Я побарабанил пальцами по рулю, отдавшись воспоминаниям. Хороший тогда получился заезд, прям как сейчас. И за окном тоже один за другим мелькали рекламные щиты, только тут слова другие. Ну и буквы перекошены, да лицо на плакатах выцвело. А так, один в один.
— И что было дальше? — холодный голос бога вырвал меня из воспоминаний.
Я поморщился.
— Что дальше? Да ничего, если честно. Как приехал обратно, хозяин-грузин хотел сдать меня в полицию. Его жена отговорила, сказала: «Не трогай мальчика. Женщин у него не видывала, пусть хоть машину потрогает». Карга старая, хех. С тех пор машины и люблю, короче.
Я заметил, как уголок губ Аиду на секунду дернулся. Хотя, может, мне просто показалось.
За окнами всё чаще мелькали следы военных столкновений. Развороченные бетонные блоки, обрушенные мосты, черные воронки на шоссе. Похоже, Империя не сдавалась даймонам без боя. Брошенных машин на дороге тоже прибавилось, приходилось лавировать. Иногда — объезжать по встречке, иногда — останавливаться, чтобы перетащить остатки чьего-то седана на обочину. Хорошо все же иметь Символ, без него мы точно застряли.
— Спасибо, что помог, — буркнул я, когда в очередной раз вернулся в машину после нескольких минут упорного ручного труда. И тихо прошептал себе под нос. — Лентяй неблагодарный.
Аид не ответил. Он вообще предпочитал отмалчиваться с тех пор, когда мы покинули Подземный Мир. Сидел позади да изредка поправлял полы своего белоснежного пиджака. К слову, он вообще выбрал странную одежду для путешествия в разбитой машине: рубашка из черного шёлка, белоснежный пиджак с широкими лацканами, перстни на каждом пальце.
— Это одежда правда в твоем вкусе? Или ты просто открыл гардероб и нацепил, что попало, — наконец не выдержал я, когда этот пижон в очередной раз показался в отражении зеркала.
— Мой вкус тебя не касается, — отрезал он.
— Выглядишь, как сутенёр, — пробормотал я тихо, чтобы он не услышал.
Аид, разумеется, услышал. Все время забываю, что даже без своих сил у него осталось божественное тело. А это значит божественные мускулы, божественно белые зубы и да, божественный слух.
— Я одет как подобает царю, — холодно ответил он. — Ты же выглядишь как оборванец.
— Так я он и есть. Я же не хочу, чтобы нас узнал первый встречный.
Поэтому-то я, кстати, особо не брился. Так подрезал бороду слегка, чтобы не выглядеть совсем уж Дедом Морозом. И длинные волосы оставил, только завязал их в тугой хвост. Добавьте к этому потертые джинсы, дешевую спортивную куртку и хеви-металл футболку с надписью «OLYMP MUZ DIE», и я мог сойти за отличного хипстера восьмидесятых. Даже возрастом почти подходил.
— Царю не пристало прятаться, — жестко ответил Аид и внезапно вздохнул. — Но ты прав, у меня просто нет другой одежды. В мире смертных я редкий гость.
Я удивленно присвистнул. Нет, не из-за факта про одежду, тут-то я не удивлен. Я этого мужика только в тогах да доспехах видал. Меня удивил тот факт, что он это признал. Особенно передо мной. На мгновение в салоне стало тихо, только двигатель урчал и фыркал под капотом, да редкие ветки то и дело били по лобовому стеклу.
— Где мы сейчас? — спросил Аид.
— Хороший вопрос, на деле.
Я убрал руку с руля, остановил машину, полез в бардачок, вытащил сложенную бумажную карту. Да. Ту самую карту наших предков. С желтыми линиями дорог и именами автострад. Чудом нашел на той же стоянке, между прочим. Раритет.
Аид недоуменно сощурился.
— Я мало знаком с технологиями смертных, но разве…
— Интернет не работает, — пояснил я. — Что-то с сигналом. Спутники, может, вышли из строя. Или кто-то их сбил. Не знаю.
— Прекрасно, — поморщился он. — То есть мы еще и потерялись.
Я промолчал. Вместо ответа расстелил карту перед ним и ткнул в нужное место. Мы были где-то между Коринфом и Тегеей. До Спарты — часов пять, если повезёт. Если мосты не разрушены. Если кто-то не устроил засаду. Очень много этих самых «если».
Аид наклонился вперёд, глянул на карту. Его пальцы прошлись по линии трассы. Кольца на пальцах блеснули, отражаясь в стекле.
— Ты хочешь ехать по главной дороге? Это риск, — наконец выдал он. — Ее могут контролировать.
— А что ты предлагаешь? Срезать через поля? Машина для этого не приспособлена. Нет, придется рискнуть.
Он откинулся на спинку кресла и задумался. Подождав пару секунд, я осознал, что больше разговаривать он со мной не намерен, потому убрал карту обратно в бардачок и нажал на газ. Машина медленно тронулась дальше.
Я же задумался. Буквально несколько минут назад я как раз размышлял, насколько Аид молчалив. Это нормально, этого я ожидал. У нас и так отношения хуже некуда, а после событий в храме Кроноса бог должен был ненавидеть меня пуще прежнего. Вот только я не вижу злости или презрения. Надменность, да, но не злобы. Почему? На него дорога так действует или что?
Я покосился на него снова — и внезапно до меня дошло. Он же просто боится. Аид по-настоящему выбит из колеи. Он слишком долго жил там, внизу — Владыка, где его сила повсюду, где чуть ли не каждый камень знает его по имени. А он — словно рыба на суше. Почти смертный, без своих сил или власти. Он даже не знаком с миром смертных, а потому привязан ко мне как ребенок к маме.
Уверен, это его жутко бесило.
— Так… — я решил воспользоваться моментом. — Зачем ты вообще поехал со мной?
Аид усмехнулся. Усталой, сухой усмешкой.
— А что мне оставалось? Мы проиграли, мои братья мертвы. Персефона у Деметры — чтоб эта старая карга подавилась. Кто-то должен ее спасти. И нет, Адриан, я не верю, что это сделаешь ты.
— Таков план, — спокойно парировал я.
Он только скривился и отвернулся обратно к окну. Я побарабанил по рулю, задумчиво наблюдая за ним в зеркало заднего вида.
— Слушай… Так как ты этого не предлагал, я сделал вывод, что ничего сделать нельзя, — спустя несколько километров произнес я. — Но все же… просто отдать твои силы я обратно не могу?
К моему удивлению, Аид расхохотался.
— Отдать? Мальчик, что это, по-твоему, банковский долг? Ты забрал мою Власть, то, что делало