трахаешься с половиной Нью-Йорка. У тебя даже никогда не было отношений с женщиной.
— Ты знаешь мой девиз. — Он отпивает виски. — Раз и готово. — Вздохнув, он говорит: — Да и я слишком занят. Болгары продают оружие на моей территории.
— Ты планируешь напасть на Атанаса Петкова? — Я бросаю на него обеспокоенный взгляд. — Нужна помощь?
Джорджи кивает в сторону Адриано.
— Он помогает. У тебя и так дел по горло с якудза.