Хоу, не теряя времени, сразу же наливает по второй щедрой порции, недвусмысленно выражая твёрдое намерение пить сегодня серьёзно.
— Ну что ж, — налоговик откидывается на спинку деревянного стула, устраиваясь поудобнее. — Давайте теперь хоть о чём-то приятном поговорим. Как вообще идёт ваш мясной магазин в последнее время? Сын упоминал вскользь, что у вас всё развивается в разы лучше самых оптимистичных ожиданий.
Ван Мин Tao утвердительно кивает. Выпитый алкоголь постепенно начинает расслаблять его кованные стрессом мышцы.
— Да, всё очень неплохо складывается, — бизнесмен закидывает в рот горсть жареного арахиса и задумчиво разжёвывает его. — Поток постоянных клиентов стабильный, растёт каждую неделю. Графики прибыли идут только вверх. Времени на управление бизнесом уходит не так уж много, потому что я работаю в партнёрстве с вьетнамкой. Она взяла на себя львиную долю операционных обязанностей — закупки, персонал, контроль качества.
— Рад это слышать. Значит, рискованная затея в итоге оказалась успешной. Так оно в жизни и бывает.
— Более того, — Ван заметно оживляется, в глазах загорается азартный огонёк предпринимателя. — Я вовсю думаю об открытии второй торговой точки в другом районе Пекина. Спрос на качественное мясо просто огромный! Люди готовы платить ощутимо больше за твёрдую уверенность в покупке хорошего, безопасного продукта без химии.
— Абсолютная правда. Моя жена стала постоянным покупателем в вашем магазине, регулярно туда ездит. Причём всех своих подруг туда заманила, расхваливает на каждом углу. По вкусу мясо действительно неплохое.
— Никогда бы не подумал, что я, строитель с тридцатилетним стажем, вдруг перейду в мясной бизнес, — признаётся Ван. — Всю жизнь строил дома, торговые центры, офисные здания, промышленные объекты. Бетон, кирпич, арматура, сваи — это был мой привычный мир. А теперь вот сижу, разбираюсь в тонкостях говядины и оптимальных сроках мясного созревания.
Хоу Усянь поднимает стакан:
— Жизнь очень непредсказуемая штука, — соглашается он с улыбкой. — Никогда не знаешь точно, куда тебя в итоге занесёт судьба.
Под эти слова они выпивают очередную порцию. Крепкий алкоголь действует на обоих — накопленное за день напряжение спадает, скованность исчезает, разговор становится свободнее.
Официант приносит горячие блюда — ароматную жареную утку с хрустящей корочкой, тушёную свинину в остром соусе, рассыпчатый белый рис, овощи на пару.
За приятным разговором бутылка байцзю стремительно опустевает.
— А у вас как дела на работе? — бизнесмен берёт палочками кусок нежной утки. — Налоговая служба Пекина, наверное, сейчас загружена по самую макушку?
Хоу Усянь выразительно морщится, недовольно поджимая губы:
— Даже не спрашивайте про это, умоляю! — устало машет рукой. — Конец финансового года, как всегда полный кошмар. Годовые отчёты, внезапные проверки, планы на следующий период. Плюс постоянные указания сверху из министерства — то одно срочно ужесточить, то другое немедленно проверить. Работы по горло, не продохнуть. Не люблю я эту беготню в конце года.
Не успевает Ван Мин Тao ответить, как его смартфон на столе звонко оповещает о входящем сообщении. Бизнесмен жестом извиняется перед собеседником и берёт в руки телефон.
Сообщение от чиновника Ян Вэймина. Сразу два, одно за другим.
Ван быстро пробегает глазами текст. Лицо меняется — сначала проскальзывает облегчение и радость, затем настороженность и беспокойство.
Первая новость его искренне порадовала. Чиновнику наконец-то удалось вернуть все украденные с биржи ByBit деньги. А это означает, что застопорившиеся дела с цементным заводом наконец сдвинутся с мёртвой точки.
А вот вторая новость заставляет серьёзно задуматься: Ян Вэймин в своём подробном сообщении предупреждает о грядущих крупных перестановках в структуре Центрального комитета партии.
Он настоятельно просит быть предельно осторожным в ближайшее время. В течение ближайших двадцати четырёх часов не лезть ни в какие новые дела, ничего не подписывать, спокойно жить обычной жизнью и не встречаться ни с кем из коллег по ЦК в ближайшие дни — даже если те сами будут инициировать встречу и придумывать поводы.
Лицо Вана становится задумчивым. По телу снова непрошено проносится знакомая волна нервного напряжения, сводя на нет расслабляющий эффект алкоголя.
Хоу Усянь замечает резкие изменения в выражении лица собеседника. Он откладывает палочки для еды в сторону и прямо в лоб спрашивает:
— Что-то случилось? Плохие новости?
Ван медленно кладёт телефон на стол экраном вниз.
— Вы же помните, как мною интересовались определённые люди из Центрального комитета? Скорее даже не мною, а строительным бизнесом?
— Помню.
— Вот только что пришли свежие новости, касающиеся этой ситуации.
— Да, общий курс партии я отлично вижу изнутри системы. Так что мне в целом понятно, что сейчас происходит на верхних этажах, — кивает налоговик. — А что за новости-то?
— Есть один человек из ЦК, с которым я сейчас пытаюсь сработаться в деловом альянсе, — тихо поясняет Ван. — У нас с ним перспективная идея по развитию общего масштабного дела — строительство жилого микрорайона на базе цементного завода. Меня уже официально утвердили на завод, я спокойно отгружаю себе цемент по хорошей цене. Но этот человек сейчас говорит, что в структурах ЦК началось завихрение. Советует быть осторожным в ближайшее время.
Хоу-старший несколько секунд молча смотрит в стену.
— А давайте-ка мы с вами подстрахуемся, — после недолгих раздумий предлагает он. — Ваша основная точка опоры и поддержки сейчас находится на «федеральном» уровне, в самом ЦК. Давайте параллельно создадим такую же надёжную опору на уровне Пекина, в городском масштабе? Вместе придумаем строительный проект поскромнее. Чтобы у вас был запасной вариант на случай форс-мажора.
— Запасной вариант?
— Ну да! Образно выражаясь, — оживляется налоговик. — По аналогии: допустим, изначально планировалась сеть ресторанов по городу. Если глобальный проект вдруг не выстрелит, по независящим причинам — будет хотя бы один небольшой, но стабильный ресторанчик или столовая. С которого тоже можно вполне достойно жить и кормить семью.
Ван задумчиво трёт подбородок. Он не ожидал, что сегодняшний вечер со сватом закончится деловым предложением.
Впрочем, в словах налоговика безусловно есть деловая логика.
— Считайте, что таким действием я одновременно закрываю для себя две важные цели, — продолжает Хоу Усянь. — Первая — лично перед вами извиняюсь за поведение сына и за всё то, что он натворил. Это моя благодарность за ваше человеческое понимание ситуации. — Налоговик залпом осушает стакан.
— А вторая цель? — уточняет бизнесмен.
— Хочу себе заранее соломку подстелить на будущее. У меня же выход на пенсию уже не за горами. А та скорость, с какой сын внуков штампует направо и налево — дедушке очень скоро понадобится много денег на их содержание. До официального выхода на заслуженный отдых, с этой новой правительственной пенсионной политикой, осталось совсем недалеко.
— А вы