Даже не представляю, что может содержать этот белый конверт.
- Дедушка мне дал, - Родион поправляет свой галстук.
- Когда твоего дедушки не стало, тебе было пять лет.
- Верно, - кивает. – Дедушка сказал, держать до момента, пока я не прочитаю свой конверт.
- У тебя тоже был конверт? – спрашиваю хрипло.
Не похоже, что парень сочиняет. Но все его слова звучат… мягко говоря, неправдоподобно.
- Да. Дедушка сказал, чтобы я его прочитал на свой восьмой день рождения. А до этого берег.
- И ты молчал? Никому не говорил?
То, что Матецкий был уверен, что ребенок его послушает. Исполнит все, как он сказал. И что ребенок реально так сделал, у меня в голове не укладывается.
- Это же секрет. Наш с дедушкой. Его последняя воля. А волю усопшего надо уважать, - смотрит на меня так, будто я дурак и не понимаю прописных истин.
- И что было в твоем письме? – вожу пальцем по белому конверту. Он так и приковывает мой взгляд.
- Я узнал, что вы мой отец. Там был и тест ДНК. И указания, когда вам можно отдать ваш конверт. О другой информации в письме, я не имею желания распространяться.
- Ты пятилетний ребенок, прятал конверты и выжидал. Прятал так, что никто их не нашел и твоя мать не в курсе о них? – спрашиваю строго, смотрю ему в глаза, и в ответ получаю точно такой же взгляд.
Похож ли на меня Родион?
Не знаю… Вообще дичь, что я о подобном думаю.
- Я не имел права подвести дедушку.
- Покажи мне тест.
Родион достает из папки вчетверо сложенный лист и дает мне.
Тест сделан давно. Через год после рождения парня. И да, из него следует, что Родион мой сын.
Только это полнейший бред!
Я никогда не спал с Каролиной. Могу поверить, что он не сын Сергея. Мало ли с кем Каро забавлялась. Но точно не мой.
- Мы можем сделать повторный тест, - Родион будто читает сомнения на моем лице.
- Я разберусь, - откладываю лист в сторону. – А почему ты сейчас решил мне это сообщить?
- Всех причин озвучивать не буду. Основная, маме нужна помощь, - Родион сидит с прямой спиной, смотрит уверенно.
Чем-то мне Матецкого напоминает, тот тоже смотрел так, словно в будущее заглядывает и знает гораздо больше собеседника.
- Пусть мама сама придет и скажет, что ей нужна помощь, - отвечаю резко.
Не хочу я касаться ничего, что связано с Виолеттой. А судьба снова подкидывает ребус.
Нет. Родион не может быть моим сыном. Матецкий наверняка тест подделал. А ребенок поверил. Как бы он ни говорил и выглядел, а Родион всего лишь ребенок.
- Вы прекрасно знаете, она это не сделает. А дело серьезное.
- Что случилось? – спрашиваю с неохотой.
Не хочу я в это влезать.
Мне хватило, что жизнь нас так или иначе сталкивает с Виолеттой. У нас слишком много общих знакомых. Мы решали вместе их вопросы и не раз. И никогда это ничем хорошим не заканчивалось.
- Ее кто-то преследует. Неизвестный дарит ей странные подарки. Все началось на Кипре, когда мы ездили на свадьбу. И становится только хуже, подарки все больше пугают маму. Она пытается от меня скрыть, но я все вижу, - он продолжает пристально смотреть на меня, как на прицеле держит.
- Фанат какой-то скорее всего. Пусть Виолетта охрану наймет. Почему ты с этим ко мне пришел? – говорю холодно и отстраненно.
Я не позволю снова втянуть себя непонятно во что.
- Потому что именно вы можете помочь.
- Поэтому ты сообщил мне, что я твой отец?
- У меня были на это свои соображения, - поджимает губы. – Степан, к новому тесту я готов. Рассчитываю на вашу помощь, - Родион поднимается с кресла. Подает мне руку. Пожимаю ее. – Настоятельно прошу не игнорировать мою просьбу. Будем на связи. Всего доброго, - выходит из моего кабинета.
А белый конверт так и остается лежать на моем столе.
Глава 36
Виолетта
От Антона я выезжаю с охраной. А перед глазами все стоит этот ошейник.
Там же все подарки со смыслом… от того, что приходит на ум, волосы на затылке шевелятся.
Набираю Родиона. Он должен был уже выйти с занятий. Няня его забирает.
- Да, мам, - отвечает на втором гудке.
Выдыхаю.
Какое же это счастье, просто услышать голос сына.
- Ты где?
- Мы с Нинель едем домой.
- А где вы были?
- У меня были дела, - важно заявляет.
- Родя, какие еще дела? – нервы дают о себе знать.
- Мам, не волнуйся, со мной все хорошо.
- Я вас прошу, аккуратнее. Езжайте домой как можно скорее.
Антон говорит, что сын не является целью преследователя. Иначе бы он как-то проявил себя в отношении сына.
Но меня уже ничего не успокаивает. Ошейник был последней каплей, мое спокойствие разбилось на столько осколков, что я даже не знаю, как вернуть себе хоть какое-то ощущение твердой земли под ногами.
Домой добираемся без происшествий. Все спокойно, только в моей душе ураган продолжает бушевать.
Родин с няней возвращаются через тридцать минут.
Сын невозмутим. Разувается. Аккуратно ставит свои ботиночки.
- Нинель, где вы были? – спрашиваю у няньки.
- Родион захотел заехать к Степану в офис.
Она это говорит будничным тоном, а моя челюсть медленно ползет вниз.
- З…зачем?
- Родион, сказал его там ждут. Я в кабинет не входила, в приемной ждала.
От Нинель больше ничего не добиться. Иду к сыну в комнату.
- Зачем ты ходил к Степану?
Никогда не замечала за сыном жажды общения с ним. Да, и в принципе, о чем им говорить?!
- Все только к лучшему, мама. Ты скоро поймешь, - говорит так, словно я девочка несмышленая, а он умудренный опытом мужик.
- Родион, прекращай эти свои штучки, и отвечай напрямую на вопрос!
- Я поставил его в известность про твою проблему.
- Зачем?! Какого?! – прикрываю рот, потому что с языка так и норовят сорваться нецензурные выражения.
-