«Ушёл на совещание. Вернусь, как и вчера, поздно. Не жди меня. Сегодня вы с Жасмин едете на экскурсию по острову. Она зайдёт за тобой в девять утра. Лоурен».
Моё настроение сразу упало. Видимо, пора смириться, что между нами всё останется как есть. Я ведь изначально знала, что он приехал сюда работать. Не ради меня. Ему всё равно, что наши отношения катятся под горку, если это вообще можно назвать отношениями. Тогда почему я так упорно хватаюсь за любую ниточку, что ведёт меня к нему, при этом тут же отрицая факт, что Лоурен начал много значить для меня? Сама не знаю, чего от него жду и хочу, но в итоге я собралась, как было велено в записке, и к девяти утра приготовилась к выходу. Жасмин появилась на пороге минута в минуту, и мы отправились в путь.
10
Весь день мы ездили по острову и осмотрели все достопримечательности. Я накупила кучу сувениров для сестры, Петера и Аннеты. После мы катались на яхте, ныряли и осматривали пещеры рядом с островом. Это было потрясающе! День, как мне казалось, просто пролетел, словно стрела.
В отель я вернулась без ног, и всё же мы с Жасмин пошли на массаж, сделали маникюр и педикюр. Следующим вечером должен состояться банкет, на который Лоурен решил взять меня с собой.
Жасмин поставила меня в известность, что в три часа дня придут парикмахер-стилист и визажист, чтобы подготовить нас к празднику. Покорно я сдалась на милость судьбе. Я сама поразилась своей покладистости. Раньше такое заявление вызвало бы у меня бурю протеста, но грусть, съедавшая мою душу, заставила мои руки опуститься. Сил для возражений не было.
Мне не особо хотелось идти на банкет, тем более когда я пребывала с Лоуреном в таких натянутых отношениях. Я вообще не могла понять, зачем он тащит меня с собой, когда у него есть Жасмин. Она знает все правила этикета и всех гостей, как себя правильно вести и разговаривать, чего нельзя сказать обо мне. Зачем он решил явиться в моём сопровождении, рискуя опозориться перед своими деловыми партнёрами, если его даже моё присутствие напрягает? Лоурен странный человек. Но раз он так решил, то выбора у меня всё равно нет.
Придя в номер, я знала, что Лоурен вернулся. Вроде бы никаких явных следов его возвращения не было, и тем не менее я была уверена в этом. Я практически всегда могла угадать, дома Лоурен или нет. Словно в воздухе витала его аура.
Его не оказалось в гостиной, значит, он у себя. Наверное, не хочет меня видеть. Так какого чёрта я тогда стою у него под дверью?!
В голове промелькнула мысль оставить его в покое. Очевидно же, что он зол после вчерашнего. Я настойчиво отвергала факт, что мне хочется его увидеть и я просто-напросто соскучилась. Видимо это, в конце концов, и заставило меня постучать.
– Войди! – послышался его приглушённый голос.
Я осторожно отворила дверь. Он сидел на кровати, облокотившись спиной на дюжину подушек, обложившись кучей папок и стопками бумаг, а на коленях у него лежал ноутбук. И как он собирается спать в этом хаосе? Лоурен неисправим. Как он умудряется создавать вокруг себя беспорядок, который достигает колоссальных масштабов буквально за несколько часов, знает, наверное, лишь он сам.
Лоурен бросил на меня короткий взгляд и опять уткнулся в ноутбук.
– Ты что-то хотела? – спросил он официальным тоном.
Такой чёрствый и отрешённый. Как я и думала. Внутри меня всё опустилось. Лучше бы я не заходила, ведь я провела такой прекрасный день, почти не думая о Лоурене, а теперь моё чувство окрыления вмиг испарилось.
– Нет, – соврала я, – просто хотела убедиться, что ты вернулся.
«Ложь, ложь, ложь!» – орало всё внутри меня, но правду я не могла произнести вслух, я даже признаться сама себе в этой правде не могла и не хотела.
– Как видишь, я тут. Как провела день? – осведомился он, продолжая что-то печатать, поглядывая периодически в открытую папку, что лежала справа от него.
Зачем спрашивать, если ему это неинтересно?!
– Хорошо, – коротко ответила я. – Тогда до завтра, – я хотела закрыть за собой дверь, но голос Лоурена меня остановил.
– С тобой всё в порядке, крошка?
Я вздрогнула, как будто дотронулась до оголённого провода под напряжением.
Это прозвище. Когда он меня так называл, моё нутро сжималось. Хотелось заклеить ему рот или стереть память, чтобы он этого слова никогда не произносил. Когда я бросила на него искоса взгляд, он внимательно изучал меня своими холодными зелёными глазами.
– А почему что-то должно быть не в порядке? – ответила я вопросом на вопрос. Мне было не по себе от мысли, что Лоурен заметил, как я себя на самом деле чувствую.
– Прости, что вчера был груб с тобой. У меня выдался нелёгкий день.
И снова меня тряхнуло. Он извинился, значит, понимает, что я обиделась. Но мне не нравилось, что он догадался об этом.
– Да ничего страшного. Я пойду, – я сбегаю как раз тогда, когда можно продолжить разговор и провести с ним немного времени, как я того и хотела. Мои самоуверенность и твёрдость растворяются в воздухе, словно по волшебству, когда Лоурен такой добрый.
– Завтра я зайду за тобой в полвосьмого вечера в номер Жасмин. Она сказала, что будет помогать тебе готовиться к банкету. Я уйду очень рано утром, поэтому мы опять не сможем позавтракать вместе. Мне жаль, что так получается… Лина?.. – Он не закончил свою речь, потому что понял, что я его не слушаю. В данный момент меня занимала моя внутренняя борьба странных ощущений, что вызывали страшную дрожь в руках.
В какой момент он стал таким проницательным и может угадывать, что тревожит мою душу?!
– Точно всё в порядке? – переспросил Лоурен, но ответа не дождался.
Я слышала, как он встал с кровати, отложив в сторону свой ноутбук, но не заметила, как он подошёл ко мне. Я всё это время таращилась на косяк, пребывая в полной прострации.
– Эй! – когда он вдруг прикоснулся к моему плечу, я отпрыгнула в сторону. Лоурен смотрел на меня с неподдельным беспокойством. – Ты не заболела?
– Нет! – отрезала я слишком резко и громко, сразу покраснев. – Прости, что отвлекла! Может, тебе принести чего-нибудь?
Он недоуменно поднял бровь, и я поняла, что ляпнула несуразицу. Мы не дома. Обслуживать его сейчас не входит в мои обязанности.
Мои слова ещё больше заставили Лоурена усомниться в степени моей адекватности.
– Нет, я не голоден, уже поужинал, – заметил он мрачно, наблюдая за моим замешательством.
– Хорошо, тогда я спать, – не глядя на него, я побежала к себе в комнату и захлопнула дверь, а потом долго стояла под холодным душем, безуспешно пытаясь сдержать слёзы. Не знаю, из-за чего я плакала. Эти чувства были мне незнакомы. Мне было и грустно, и больно, и тоскливо одновременно.
Наверное, Лоурен снова разозлился на меня. Ведь он попросил прощения, а я просто убежала, ничего ему толком не сказав. Ну а что мне ещё оставалось?! В последнее время меня тянуло к Лоурену так сильно, что, казалось, я не сдержусь, побегу к нему и брошусь на шею. Но так нельзя делать. Плакаться в жилетку моему врагу номер один – это не лезет ни в какие ворота!
Уснула я тревожным сном и спала очень плохо, часто пробуждаясь и снова засыпая, погружаясь в неглубокую дремоту.
Утром я проснулась разбитой. Пожалуй, я устала от такого отдыха, даже если это звучит абсурдно. Мне хотелось домой. Я соскучилась по привычным вещам: по своей комнате, своей подушке, в которую можно спокойно лить слёзы в тишине и покое, по Карине и Петеру, по их непринуждённым