Оргазм получился невероятно мощным, и тугая струя густого семени забрызгала листья кустарника, под которым он укрывался на самом краю леса. После излияния, наваждение прошло и прояснился разум. Вытаращив глаза, он осознал, что сидит на земле, глядя на тренирующихся красавиц и отчаянно мастурбирует, выдавливая из стоящего колом члена остатки семени. Какого чёрта?! Осознание того, что он едва не вышел из укрытия и не направился прямо к тренирующимся воительницам, ослеплённый желанием совокупляться с ними, заставило похолодеть от ужаса. Он едва не погиб самым глупым и нелепым образом! Но как?!
Озарение пришло почти сразу. Усиление репродуктивной функции и всего, что с ней связано! Проклятье, этого он не учёл. Гоблины от природы весьма похотливы, а уж если их похоть усилить… Могут начаться проблемы. Зашипев, он спешно покинул своё укрытие, скрывшись в лесу. Подальше от соблазнительных и почти обнажённых тел в пропитанных потом туниках, что так вкусно и приятно пахли… Проклятье! Вот же угораздило! Интересно, кто вообще такие эти воительницы? Какая-то элитная группа боевых жриц местных богинь? Или потомки кого-то из небожителей и смертной женщины? Или дочери этих самых богинь от смертных? Иначе откуда у них такая сила?
Дальнейший осмотр острова, который он проводил куда более тщательно и осторожно, подтвердил его догадку. Все обитательницы этого места были подобны тем, кого он встретил первыми. И мужчин среди них не было вообще. Одни лишь женщины, в каждой из которых ощущалась толика силы богини. Причём не одной, а сразу нескольких. Очень интересно и очень плохо. Похоже, он попал на остров, где квартировалась персональная армия женской части здешнего пантеона, так как все замеченные им женщины были физически крепкими и атлетически сложенными. Почти все они каждый день тренировались с оружием и доспехами по несколько часов. А многие несли караулы на побережье и в других местах острова, ходя в патрули.
Вернее, по большей части делали вид, что несут караулы. Так как он несколько раз становился свидетелем того, что стоило местным обитательницам во время патруля зайти в укромное место, как они тут же начинали предаваться разврату. В первый раз, решив проследить за одной парочкой воительниц, он вновь впал в ступор, едва они, свернув с побережья в лес, на небольшую полянку, тут же отбросили в сторону щиты и копья и принялись спешно раздеваться. Уже через пару мгновений, на земле, среди сброшенных туник и сандалий, переплелись два женских тела в страстных объятиях. Какое-то время воительницы ласкали друг дружку, одновременно впиваясь друг в друга губами, затем та, что была сверху отстранилась. Перекинув через свою любовницу ногу так, чтобы их нижние губы соприкоснулись, она вцепилась в протянутую руку подруги и принялась активно двигать бёдрами. Её подружка не отставала, двигаясь в такт с ней.
Через несколько минут, лес огласили их громкие стоны, и обе воительницы рухнули на ковёр из трав, тяжело дыша. Восстановив дыхание, они обнялись, прижавшись друг к другу, и принялись о чём-то шептаться, не переставая ласкать и гладить друг дружку. Зрелище их стройных, тренированных, покрытых потом, обнажённых тел было настолько притягательным, что ему пришлось до крови прикусить себе губу, чтобы не броситься на них из кустов. Проклятье, решение перенаправить излишки энергии на репродуктивную функцию было не самым разумным! Но кто же мог знать?! Излившись в кустах тугой струёй семени, он поспешил прочь от милующейся парочки.
В последующие дни, он ещё несколько раз становился свидетелем подобных женских забав. Всякий раз, лишь чудовищным усилием воли и спешным рукоблудием удавалось подавить инстинкты нового тела, требовавшего немедленно совокупить подходящих самок. Всё это раздражало неимоверно, но в наблюдениях за местными обитательницами он узнал кое-что интересное. Не все они были одинаковыми. В каждой из них была частица силы каждой из богинь, что покровительствовали этому острову. Но частицы эти были не равноценны по своей мощи. И отражалось на внешности и, судя по всему, характере местных обитательниц. Для себя он выделил две наиболее отличающиеся группы.
Первая группа была физически очень сильна, с мощными рельефными мышцами. Как правило, они носили более короткие причёски и больше всего упражнялись с оружием. И обладали менее женственными фигурами. По крайней мере, сиськи у них редко были больше третьего размера. Вторая группа хоть и обладала стройными и тренированными телами, но была наделена куда более женственными формами. Почти все они были с пышной грудью и широкими бёдрами, а также с длинными волосами, как правило доходившими до копчика. Условно можно было выделить и третью группу, что находилась где-то посередине между первыми двумя, но таковых было немного. Куда интереснее было то, что наблюдая за здешними обитательницами, он заметил, что первые куда чаще доминировали в любовных играх над вторыми. Причём, не всегда к особой радости вторых.
Во время наблюдения за одним из патрулей, он стал свидетелем того, как более крепкая и сильная воительница, едва они зашли в лес, без прелюдий и церемоний нагнула свою более слабую, пышногрудую и фигуристую товарку. Несмотря на её вялые протесты, сопротивлением это было не назвать. Задрав ей тогу, более крепкая воительница принялась одной рукой лапать свою жертву за грудь, а второй орудовать между ног, терзая нижние губы. Одновременно она страстно впивалась губами ей в шею. Вдоволь насладившись её телом, более сильная воительница уложила товарку на землю и уселась той на лицо, заставив ублажать себя языком. Просидела она так довольно долго, не раз излившись в рот и на лицо товарки. Лишь полностью удовлетворившись, она слезла с лица своей подружки, но ещё некоторое время не давала ей встать, лёжа сверху и по-хозяйски лапая.
В другой раз он заметил, как к паре фигуристых местных жительниц, что собирала яблоки в одной из фруктовых рощ на краю города, подошло несколько более крепких воительниц, как раз после очередной тренировки. Очень быстро их разговоры переросли сначала в игривое облапывание фигуристых за сиськи и задницы, а потом в откровенные домогательства. Закончилось всё тем, что пришедшие воительницы со смехом увели вяло пытавшихся отвертеться собирательниц яблок в лес. Где на ближайшей поляне всё обернулось групповым соитием, во время которого каждая из пришедших воительниц успела посидеть на лицах более слабых и