Именно поэтому мы и ругались, именно поэтому в тот день, я вдруг осталась без родителей и была вынуждена выживать сама.
— Я могу ее увидеть? — услышала я вдруг голос отца.
— Она спит, — был ему ответ Вульфа, — но если хотите, я схожу, посмотрю, может она уже проснулась.
— Нет, пусть еще поспит, давай сначала обсудим произошедшее вчера, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему.
— Хорошо — ответил Вульф.
Дальше они разговаривали о вчерашнем дне и, в конце концов, пришли к выводу, что у Вульфа не было выбора, и он просто защищал клан Старого Леса. Когда они закончили, отец вдруг спросил.
— Ты уверен, что с ней все в порядке? Она у нас ранняя пташка и в это время обычно уже бодрствует, да и в постели она никогда не любила валяться, а рука это не тот повод, чтобы она лежала в постели.
— Я заходил к ней на рассвете, она была в порядке, но вы правы, я схожу к ней и посмотрю как она — ответил ему Вульф, и я услышала звук его шагов приближающихся к двери.
И вот дверь открылась, и он вошел в комнату и посмотрел на меня.
— Доброе утро, как ты себя чувствуешь? — спросил Вульф, внимательно оглядывая меня.
— Доброе, нормально — ответила я и постаралась улыбнуться, однако мое сердце сжалось от боли, при виде его равнодушных глаз.
— Приехал твой отец, он хочет с тобой поговорить — сказал Вульф, отводя от меня взгляд.
— Впустишь его? — попросила я, с замиранием сердца, ведь это первый раз, когда отец захотел поговорить со мной, со дня смерти матери.
— Конечно! — кивнул Вульф и вышел.
И вот он входит в дверь, и я не узнаю его. Он выглядит усталым, и потерянным, а если бы я не была уверена, что это мой отец я бы сказала, что его подменили.
— Здравствуй, Эирлис, как ты? — спросил меня отец, при этом глядя то на меня, то отводя взгляд в сторону.
— Нормально, правда! А ты как? — спросила я, прекрасно понимая, что он потерял свою дочь, ведь с Натой в отличии от меня, он всегда хорошо ладил.
— Я в порядке, только очень испугался, когда узнал, что ты чуть не погибла — ответил он мне, неуверенно приближаясь к креслу возле кровати и садясь в него.
— Мне очень жаль, что ее больше нет — сказала я только сейчас осознавая, что действительно сожалею о смерти сестры.
— Мне тоже жаль, но я безумно счастлив, что ты выжила — сказал он неожиданно и посмотрел мне прямо в глаза.
Меня поразило то, что я там увидела. В его взгляде было счастье и радость, а еще искренняя неугасимая любовь ко мне, которую я не видела с того дня как уехала к бабушке, перед смертью матери.
— Пап я...- начала я, но он не дал мне закончить
— Эирлис, прошу, выслушай меня, когда я узнал, что ты чуть не погибла я вдруг понял, что больше так не могу, а еще и те страшные месяцы, когда ты исчезла, но тогда была надежда, а вчера... - он замолчал, явно не справившись с чувствами, а потом продолжил — Я знаю, что я не прав прошу, позволь мне все тебе рассказать. Ты уже взрослая, ты поймешь, должна понять!
Он резко встал и подошел к окну. Мы оба молчали, я ждала его слов, понимая, что ему надо выговориться, а он собирался с силами и наконец, он заговорил.
— Мы с твоей матерью поженились, так же как и вы с Вульфом, я увидел, захотел и забрал — он горько усмехнулся — только характер у нее был сложный и ты не только внешне в мать, но и характером. Брак у нас был тяжелый, мы, то ссорились, то мирились, то страстно любили друг друга, то она была готова забрать вас и уехать в свой клан, бросив меня. Но я любил ее до безумия и всегда старался помириться, вот и в тот день мы поругались. Я даже и не помню из-за чего, просто поругались и все! Потом она собралась забрала младших и уехала по магазинам, им надо было вещи купить, а я, оставшись с твоим братом, злой на весь мир, решил поохотиться и забрал сына с собой, ведь не с кем его было оставить, да и учить его охоте надо было.
Он снова замолчал, и тут я увидела, его отражение в окне... Он плакал! Мне захотелось броситься и утешить его, но он снова заговорил, а я, услышав его слова замерла на месте.
— Мне позвонил ближе к вечеру мой шпион и сообщил, что мой брат готовит очередное нападение на мой дом. Я побросав все бросился назад. Всю дорогу я звонил твоей матери, а она сбрасывала вызовы из-за своей обиды на меня, я же все равно звонил ей раз за разом, а потом она перестала сбрасывать, и я понял, что пришла беда и уже поздно. Звонков через сорок, мне ответили и сказали, что ее больше нет. Они ждали их у нас дома, она даже сопротивляться не смогла, даже не закричала! — его голос сорвался, и я поняла, как ему больно, поднявшись с кровати, я подошла и обняла его сзади.
Так мы и стояли, а человек, которого я всегда считала сильным и холодным, рыдал, не сдерживая слез оплакивая свою потерю.
— Тогда я подумал, что вам это знать не надо и отделался общими фразами, а чтобы ты не узнала всей правды, ведь ты так любила дядю, решил, что будет лучше, если моя самая любимая малышка меня возненавидит.
— Что стало с теми, кто их убил? — наконец спросила я, в то время как мое сердце сжималось от его слов — Ты узнал, кто это был.
— Да! — кивнул он — Они все мертвы, я об этом позаботился — ответил он и я услышала в его голосе ненависть к тем, кого уже нет, но кого он до сих пор не простил — самое лучшее, что было в моей жизни это ты и твоя мать, и я вас обеих потерял. Знаешь, я думал, что пока ты жива я смогу довольствоваться этим, а вчера понял, что не могу, ты нужна мне как воздух, я живу тобой и для