— Что случилось?
Его внутренний конфликт, должно быть, был написан на его лице. Гарт не мог навязать ей свой мир, не предупредив ее.
— Есть кое-что, что я должен рассказать тебе, прежде чем мы продолжим.
Глава 4
— Мне наплевать, что это. Я просто хочу тебя, — ответила Мэдди.
— Думаю, тебе будет не наплевать, — ответил Гарт. Весь ее мир был близок к тому, чтобы перевернутся с ног на голову. Он открыл рот, но стук в дверь остановил его. — Черт, десерт. Подожди секунду. Я скоро вернусь.
Гарт снова надел штаны и вздрогнул, пытаясь сдержать стон. Даже со всем происходящим он оставался тверд. Гарт подошел к двери и открыл ее, даже не глядя. Мужчина, заполнявший дверной проем, хотел отнять у него лишние секунды.
— Что, черт возьми, ты здесь делаешь, Уильям? — спросил Гарт, его голос был близок к рычанию.
Прежде чем он смог остановить его, Уильям пересек порог номера.
— Так, так, кузен. Вот, как ты общаешься с семьей?
Гарт переместился между Мэдлин и Уильямом. Веселое настроение его кузена означало, что что-то плохое должно произойти.
— Еще раз спрашиваю: что ты здесь делаешь?
— Ну, до меня дошли слухи о твоей маленькой попытке, и я подумал, что мне лучше приехать и посмотреть, как все идет, — Уильям закончил с подмигиванием, и волк Гарта боролся за контроль, желая выбить у него раздражающую ухмылку.
— Это не твое чертово дело. Теперь, убирайся, прежде чем я избавлюсь от тебя.
— Не вариант, кузен. Я слишком много сделал, чтобы ты погубил мои планы на этом позднем этапе, — он шагнул вперед, пока между ними не было всего лишь пары дюймов. Уильям не пугал его своей тактикой запугивания. Гарт мог побить кузена в драке, и Уильям это знал. Кроме того, если бы он отошел назад, Уильям смог увидеть Мэдлин, что не произойдет, если Гарт может этого избежать.
Он держал себя в руках, уверенно стоял, и, постепенно, улыбка с лица кузена исчезла. Гарт предположил, что Уильям хотел, чтобы он спросил о его плане, но Гарт знал своего кузена достаточно хорошо, чтобы знать, что его гордыня не заставит его долго терпеть.
Ни одно из этого не произойдет, если шаги, которые он слышит позади, не приблизятся.
— Мэдлин, — крикнул Гарт, — пожалуйста, не подходи.
Прежде чем он смог сказать ей пойти и запереться в ванной, его кузен захлопнул ловушку.
— О нет, моя дорогая Мэдлин, пожалуйста, приходи сюда. Я хочу встретиться с подругой моего кузена.
— Что случилось? — она прозвучала слишком близко. Быстро взглянув через плечо, он увидел, что Мэдди всего в нескольких шагах позади него, в его рубашке. Черт, это сексуально.
У него не было времени прямо сейчас, чтобы делать то, что он хотел. Ему нужно выяснить, что нахрен Уильям хочет и заставить его уйти, прежде чем все превратится в мех.
Уильям уличил момент и проскользнул мимо него.
— Привет, я кузен Гарта, Уильям, — он протянул ей руку, но, Мэдлин поступила мудро, не ответив на рукопожатие.
— Привет, — ответила она и посмотрела мимо него. — Что происходит?
— Уильям уже уходит, — Гарт надеялся, что он успокоился. И переместился, чтобы встать рядом с Мэдлин, положение, которое позволило бы ему убрать ее с пути, если Уильям заартачится.
— Не-а. Я не ухожу, — Уильям усмехнулся. Зловещий звук прорастал мехом на руках и ногах Гарта. Он не позволит, чтобы что-то случилось с Мэдлин. Сначала Уильям умрет. — Понимаешь, Мэдлин, дорогая, я провел последнею пару десятилетий, убеждаясь, что мой кузен не найдет свою пару.
Потребовалось каждая унция контроля, чтобы не перекинутся и не оторвать башку Уильяма.
— Зачем ты это делал? — спросила она.
— Ну, видишь ли, если он не оплодотворит женщину, тогда власть над стаей Касл перейдёт ко мне.
— Это не так, — взревел Гарт. — Ты все еще должен победить меня в бою.
— Несмотря на это, как только ты и твоя подружка на одну ночь умрете, мне не с кем будет сражаться, и стая будет моей.
— Мэдлин, иди в ванную и запри дверь.
— Что? — ее взгляд пробежал между ним и Уильямом.
Растрескивание костей позади него означало, что у него не было времени. Выражение ужаса на лице Мэдлин подтвердило это.
— Сейчас же!
Гарт столкнулся с волком Уильяма, и перемена настигла его, прежде чем он мог даже принять сознательное решение. Его леди была в опасности, и только смерть помешает ему обеспечить ее безопасность.
* * *
Мэдди смотрела на происходящее, не веря своим глазам. Она читала достаточно паранормальных романов, чтобы знать, что столкнулась не с обычными людьми. Это перевертыши, точнее волки. Твою мать!
Два более крупных, чем обычно, волка, бросились друг на друга, оскаленные зубы, громкие рычания эхом отражались по комнате. Где-то в глубине души Мэдди знала, что должна попасть в ванную, как приказал ей Гарт, но она была загипнотизирована.
Темный, более крупный волк расположился между ней и более мелким, что почти наверняка показало, что это был Гарт, который нанес первый удар, и его когти оставили большие раны на затылке меньшего волка. Это не помешало Уильяму снова напасть на Гарта, который, казалось, убеждался, что остается перед ней.
Они снова с грохотом столкнулись, и на этот раз Уильям, казалось, одержал верх. Он погрузил зубы в заднюю ногу Гарта, и при виде крови, к ее горлу подкатил крик, но ей удалось сдержать его, не желая отвлекать Гарта. Снова и снова два волка боролись, отрывая клок за клоком, друг от друга. Уильям, казалось, был покрыт большим количеством крови, чем Гарт, но не сдавался.
Увлекшись наблюдением за Гартом и квалификацией его ран, она не заметила, как чей-то коготь движется в ее сторону, пока жгучая боль не опалила ее плечо, и крик, который Мэдди сдерживала раньше, вырвалась на поверхность. Сила удара сбила ее на пол, где она сидела, ошеломленная и измотанная.
Громкое злобное рычание потрясло стены, а затем волк Уильяма пролетел через комнату, с согнутыми ногами. Он приземлился спиной на стекло и щепки кофейного столика, разрушенного им.
Внезапно перед ней появился, стоя на коленях обнаженный Гарт.
— Ты в порядке?
Потребовалось мгновение, чтобы ее мозг смог функционировать, и она проверила свое плечо. Оно все еще болело и истекало кровью, но не так сильно, как ожидала. Только поверхностные раны.
— Да. Думаю, со мной все будет в порядке.
Гарт нахмурился, глядя на ее руку, и открыл рот, чтобы выразить протест, но Мэдлин приложила палец к его губам.
— Я буду