Большие ладони обхватывают мою грудь, нежно сжимая и массируя.
− Доброе утро, моя любимая ж-шена, − урчит Са-ард, опуская одну ладонь сначала мне на живот, а потом еще ниже.
– М-м-м, доброе утро, – прижимаюсь к нему спиной. – Я думала, вы уже по самые уши в делах.
– Так и было, но мне захотелось увидеть тебя, – бормочет он, пробираясь пальцами мне между ног. – Ты вчера ус-с-снула еще до того, как я смог присоединиться к вам в пос-с-стели.
– Честно говоря, я, кажется, уснула еще до того, как вы оба ко мне присоединились. Устала очень. Ты простишь мне это? – мурлычу, потираясь ягодицами об его паховые пластины. Чувствую на шее его губы. По спине бегут мурашки. Веки тяжелеют.
– Даже не знаю, – Са-ард, кажется, принимает правила игры. – Не откажусь от небольшого возмещения ущерба. Я очень хотел тебя вчера. Впрочем, я постоянно тебя хочу. И сейчас ос-с-собенно.
Я чувствую, как его умелые пальцы ласкают теперь мой клитор. Своим телом он заставляет меня нагнуться. Хвостом расталкивает мои ноги в сторону, делая открытой, доступной для него.
– Обопрись ладонями на с-с-стенку, – велит мне хрипло.
Стоит мне это сделать, и между моих ягодиц упирается твердый ствол, проскальзывая дальше, между ног. Са-ард неуловимым движением поднимает мои бедра выше и плавно наполняет собой. Я, вероятно, никогда не смогу перестать наслаждаться этим первым моментом единения, потрясающе сладким, распирающим ощущением мужской плоти во мне. Тем не менее, я безумно люблю и все то, что следует за этим.
Эти толчки, это ощущение наполненности и трения, соприкосновение обнажённой кожи, наших голых тел, его полное властвование над нашим общим удовольствием. Меня словно затапливает теплым медом возбуждения, пока я не взрываюсь оргазмом, переполненная до краев. Са-ард тоже довольно быстро достигает своего освобождения, кончая во мне и крепко прижимая к себе. Ноги меня больше не держат, поэтому я буквально растекаюсь по полузмеиному телу любимого мужчины, позволяя устроить меня, как ему хочется, и чувствуя себя в кольцах черного хвоста, как в уютном гнездышке.
Вода летним дождем льется на нас двоих, ласкает разгоряченную кожу. Мужские руки нежно гладят мое тело. И хочется лежать так вечно.
Запрокинув голову, закрываю глаза. Как же хорошо.
– Так и знал, что застану тебя здес-с-сь, – слышу вдруг еще один голос. Насмешливый, весёлый. – Оставил на меня вс-с-сё, а сам наш-ш-шу жену без меня здесь ласкаешь.
Открыв один глаз, я вижу, как Шоа-дар каким-то чудом тоже протискивается к нам в душевую кабинку. Змеиных колец вокруг меня становится вдвое больше, как и обнаженной мужской плоти.
− Доброе утро, любимая, − здоровается Шоа, перетаскивая меня поближе к себе. С того момента, как они поняли, насколько важно для меня это слышать, называют меня теперь так постоянно.
− Доброе, − обнимаю его за шею. Тянусь навстречу, когда Шоа склоняется поцеловать.
И это мало похоже на простое приветствие. Он берет меня своим языком, пьет меня, лакомится. И я тоже, сначала вяло, потом все более страстно, отвечаю на его жажду своей. Подтянувшись поближе, обвиваю его торс ногами, прижимаясь как можно теснее. Чувствую, как в мои бедра впиваются его пальцы, как он сдвигает меня ниже по своему телу, немного поднимает… и насаживает на свой член, сразу врываясь в меня на всю мощь и длину.
Застонав ему в губы, я выпрямляюсь верхом на нем. Чувствую, как мужская плоть во мне проникает еще глубже. Глаза закатываются от остроты ощущений. Шоа гладит мои плечи, руки, переплетает наши пальцы. Смотрит на меня. Они оба смотрят. Это так чрезвычайно остро и интимно, что у меня от возбуждения и безумной любви к ним дыхание перехватывает.
Закусив губу, я начинаю плавно двигаться, раскачиваться, опускаясь и поднимаясь на стволе Шоа-дара. Он со стоном наслаждения скалит клыки, жмуря серебристые глаза. Са-ард, расслабленно опираясь на стенку, наблюдает за нами, пробует языком воздух, словно смакуя мое возбуждение и запах секса.
Чувствуя, как в голове кружится от желания, хрипло дыша, я пускаюсь вскачь в поисках нового пика удовольствия. Склоняюсь к Шоа, чтобы поцеловать его, кусаю за губу, шею, желая оставить свои отметины, как они оставляют на мне свои. Сгорая от жажды, тянусь к Са-арду, потому что его поцелуев тоже до безумия хочу.
И пока змей старший жадно исследует мой рот, младший опускает руку между нами, чтобы приласкать клитор. Новый оргазм омывает меня горячей волной. Мышцы сводит в сладких судорогах, сбивая с ритма. И Шоа мгновенно перехватывает инициативу. Поднимает за бедра и начинает жестко вколачиваться в меня снизу, быстро доводя до нового пика не только меня, но и себя.
− Это утро таки невероятно хорош-ш-шее, − бормочет он со временем, когда мы немного приходим в себя. Проводит ладонью по моей спине, вызывая безудержное желание прогнуться и замурлыкать как кошка. – Когда вся эта с-с-суета с празднованием закончится, я постараюсь все утра проводить с-с-с тобой именно так.
– Я не против. Просыпаться самой в постели и завтракать наедине мне не нравится, – признаюсь томно. – Хочу делать это с вами.
– Мы постараемся это тебе дать, – с нежностью в серебристых глазах улыбается Са-ард. – Когда будет такая возможность. В эти дни, к сож-шалению, не было.
– Я понимаю, – вздохнув, поднимаюсь с груди Шоа-дара. Сажусь на их переплетенных хвостах.
Кроме обеспечения надлежащих мер безопасности во дворце во время празднования, они оба помогали отцу готовить Дом Черных на-агаров к Посвящению. А это и правовые вопросы, и дипломатические, и организационные, и снова куча самых разных мер безопасности. Я вообще удивлена, что они находили время появляться в наших покоях и проводить со мной хотя бы ночи.
− Позавтракаете со мной, или у вас уже нет времени? – поочередно смотрю на обоих своих мужей.
− Позавтракаем. Заодно обсудим сегодняшний праздник. Хотим предупредить тебя о некоторых вещах, – отвечает Са-ард.
− Надеюсь, ничего страшного? – свожу брови.
– Не пугайся, просто незначительные предостережения для безопасности, – успокаивает меня Шоа. – И один небольшой сюрприз, который для тебя, пожалуй, будет приятным.
Это меня действительно немного успокаивает, хотя, должна признать, я очень волнуюсь. И чем ближе праздник,