Парень поднимается ко мне. Вручает пакеты и затаскивает большую коробку с мой рост.
- А это что?
- Подарок, - улыбается.
- Кто это прислал?
- Я не знаю, - пожимает плечами.
Даю ему на чай. И отправляю.
Родион спит. Он тоже измотан. Мы путешествовали вместе. Я сейчас стараюсь как можно больше работать, чтобы не было времени на глупые мысли. Сын, если не занят по учебе, то всегда со мной.
Затаскиваю пакеты на кухню. Заглядываю внутрь. Еда. То, что я люблю.
Странно…
Нехорошее предчувствие закрадывается холодной змеей в душу.
Подхожу к коробке, открываю ее.
Створки картона падают на пол…
Отпрыгиваю в сторону, до боли закусываю собственный палец.
Не надо будить сына. Не надо ему это видеть.
Смотрю на огромный букет черных роз, в середине одна красная.
- Кто ты, скотина?! – шепчу.
Это началось, когда мы с бывшей женой моего брата Адама поехали на Кипр, на свадьбу ее матери. Я составила ей компанию, после тяжелого развода, подруге надо было развеяться.
За эти годы многое изменилось. Я больше не ощущаю себя одинокой. У меня появились подруги. Я нашла общий язык с братьями. Я ощущаю их поддержку. Хотя никому из них, я так и не смогла открыть душу.
За это время я помогла двум бывшим женам моих братьев пережить разводы, и наладить свою жизнь. Прошла с ними все, от полного краха, то танцев на их свадьбах.
Я рада, что мои подруги смогли наладить свои жизни и сейчас счастливы.
Странно… но в этом мне помогал Степан. Он порой вел себя как человек, а не робот, и помогал с разводом, решал проблемы моих подруг. Мы с ним действовали одной командой, при том, что все же срывались друг на друга, спорили, ругались.
Нам сложно находиться в одном пространстве. Этому мы так и не научились.
Степан стал во главе корпорации. Он поднялся на такую высоту… ух… Думаю, он переплюнет моего отца. Он к этому идет, этим живет.
А я… я продолжаю улыбаться, шутить, подкалывать его, и пусть только попробуют усомниться, что у меня что-то не так в жизни.
Мой взгляд падает на черные розы…
Все началось на Кипре. Едва мы приехали с подругой, я увидела на пляже то, чего не могла видеть…
А потом из ниоткуда появились гвоздики. Потом черное платье… Были и другие «подарки»… Они преследуют меня, в каком бы уголке мира я не находилась…
Родион появляется на кухне внезапно. Задумчиво смотрит на цветы.
Морщусь. Я так не хотела, чтобы сын видел. Но он у меня подмечает то, что в его возрасте другие дети попросту бы не заметили.
- С этим надо разобраться, - заявляет задумчиво.
Глава 33
Степан
Сижу в кафе на первом этаже офиса. Пью кофе и просматриваю в телефоне блог Виолетты.
Сколько лет прошло, а все не могу избавиться от дурацкой привычки. Рабочий день неизменно начинается с чашки кофе и просмотра ее блога. Даже если нет новых публикаций, просматриваю старые.
Наверное, это единственная слабость, которая осталась с тех времен. И я устал с ней бороться. Смирился.
- Степ, не отвлекаю, - поднимаю голову на звук приятного женского голоса.
- Нет, Кира. Присаживайся, - откладываю телефон в сторону.
Я даже благодарен, что она отвлекла меня от созерцания того, что мне абсолютно без надобности.
Кира в прошлом Матецкая… Теперь фамилия осталась в прошлом, как и ее брак с младшим сыном Игоря.
Она встретила достойного человека… Впрочем, ее ей подобрал еще при жизни Матецкий. Он просчитал, что они могут стать парой. И не прогадал.
Кира в прошлом получила свое письмо от Игоря, что помогло ей пережить нелегкий развод и начать новую жизнь.
- Я знала, что найду тебя или тут или уже в офисе. Звонить не хотела, - она улыбается, так открыто и нежно.
Я в ответ лишь киваю головой. Улыбаться я давно разучился.
- Да, я всегда на месте. Я тебя проблемы, Кир? - интересуюсь.
- С днем рождения, Степ! – она встает с места, обнимает меня и целует в щеку, вручает мне пакет. – Я знаю, что ты не празднуешь и никому не говоришь, но я ведь знаю.
- Знаешь, - принимаю пакет.
Хочется сказать ей что-то приятно, но язык не поворачивается. Я разучился это делать.
Кира… она особенная. Наверное, единственная из всех, она смогла пробраться немного глубже. Она нечто во мне затронула, до такой степени, что я даже рассказал ей про свое детство. Я раскрыл перед ней душу, что вообще мне не свойственно. Пусть не полностью, только приоткрыл. Но это был для меня шок.
С тех пор Кира занимает особое для меня место. Она очень светлый и открытый человек. Сумела сохранить отличные отношения с бывшим мужем, переступить через обиды прошлого. У них дочь, и Никита продолжает оставаться другом и отцом. Хоть он поступил с Кирой очень подло.
Она меняет людей, даже сама этого не подозревая. Меня не изменила, но зацепила нечто в глубине, пробралась через броню. И продолжает это делать.
- Открой!
Заглядываю в пакет. Там деревянная коробочка.
- Я понимаю, что у тебя есть все. Но я хотела подарить нечто особенное, - склоняет голову набок. Ждет, когда я открою.
В коробочке лежит стеклянное сердце, оно покрыто льдом, вверху тучи, виднеются лучи солнца, и сквозь лед пробивается подснежник.
Кира творческая натура, она делает поделки из глины, сотрудничает с картинными галереями.
- Когда своими руками – это бесценно, - говорю тихо.
- Надеюсь, что и в твоей жизни растает лед, придет весна и расцветут подснежники.
- Сомневаюсь, Кир. Но спасибо. Очень красиво, - отвечаю сдержанно.
Ей все же удалось поднять мне настроение. Не знаю, как эта девушка делает, но она влияет на меня особенным образом. Пробивается сквозь броню. И я в какой-то мере позволяю ей это делать.
Мы допиваем кофе, прощаемся. Поднимаюсь к себе в офис.
А там обычные дела. Никто не поздравляет, потому как это запрещено. На работе, только работа.
Ближе к обеду, секретарь сообщает мне, что ко мне пришел… Родион.
Вот этого я точно не ожидал. Что сыну Виолетты у меня делать? Мы с ним никогда особо не общались.
Но все же не прогонять же ребенка.
Родион заходит с деловом, черном костюме, с