— Он врет. Клянусь, — быстро вставила Кейли. А затем приглушенно рявкнула: — Заткнись!
Они лишь однажды работали в одну смену, и Скайлар знала, что они не очень ладят. Но по отдельности оба были прекрасными сотрудниками.
— Кейли, — предупредила Скайлар.
— Серьезно. Всё путем. Хэнк там творит историю, пробует что-то новое в меню, пока тебя нет и никто не говорит ему «нет». Видела бы ты его. Он в диком восторге.
Скайлар вздохнула; её руки дрожали от усталости и неуверенности.
— Ты уверена? Я могу приехать. — она посмотрела на своё голое тело, всё еще покрытое следами ночного безумия. — Думаю, я уже в норме, а я знаю, что у тебя сегодня выходной.
— Не-а. Всё чики-пуки. Я рада лишней денежке за смену.
— А ты…
— Серьезно, завали, а то я приду к тебе и надеру задницу. Хватит стрессовать. Всё отлично. — Кейли резко выдохнула. — Ой. Пора бежать. Клиент.
Она повесила трубку, даже не попрощавшись.
Скайлар опустила телефон на колени и оглядела спальню. Было… странно находиться здесь посреди дня.
Когда я в последний раз брала выходной? Она честно не могла вспомнить. Чувствую себя не в своей тарелке.
Было непривычно осознавать, что всё в порядке и в ней не нуждаются. А еще она совершенно не знала, чем занять свободный день.
Она потянулась за водой и сделала глоток, а затем осушила стакан до дна, поняв, как сильно её мучит жажда. Она не рискнула откусить от пончика, который, скорее всего, пробовал тот странный хорек.
Чувствуя себя немного потерянной, она поставила ноги на пол и попыталась встать, но тут же поморщилась и села обратно.
— Всё тело болит.
Задница, киска и даже колени, локти и позвоночник ныли от того, что она почти всю ночь провела на четвереньках.
Она глянула в зеркало рядом с кроватью и чуть не закричала от ужаса.
— Твою мать! Я выгляжу ужасно!
Она потерла размазанный макияж. Всё вокруг рта было черным от помады, на щеках — потеки туши. Тональный крем пошел пятнами.
Она очень надеялась, что это просто последствия сна, а не то, как она выглядела во время секса! Но интуиция подсказывала обратное.
Уронив лицо в ладони, она покачала головой. Я не могу это повторить.
Как бы ей ни хотелось, она не могла продолжать призывать его ради бурных ночей.
Мне нужно когда-то возвращаться к реальности, и я не хочу брать отгулы из-за извращенного секса.
Она любила это. Любила безумно, но она не могла строить жизнь с монстром, когда вокруг были реальные люди. Кто-то там, в мире, мог бы стать её мужем или отцом её детей — если она когда-нибудь на это решится. Хотя она и не знала, хочет ли детей; возможно, она слишком занята для них.
Он просто меняет секс на сексуальную энергию. Это… ничего не значит.
Она посмотрела на экран телефона: приложение для знакомств было открыто, хотя ей этого не хотелось. Я избегаю этого парня именно из-за него.
Она сама не поняла, почему начала плакать или почему подтянула ноги к груди, чтобы спрятать лицо в коленях.
Секс был таким потрясающим — это ощущалось так странно и в то же время так правильно — но это была всего лишь фантазия. Двух раз достаточно.
Мне не следовало призывать его во второй раз.
Что я, блядь, творю?
И почему дом кажется еще более пустым, одиноким и холодным, чем когда-либо раньше?
Я хочу, чтобы меня просто обняли…
Глава тринадцатая
— Еще раз спасибо, Хэнк, — сказала Скайлар, отступая, пока он поднимался с колен у подножия её кровати.
— Без проблем, — ответил он, держа дрель в одной руке и шуруповерт в другой. Он сложил их в инструментальную сумку, лежащую на кровати, и застегнул ремни. — Как ты её вообще сломала?
Он снял очки, чтобы вытереть древесную пыль краем своей фанатской футболки, и водрузил их обратно на нос. В его волосах застряло несколько стружек после того, как он прикручивал стойку кровати обратно к раме.
— Слишком резко на неё села, и она просто треснула? — соврала она, выдавив улыбку, которая, как она надеялась, выглядела правдоподобно.
Он кивнул, как будто это был вполне логичный ответ. Никто и представить не мог, что Скайлар занимается сексом, а уж тем более с Мистером Тентакли — который, судя по всему, был достаточно крупным и тяжелым, чтобы проломить мебель.
Её улыбка погасла, когда эротические воспоминания омрачились чувством подавленности, укоренившимся в ней за последние три дня после той ночи. Мистер Тентакли подложил стопку книг под раму, чтобы кровать не перекашивалась, и хотя она была благодарна, он использовал антикварные тома, которые теперь изрядно поистрепались.
Но расстроена она была не из-за книг, хотя это и не помогало её скверному настроению.
— Ты в порядке? — спросил Хэнк, заметив её понурый вид. — Ты сама не своя последние пару дней.
— Да, я в норме.
— Уверена? Я могу взять нам пива, посидим, обсудим, что тебя гложет.
Она искренне улыбнулась ему, оценив доброту.
— Всё хорошо. Я лучше просто свернусь калачиком с книгой и отдохну.
Он кивнул и собрал вещи, собираясь уходить.
Она помахала ему на прощание и проводила взглядом до машины. Как только входная дверь закрылась, плечи Скайлар поникли, и она направилась в гостиную.
Устроившись в своем винтажном кресле с «ушами», Скайлар выудила телефон из кармана и открыла приложение для знакомств. Сообщение от Оливера тут же высветилось на экране — последние три дня она только и делала, что пялилась на него.
Ей никак не удавалось набраться смелости и наконец ответить.
Прошло почти семь дней… не слишком ли поздно писать ответ?
Она смотрела на экран, чувствуя себя виноватой за то, что заставила его ждать — да и вообще чувствуя себя паршиво.
Да ладно тебе, Скайлар. Мистеру Тентакли плевать. Ты, наверное, просто одна из многих ведьм, обменивающихся с ним сексуальной энергией. Это был безличный контракт, и ничего более. Он просто подпитался тобой, вот и всё. Как инкуб.
Ожидать чего-то большего было глупостью и жалким оправданием, чтобы не ходить на свидания. Раздражающий голос разума устроил ей мысленную встряску.
Она застонала, крепко сжала телефон и сделала глубокий вдох.
— Ладно. Я смогу.
Неотправленное сообщение: Приветики!
Она тут же стерла.
Нет, слишком радостно.
С: Привет. Мне очень жаль, что не ответила раньше. Мне это не свойственно, но на работе были тяжелые дни, так что было трудно выйти на связь.
Технически это не было ложью, хотя