— Я не хочу, чтобы моих детей растил предатель. Чему он их научит? Вытирать ноги о чувства других? Топтать самое дорогое? Любовь не ценить? Величайший дар богов обрекать на погибель? Спасибо, но нет. Моим детям это не нужно!
— Нашим детям, — напомнил о себе Джим.
— Если так, то гораздо гуманнее было бы отравить этого Диму и все. Всяко, лучше, чем обрекать его на мучения.
— Боюсь, он так не думает. Есть икру ложками и кататься в дорогой машине — не велика мука. Кроме того, он любит свое дело. Поверь, кто-кто, а он вполне счастлив один.
— Счастлив? У него нет цели в жизни. Это ты ее украла! Целых три главные цели в жизни любого нормального человека! Не стоило заключать брак, если ты была к нему не готова. Брак — это взаимное уважение, забота, изредка еще и любовь. Я разочарована в тебе, Элоиза!
— Он о детях даже не знает. И никогда не узнает. И я больше не хочу об этом говорить. Джим, тебе передать масло? С ним вкуснее есть кекс. Можно еще варенья добавить.
— Спасибо.
— Вот это и есть настоящий брак, в основе которого забота, уважение вкусов друг друга. И всего этого ты лишила несчастного, убогого олигарха. Твой второй муж погибнет в муках, помяни мое слово! Я бы не смогла жить с такой ношей на сердце. И в кого ты настолько жестока? Точно не в меня.
Я демонстративно откусила кусочек кекса, все, больше ничего не хочу слушать. Тётушка наполнила свою чашку взбитыми сливками. На подоконнике завозилось наше привидение.
— Не терплю две вещи — дурочек и кирпичную пыль, — задумчиво высказалась старушка, натянула призрачный деревянный башмак и бесшумно спрыгнула на пол, — Вернусь, когда полы ототрёте. И постарайтесь убить немногих. Кроме того, в саду нет лишних грядок, а смородину выкорчевывать — себя не любить. Про азалии и вовсе молчу. Привидение сдвинуло шляпку набекрень, одернуло платье и растворилось.
— Я мою полы.
— Недостаточно тщательно. Родовому духу видней!
— Вы можете подать мне пример, тетя София!
— Ну уж нет! У тебя для этого есть муж. Даже два мужа. Пускай они тебе помогают или наймут слуг.
Внезапно дом содрогнулся, зашелся грохотом потолок, пробежал из угла в угол испуганный домовик, теряя по пути вещи. Зарядное устройство от моего телефона покатилось по полу, и он этого не заметил.
— Бежим! Это гроза! — бросилась тётушка закрывать заслонку камина.
— Не похоже! — я ринулась в сторону холла. Грохот раздался точно оттуда. Джим ранул следом за мной.
Глава 25
Дмитрий Ярве
Странно, но Василий Иванович больше ни о чем меня не спросил. Он предельно сосредоточен, уверенно лавирует на проспекте между машинами. Входную дверь мы купили, какую пришлось. Бронированная, чуть выпуклая внутрь, с цепью на пузе и парой добротных замков. Еле запихнули на крышу машины вдвоем, тяжеленная оказалась. Мешки с цементом, арматура и прочие снасти влезли в багажник.
Рабочих нанимать я не стал. Если уж простые парни способны установить дверь, то чем я сам хуже? Навыков, может, и нет, но уж по инструкции бетонный раствор наверняка замешаем вдвоем-то? Не идиоты, у каждого по стопке всевозможных дипломов и сертификатов есть. Чужих в тайну Лорелин мне посвящать не хочется. Одного бульдозериста и то много. Надеюсь, он не проболтается. А даже если, ему все равно никто не поверит.
Другое дело, Василий Иванович. Ему-то точно известно о Лорелин. Этого я не ожидал. Спросить откуда или подождать, пока сам расскажет? Вон как губы поджал, и скорость у машины для проспекта приличная. Он вообще сегодня напоминает матерого пса, который крепко взял след желанной добычи.
— Я на минуту, — вывернул он джип к ювелирному магазину.
— Мне тоже что-нибудь возьмите.
— Что, например? — озадаченно спросил мужчина и посмотрел на себя в зеркало заднего вида, даже не поленился его для этого подкрутить.
— Какие там в ходу деньги? Может, золотых слитков купить, как думаете?
— Понятия не имею. Я за другим, — он еще раз пригладил волосы и зачем-то добавил, — Я поседел рано, сорока не было. Служба, стресс. Так бывает. Привык уже и не замечаю. Может, покрасить их, как думаете?
— Кого покрасить?
— Не суть важно. Главное, геолокацию включить, чтобы потом дверь найти. С ведьмами из Лорелин нужно держать ухо востро.
— Думаете, дверь нужно краской измазать, чтоб потом найти?
— Не поможет. Ты ничего не хочешь купить для своей дамы сердца? Ничего, что я на "ты"?
— Ничего. Какой дамы сердца?
— Для той, которая тебя в Лорелин утащила, — начальник охраны внезапно очень крепко сжал руль машины, будто собрался заложить резкий маневр. И это, несмотря на то, что машина припаркована, а двигатель заглушён. Да я и сам сжал кулаки зачем-то.
— Я бы для Элли купил, если она жива.
— Ну так купи.
Мы вместе вышли из машины, прошли прямо по лужам до бутика, наполненного роскошью авторских ювелирных изделий. Внутри к нам навстречу бросились консультанты. Две симпатичные девушки. Василь Иванович явно вызвал у них больше расположения, чем я.
— На какую сумму рассчитываете? Чего желаете? Золото, серебро, платина?
— Не имеет значения. Мне нужно… — суровый мужик вдруг поджал губы и на секунду уставился в потолок, не мигая, будто решил так спрятать непрошенную слезу. Мне, конечно же, показалось. Разруби его надвое, этот человек плакать не будет, у стальных глыб слез не бывает, — Мне нужен букет первоцветов из самых дорогих камней, платины, золота. Чтоб смотрелся достойно.
— Брошь? Кольцо?
— Полный комплект, только быстрее.
— Опаздываете? — услужливо отступила девица к витрине, — Я могу предложить вам на выбор несколько комплектов из последней коллекции.
— Опаздываю, я и так уже опоздал на добрую четверть века. И заколочку еще, у моей дамы сердца пышные кудри.
Я с удивлением посмотрел на Василь Ивановича. Выходит, он тоже был в Лорелин, и точно так же, как я сам, хочет там найти кого-то. Женщину, которую потерял так давно. Двадцать пять лет — это не шутки. Сейчас ему около пятидесяти, выходит, тогда было двадцать с хвостом, чуть меньше, чем мне сейчас. Столько лет помнить о любимой, это