– Здравствуй, Лиля, – закрывает за собой дверь и оглядывает пустой кабинет. – А где все остальные?
– Здравствуйте, Андрей Владимирович, – вежливо улыбаюсь. А как сердце стучит! И непонятно что меня так нервирует. Что меня могут уволить, или в принципе присутствие Андрея? Я смотрю куда-то по углам, в монитор, на клавиатуру… Но не на него. – Я не знаю. По-моему никого еще нет.
– Давай подождем, – он садится за соседний стол, – А пока твои коллеги в пути, расскажи мне, как ты думаешь, что стоит сделать чтобы наш агрокомплекс стал более узнаваем?
Ну надо же! Андрей не спрашивает ни про личную жизнь, ни про мои чувства… А сразу заводит разговор о работе. И это значительно меня успокаивает. Потому что обсуждать детей и наши отношения я совсем не готова.
– Если я начну говорить что я думаю, то получится что я критикую коллег, – я улыбаюсь, – Мне бы не хотелось чтобы это все выглядело не этично.
Он смотрит на меня с интересом:
– Тут уже не в этичности дело, а в том что люди не занимаются работой. Ты заглядывала в папки, которые у тебя на компьютере?
– Заглядывала, – улыбаюсь.
– Ну и какое отношение к маркетингу имеют котики и полуобнаженные мужчины?
– Я их не скачивала! – мотаю головой. Еще не дай бог решит что это мне делать нечего.
– Я знаю. Это до тебя скачали, – махнув рукой, поднимается и прохаживается по офису, – А если посмотреть на историю браузера, то вообще жесть. Какой там только ерунды не найдешь! Причем у каждого. Какие-то магазины, рецепты, переписки с подружками, сплетни… Это все мой программист мне показывал, я просто в шоке. А эти люди не первый месяц работают. Да не то что месяц! Не первый год!
– Понимаю, – киваю в ответ, а что говорить дальше? Понятно что тут практически все – знакомые знакомых, друзья друзей, жены мужей и братья сестер. Так удобнее. Ну а то что работать не хотят… Так никто и не выгонит, зачем напрягаться? Правда я этого Андрею не говорю. Если не дурак, сам догадается.
– В общем с этим что-то надо делать. И я очень рассчитываю, что ты наведешь порядок.
– Я? – такая постановка вопроса меня удивляет. Тут три человека не могут “навести порядок”, а я одна и вовсе не справлюсь! Правда они и не пытаются, но это уже вопрос пятый. – Боюсь что я вас разочарую.
– Ты? Ни в коем случае. Если ты будешь работать, то в любом случае мы получим хоть какой-то результат. А не папки с котиками.
Андрей что-то хочет добавить, но тут дверь открывается, и в кабинет заходит Элеонора Владимировна. Увидев Андрея, она замирает на пороге, однако быстро приходит в себя и важно произносит:
– Доброе утро, Андрей Владимирович! Не ожидала вас тут увидеть, – ее взгляд тут же падает на меня. И я вижу в нем столько злости! Небось думает что это я привела директора чтобы всех подставить. Только я не приводила. Да и вообще, если разобраться, она могла бы и вовремя являться. Знает же что в отделе “любовница”. Ну логично же все! Но нет. Зачем менять привычки?
– Здравствуйте! Поэтому вы и пришли в половине девятого? В то время как рабочий день начинается в восемь?
Элеонора Владимировна поджимает ярко-красные губы. Видимо объяснений своему опозданию она не придумала. А может и не пыталась.
– Я плохо себя чувствовала с утра… – откашливается, – Горло болит.
– А на той неделе оно тоже болело? – участливо интересуется Андрей, – Судя по данным компьютера, вы начали работу в это же время. Вы в курсе во сколько начинается рабочий день?
– В курсе… Прошу прощения, – снова поглядывает на меня, а я не знаю куда спрятаться. По-хорошему я не должна быть свидетелем как начальство песочит другое начальство. Но есть одно “но”. Похоже что карьера Элеоноры Владимировны закончена. Потому что…
– Пишите заявление по собственному. А за те две недели, которые вы будете отрабатывать, вы передадите все свои знания Лилии.
Глава 21
– Я тут работаю четыре года! – Элеонора Владимировна кажется совершенно не готова к такому повороту. – Да вы знаете что я во всей деревне единственный специалист, который способен трудиться на этой должности! Остальные и вовсе не знают как телефон зарядить!
– А в этом вы ошибаетесь! – парирует Андрей, – У вас не такое глухое село, чтобы народ с вилами на смартфон кидался! Некоторые вон, даже в Токио ездили.
Последняя фраза звучит очевидной издевкой. Я быстро перевожу взгляд на Андрея и ловлю в его глазах некоторую “хитринку”. Однако Элеонора Владимировна эту фразу воспринимает как истину. Что вполне логично: она слава богу не в курсе ни про Токио, ни про мою “учебу в МГУ”.
– Да я сама была в Турции три года назад! Я мир видела! Я грамотный человек с высшим образованием!
– Значит вы без проблем устроитесь в другом месте, – проникновенно отвечает Андрей. Он поднимается, чтобы видимо уйти, но куда там! Элеонора Владимировна не из тех женщин, кто сдается без боя.
– Никто не будет ездить в наш колхоз на работу! А тут вы специалистов по маркетингу не найдете! Даже Нина Николаевна и Юлия Павловна не знают и десятой доли того что знаю я!
– Да, чуть не забыл, – откашливается, – Они тоже уволены. Передайте это своим коллегам, как только они соизволят явиться на работу.
– То есть вы просто так, без суда и следствия, выгоняете лучших специалистов предприятия?! – и тут я понимаю, что Элеонора Владимировна кажется звереет. Она медленно поднимается с места, и я чувствую в каждом ее движении, в каждом жесте, надвигающуюся угрозу. На всякий случай я сжимаюсь в кресле, хотя и понимаю, что никакого толку с этого нет.
– Вы не то что не лучшие! Вас и специалистами назвать сложно. Чаи гоняете целыми днями да сплетничаете! – произносит Андрей, однако по его погрустневшшому виду я понимаю, что он тоже чувствует надвигающуюся угрозу от подчиненной.
– Это значит… – она переводит взгляд на меня, – Вот она! Змея подколодная! Вот что все испортил. Сожрет любого кто на ее пути появится, да?
– Андрей Владимирович, – говорю едва слышно. Я хочу сказать что меня сейчас побьют, но не успеваю, потому что Элеонора Владимировна резко поднимается мне навстречу, но… Андрей встает между нами.
– Еще одна выходка подобного рода, и я вас уволю по той статье, которая вас достойна! За служебное несоответствие. Тогда вас точно никто на