Дождь теней и концов - Мелисса Рёрих. Страница 144


О книге
другая коснулся нижней губы.

— Однажды ты попросишь меня прикоснуться к тебе.

Тихий стон сорвался с ее губ, и от этого звука глаза Теона почему-то потемнели еще больше. Его губы приблизились на долю дюйма к ее уху, но по-прежнему не касались, как он и обещал.

— Ты будешь умолять меня об этом, Тесса, и я буду наслаждаться каждой секундой твоих просьб. Прежде чем, наконец, возьму все, что принадлежит мне. Потому что однажды ты поймешь, что это гораздо больше, чем просто связь Источника.

У нее вырвался стон, нечто среднее между желанием и ужасом, когда эти теневые руки скользнули по ее бедрам вниз. Она не могла думать обо всем этом. Все, что она могла делать, это чувствовать. Затем он притянул тени прямо к ее клитору, и она вскрикнула, напряжение нарастало и скапливалось где-то внизу ее живота.

— Мы всегда были чем-то большим, — продолжил он. — С того момента, как я увидел, как ты проскользнула в ту нишу с украденным шоколадом. Уже тогда я понял, что ты моя. Судьбы всегда добиваются своего, Тесса. И это не будет исключением.

Она чувствовала его повсюду на себе, его тени покрывали каждый дюйм ее тела. Этого оказалось слишком много и в то же время недостаточно. И когда темнота надавила на этот комок чувствительных нервов, она снова ахнула.

Теон двинулся так, будто собирался проглотить этот звук своими губами, но замер. Черты его лица исказились, как будто ему было физически больно не прикасаться своими губами к ней прямо сейчас.

Он больше ничего не говорил.

Просто наблюдал за ней, удерживая ее взгляд, в то время как его теневые руки доводили ее до предела. Она извивалась. Ее бедра дергались в поисках большего, пока его сила играла с ней, пульсируя у клитора. Каждый раз, когда ее веки трепетали, он отводил свою магию назад и качал головой, напоминая ей, чтобы она не сводила с него глаз.

Прошло совсем немного времени, прежде чем она оказалась на грани, и она не хотела, чтобы это заканчивалось. Она знала, что это такое. Временное отвлечение от ее жизни, но, блядь, она будет цепляться за это отвлечение изо всех сил.

Связь, соединяющая их, вышла из-под контроля. Каждый удар его темной силы наэлектризовывал каждый нерв ее сущности. Она снова издала стон, все ее тело начало дрожать, когда его магия усилилась. Сгустки теней скользили по ребрам.

Поглаживая грудь.

Проникая в нее.

Поглаживая по щеке.

Перебирая волосы.

Они были повсюду.

Он был повсюду.

— Отдай мне это, маленькая буря, — потребовал Теон.

Темнота обвилась вокруг ее шеи, заставляя поднять подбородок. Его руки упирались в стену по обе стороны от ее головы, удерживая его на расстоянии вдоха от прикосновения к ней.

— Все равно это все принадлежит мне.

Она отрицательно покачала головой в ответ на его слова, и его магия замерла.

Она чуть не разрыдалась от потери, все ее тело дрожало от желания.

— Слушай меня внимательно, Тесса. Все, чем ты являешься, принадлежит мне. Я возьму все, что ты можешь дать, включая твое удовольствие.

Затем его магия надавила на нее, и темнота стала ледяной, когда она начала кружить и воздействовать на клитор и комок нервов между ее бедер, отбрасывая ее за край оргазма. Но Тесса не успела подготовиться к этому. Она вскрикнула, но этот крик был быстро заглушен рукой Теона, закрывшей ей рот.

— Ш-ш-ш, маленькая буря. Аксель прямо под нами, — прошептал он.

Но мысль о том, что его брат может услышать их, каким-то образом только усилила оргазм. Она проваливалась в небытие, пока оргазм разрывал ее, разливаясь сладким и острым ощущением по всему телу. Ее глаза наконец закрылись, и волны удовольствия затянули ее вниз.

И она утонула в них.

И когда она вынырнула из экстаза, то обнаружила, что она прислонилась к Теону. Его рука обвилась вокруг ее талии, крепко прижимая к себе, а другая запуталась в ее волосах. Она чувствовала, как его член прижимается к ее животу, и в ответ Тесса прижалась к его обнаженной груди, впиваясь ногтями в его плоть. Затем она медленно подняла на него глаза. Он поднял руку, чтобы убрать волосы с ее лба. Все его руки были в крови убитых им вампиров. Каким-то образом ей было все равно.

Не сейчас.

Не пока она цеплялась за ощущение невесомости в своих конечностях.

За ощущения невесомости в своей душе.

Он наклонил голову, чтобы еще раз прошептать ей на ухо:

— Ты абсолютно великолепна, Тесса. Я мог бы наблюдать, как ты кончаешь для меня, тысячу раз и никогда не уставал бы от этого. Только представь, что я сделаю, когда ты отдашься мне целиком и полностью.

Она все еще пыталась отдышаться, но от его слов у нее перехватило дыхание. Ее болезненно пустое лоно снова слабо сжалась. Она заставила себя сделать глубокий вдох, прежде чем совершит какую-нибудь глупость.

Тесса не могла позволить ему овладеть ею целиком.

Не сейчас.

Никогда.

Потому что если это превзойдет то, как он трахал ее своей магией, она просто не выдержит.

Но это никогда не случится.

Связь зашипела, возмущенная ее мыслью, но Тесса была слишком одурманена наслаждением от оргазма, чтобы заметить этот протест. Этот опьянение оказалось лучше любого алкоголя. Вот почему она отчаянно искала смертных после тестирования. Но секс со смертными никогда не был таким. То, что сделал Теон, вообще не было сексом.

Это было…

Все из-за этой гребанной связи. Она будет повторять это снова и снова, пока сама не поверит это.

Руки Теона скользнули по ее бедрам, и он отступил на шаг. Он все еще крепко держал ее, его взгляд скользил по ней. Она могла поклясться, что он позволил теням последовать за его взглядом, призрачно касаясь ее в последний раз.

— Ты можешь стоять? — наконец спросил он после нескольких мгновений молчания. Голос его звучал хрипло, с грубоватыми нотками.

— Да. Да, — прохрипела она, прочищая горло. — Мне нужно умыться.

Теон кивнул, отпуская ее из своих объятий, и отступил еще на шаг. К ее чести, она лишь слегка пошатнулась, оттолкнувшись от стены позади себя.

Она направилась в ванную, чувствуя, как пристальный взгляд Теона следует за ней все время, пока она не закрыла дверь. Опершись руками в умывальник, она опустила голову.

Блядь.

Блядь.

Блядь.

Она подняла голову и посмотрела на свое отражение в зеркале. Ее щеки все еще пылали. Ее конечности все еще оставались тяжелыми. Она не понимает, как ноги вообще ее держат. На лице

Перейти на страницу: