– Нет! Пожалуйста, – прошу, рыдая не тише, чем Максим. – Он же не нужен вам! Это только чтобы наказать меня, да?
– Он Юдин, – цедит мой бывший босс, сбрасывая меня со своего локтя. – Значит, должен жить в своей семье.
– Он ребенок, и нуждается, в первую очередь, в матери! Не разлучайте нас, умоляю! Хотите, я на колени встану? Что угодно сделаю, только не забирайте его!
– Отстань, – раздраженно бросает он, снова сбрасывая меня со своего локтя.
Мы уже у машины Святослава Михайловича, и даже из-за толстого стекла огромного джипа я слышу, как внутри разрывается мой сын. Рыдает до икоты. Мое сердце в этот момент в который раз разрывается на мелкие ошметки. Боль в груди такая, что, кажется, я сейчас могу умереть.
– Пожалуйста! Послушайте! – прошу я, когда он тянется к ручке двери. Юдин раздраженно вздыхает, но смотрит на меня. – Вы ведь все равно будете нанимать няню. А зачем тратить деньги? – тараторю, потому что не знаю, сколько времени он готов меня слушать. Вижу, что Святослав Михайлович начал прислушиваться. Тогда я быстро вытираю слезы и впиваюсь взглядом в его глаза. – Я могу присматривать за ним. Быть его няней. Пожалуйста, соглашайтесь. С чужой няней он будет постоянно плакать и доставлять вам дискомфорт. А со мной он почти никогда не плачет.
Закончив, я до онемения пальцев сжимаю свою сумку, а Юдин прищуривается.
– Ладно, – произносит он, и с моих плеч как будто сваливается огромная гора. – Так еще и деньги отработаешь, – ухмыляется он.
– Они мне не нужны, – отвечаю, качая головой. – Я потратила совсем немного, остальное могу вернуть.
– Мне они тоже не нужны. Лучше купи себе одежду. – Он брезгливо кривится, окидывая меня взглядом. – Одета как оборванка. Мать моего сына не может так выглядеть.
– Хорошо. Я сделаю все, что скажете.
– Но взятые деньги ты все равно отработаешь. Днем будешь присматривать за нашим – моим – сыном, а ночью греть мою постель. Садись в машину.
Я подбегаю к задней дверце и уже хочу распахнуть ее, как голос бывшего босса меня останавливает.
– И кстати. Засунь себе свои чувства куда подальше. Я в них не нуждаюсь.
Проглотив обиду, киваю и распахиваю дверцу. Максим буквально выпрыгивает мне на руки.
– Мама! – рыдает, икая, и обхватывает мою шею ручками.
Я крепко прижимаю сына к себе и целую заплаканное лицо.
– Все хорошо, мой маленький. Все в порядке. мама рядом. Не плачь, малыш.
– В машину! – рявкает Юдин, и я, ухватившись за ручку внутри, подтягиваюсь и с трудом забираюсь в огромный автомобиль.
Как только захлопываю дверцу, громила, забравший Макса, заводит машину, и мы выезжаем с парковки больницы. Я бросаю туда взгляд. Человек пятнадцать зевак провожают нас заинтересованными взглядами. А мне хочется наорать на них. Что за манера глазеть на чужую беду, но не сделать ничего, чтобы помочь? Отвратительные, мерзкие людишки, для которых собственные впечатления важнее помощи нуждающемуся.
– Ему нужен какой-то специальный корм? – спрашивает Юдин, пока мы едем по городу в сторону его дома.
– Кому? – спрашивает водитель.
– Я не к тебе обращаюсь. Антонина?
– Кому? – повторяю вопрос водителя.
– Ребенку.
– Корм? – ахаю я. – Он же не собака и не кот. Это называется детское питание.
– Нюансы, – отмахивается новоиспеченный отец, а во мне закипает злость, которую я вынуждена проглотить. Иначе он меня выгонит, и сын все равно останется без матери. – Так что?
– Да, мы покупаем детское питание, но в основном я уже кормлю его нормальной едой.
– Составишь список того, что нужно, и Ольга Сергеевна все закажет.
– У нас все необходимое есть дома. Может, заедем заберем? – предлагаю нерешительно.
– Нет, – отрезает Святослав Михайлович. – Я и так сегодня потратил много времени. Все необходимое мы закажем новое. К тому же, не думаю, что там остались вещи хорошего качества. А в секонде мой сын ходить не будет.
– Между прочим, я покупаю ему все самое лучшее.
– Из того, что можешь себе позволить, – сухо отзывается он, а я прикусываю язык, потому что он прав. Да и вообще мне лучше с ним не спорить.
Отвернувшись к окну, радуюсь, что хотя бы любимая мягкая машинка Макса у нас всегда с собой. Старенькая красная легковушка уже настолько затаскана, что выглядит как будто ее переехали. Это все из-за того, что как выбрал ее в полгода любимой игрушкой, так не расстается с ней ни под каким предлогом. Даже когда я купаю сына, игрушка должна быть в ванной. Надеюсь, когда Святослав Михайлович увидит ее, не заставит выбросить из-за не презентабельного вида.
Когда мы подъезжаем к дому Юдина, я наблюдаю за тем, как медленно отъезжают в сторону высокие кованые ворота. Сейчас они напоминают мне клетку, в которую нас с сыном посадят буквально через несколько минут. И начнется наша новая жизнь, в которой из хорошего будет только то, что нас не разлучили. Наверное, я должна радоваться только самому этому факту. Но с каждым метром, который мы проезжаем, чтобы остановиться у высокого порога дома, радость из меня постепенно улетучивается.
Глава 9
Тоня
Дом Юдина, как всегда, идеальный и холодный, под стать своему хозяину.
Мы заходим в просторный холл, и я чувствую, как голова Макса на моем плече тяжелеет. Повернув голову, вижу, что сын уже медленно моргает. Похоже, истерика вымотала его настолько, что Максим даже готов уснуть днем.
– Где мы можем остановиться? – спрашиваю Святослава Михайловича. – В моей старой комнате?
– Мой сын не будет спать в крыле прислуги. Альбина! – зовет он негромко, и из-за угла выходит девушка в форме горничной. Проходится быстрым заинтересованным взглядом по Святославу Михайловичу, а потом хмурится, глядя на меня. – Подготовь комнату рядом с моей для Антонины и Максима. Антонина, уложи сына и иди к Ольге Сергеевне составлять список необходимых вещей. Продумай все, что нужно будет в спальне сына. Себе в ней предусмотри спальное место. Альбина, чего застыла? Вперед!
Развернувшись, Юдин идет в сторону своего домашнего кабинета, по дороге прикладывая телефон к уху.
– А вы кто? – прищурившись, рассматривает меня новая горничная Святослава Михайловича. Похоже, ее наняли вместо меня.
– Я бывшая горничная в этом доме.
– И селитесь в спальне рядом с его? – ее идеально накрашенные брови взлетают вверх. – А сын ваш? Это его сын?
– Да, – задираю подбородок. Я хоть и измотана и выгляжу сейчас не очень, все же мне хочется задвинуть эту девушку. Не знаю, почему, но