Прислушавшись к себе, я сначала ничего не почувствовала, и меня накрыло разочарованием. Неужто показалось? Да быть не может! Граф ведь тоже сказал, что у меня магия появилась.
Принесли обед, и я на время оставила мысли о магии, почувствовав запах наваристой похлебки и жаркого. А ко всему этому прилагались тушеные овощи и печеночный рулет, пирог с капустой да кувшин с киселем. Брови поползли наверх при виде такого разнообразия, какое точно трудно было встретить в больницах моего мира. Впрочем, насколько я знала, у нас в прошлом, еще при царе, тоже не особо баловали пациентов деликатесами. Разве что в госпиталях, находящихся под опекой самого государя, да тех, где лечили исключительно дворян. Таких, как тот, в котором я оказалась.
С аппетитом отобедав, я блаженно растянулась на кровати, чувствуя себя почти счастливой, и сама не заметила, как уснула. А пришла в себя оттого, что кто-то трогает меня за плечо.
— Эй, Лира, тебя главврач зовет!
Открыв глаза, я наткнулась на беспокойный взгляд медсестры, что была закреплена за нашей палатой вместе со мной. Молодая, но некрасивая, слишком нескладная и не особо общительная.
Кажется, Белла, если не ошибаюсь. Ну, хоть эта на меня зверем не смотрит, как Гретта.
Нехотя поднявшись, поняла, что чувствую себя гораздо лучше. Причесалась, найдя в ящике тумбы частый костяной гребень, глянула на себя в такое же ручное зеркальце, какое было у Агнесс, и с каким-то душевным трепетом всмотрелась в отражение.
Как же странно видеть чужое лицо, да еще и такое молодое! Причем гораздо симпатичней, чем я была до этого. Может, поэтому Гретта так взъелась, а ее жених на меня глаз положил? Если верить ее россказням, конечно.
Запахнув поплотнее халат, под которым пряталась сорочка, я сунула ноги в теплые шерстяные тапки, больше похожие на ботинки, и отправилась к Лейтону. Пора было брать судьбу в свои руки, а главврач был именно тем человеком, кто мог мне в этом помочь.
Глава 11
— Проходите, милочка, — слабым голосом произнес главврач, капая в ложку какую-то прозрачную жидкость из крохотного бутылька.
Проглотив микстуру и скривившись при этом, граф убрал бутылек в стол и поднял на меня глаза. А я невольно вгляделась в его лицо, отмечая тревожные признаки.
Бледность, испарина на лбу, тяжелое дыхание... Кажется, то, что я видела там, в туалете, мне отнюдь не привиделось, и у Лейтона проблемы с сердцем. Только непонятно, почему он до сих пор себя не исцелил. Да будь у меня раньше в руках такой инструмент, как магия, давно бы уже все свои болячки вылечила.
— Ну что, леди, с вашим вопросом я разобрался. — Целитель сложил руки перед собой и одарил внимательным взглядом. — Моя племянница будет молчать, и об этом инциденте никто не узнает.
— Уверены, ваше сиятельство? — с сомнением уточнила я, усаживаясь в кресло перед ним.
Не может быть, чтобы эта стерва так легко отступила. Или Лейтон имеет гораздо большее влияние на нее, чем кажется. Впрочем, я была уверена, что Гретта все равно не забудет о нанесенной обиде.
— Да, я взял с нее клятву, — кивнул граф. — Пригрозил отправить ее в полевой госпиталь на границу, так что выбора у нее не было. Приказ о вашем переводе подготовлю сразу после вашего выздоровления. Что же касается вашего дара...
Старик вздохнул, утирая пот, и произнес устало:
— Это, конечно, весьма интересно, но я, пожалуй, займусь вами позже. Можете быть свободны.
Но я замешкалась, не спеша уходить.
— Ваше сиятельство, позвольте вопрос.
— Что такое?
— У вас ведь проблемы с сердцем?
Глаза мужчины округлились, и он удивленно поинтересовался:
— С чего вы это взяли? Впрочем, при должном опыте несложно догадаться. Умеете вы удивить, Лира.
— Нет, граф. — Я покачала головой. — Дело не в опыте. Это все мой дар. Я просто увидела это. Ваше сердце, оно просто полыхает огнем.
— Даже так? — Мужчина прищурился, поднявшись на ноги. — А сейчас можете снова посмотреть?
— Нет. — Я с сожалением развела руками. — Сейчас он почему-то не работает.
— Интересно... — пробормотал граф себе под нос, и его взгляд стал задумчивым. — Возможно, для его активации нужны какие-то условия. Такое бывает на первых порах.
— Какие условия? О чем вы?
— Не знаю, могу лишь предположить, что нужно воссоздать тот момент, когда ваш дар проснулся.
— Нет уж, спасибо, — фыркнула я. — Думаю, нам с Греттой больше не стоит пересекаться, если не хотите, чтобы мы друг друга поубивали.
Старик тяжело опустился обратно в кресло, и я едва не кинулась к нему, так он побелел. Неужто его так подкосила ругань с Греттой? Еще недавно же был в порядке...
Я не могла предложить ему ни нитроглицерин, ни валокордин. Схему их производства я знала лишь поверхностно и сомневалась, что в этом мире есть нужные технологии. Однако все это меркло перед одним вопросом.
— Но, граф… почему вы себя не исцелите?
Кажется, я сморозила какую-то глупость, потому как Лейтон посмотрел на меня так, будто я с луны свалилась.
— Вы сейчас серьезно? Не знать таких элементарных вещей! Как вы вообще обучались медицине? Целитель не может лечить сам себя, а магов моего уровня в столице мало, и уж тем более с даром исцеления. Боюсь, что рядовой маг тут не справится.
Сердце гулко ударилось о грудную клетку, и я с трудом удержала себя в руках. Это ж надо было так облажаться!
— Простите, ваше сиятельство, — смущенно проговорила я, на ходу выдумывая оправдание. — После того падения у меня порой провалы в памяти. Забыла кое-что по мелочи.
— Так чего ж вы молчали?! — возмутился доктор. — Это же очень важно!
Изобразив на лице искреннее раскаяние, я повинилась.
— Не считала это такой уж большой проблемой, ваше сиятельство. Думаю, вскоре память окончательно восстановится.
— Ясно, — хмуро отозвался Лейтон. — Идите, отдыхайте, а я, как смогу, осмотрю вас.
Я вышла в коридор и замерла прямо у входа. Слова главврача все стояли у меня в голове.
Интересно, если я снова поругаюсь с Греттой, дар проснется? Или...
Озарение пришло вспышкой. Кажется, дело не в человеке или месте, а в эмоциях. Столь ярких, что магия просыпается для защиты своего носителя. Пожалуй, надо бы это проверить.
Глава 12
Первой мыслью было найти-таки Гретту и снова поругаться с ней. Но я быстро отбросила эту самоубийственную идею в сторону. Пожалуй, тогда не Гретта вылетит из госпиталя, а я. Однако ничего в голову больше не