– А зачем? – криво усмехается он. – У него теперь есть няня, и он не нуждается во второй.
Глава 15
Тоня
Воздух застревает в горле, когда я слышу ответ Святослава Михайловича. Я неосознанно поднимаю руку и прижимаю к горлу дрожащие пальцы.
– Он нуждается в маме, – произношу севшим голосом. – Максим еще слишком маленький, чтобы оставаться без меня. Я вас прошу… Святослав Михайлович, вы же обещали.
Юдин вздыхает и на мгновение прикрывает глаза.
– Впустите! – кивает охране, и калитка передо мной распахивается. Забыв поблагодарить, заскакиваю внутрь, как будто сейчас мне снова отрежут пути к сыну. Слышу за спиной голос Святослава Михайловича: – Зайдешь ко мне позже.
Оборачиваюсь, чтобы выяснить, говорит ли он это мне. Но Юдин разговаривает с охранником на воротах, и я с облегчением выдыхаю. Я не могу сегодня с ним разговаривать. Я слишком обессилена пережитым. Истерика высосала из меня все соки, и теперь я хочу только одного: обнять своего сына и вдохнуть сладкий запах его волос.
Забежав в дом, игнорирую впившуюся в меня взглядом экономку, и бегу наверх так быстро, что дважды спотыкаюсь на лестнице.
– Мама! – выкрикивает Максик, когда я забегаю в нашу с ним комнату.
Бросив сумки на пол, падаю на колени и прижимаю к себе ребенка. Слезы неконтролируемыми потоками вырываются из глаз и прочерчивают горячие дорожки на лице.
– Сыночек, – выдыхаю, зецеловывая любимое личико. Он кривится и фыркает, а потом смеется.
– Смотли! – Макс отрывается от меня и показывает на башни, выстроенные из конструктора. – Мы со Светой постлоили! – гордо заявляет он.
– Какие же вы молодцы, – хвалю их. Сын отбегает и возвращается к своему занятию, а я оседаю на пол и встречаюсь взглядом с няней. – Как он?
– Не спал целый день. Но мы погуляли совсем чуть-чуть. Максим захотел вернуться к конструктору.
– Ему не хватает песочницы, – киваю.
– А вам – отдыха. Что случилось?
Я не хочу посвящать Светлану в тонкости наших с Юдиным отношений, поэтому отделываюсь коротким:
– Просто недоразумение.
– На вас лица нет.
– Вернется, – улыбаюсь я. – Вы еще побудете немного с Максимом? Я хочу принять душ и съесть что-нибудь. Целый день голодная.
– Конечно, – кивает она.
Поцеловав сына в макушку и вдохнув запах его волос, я достаю из сумки свою одежду и иду в ванную, чтобы принять горячий душ. Стою под струями так долго, что краснеет кожа. Мне хочется смыть с себя не только этот день, но и всю ситуацию с Юдиным. Жаль, я не могу по щелчку пальцев перенестись с сыном куда-то далеко, где мы будем недоступны для его отца. Даже если попытаемся, уверена, он найдет нас и вернет обратно.
После душа надеваю легкие спортивные штаны, футболку. Хорошенько просушиваю волосы феном и иду на кухню, чтобы сделать себе какой-то бутерброд и заварить чаю. Проходя мимо кабинета Святослава Михайловича, притормаживаю, когда слышу доносящиеся оттуда голоса через слегка приоткрытую дверь.
– Разве я сказал не пускать мать моего ребенка?! – рычит Юдин.
– Вы сказали не пускать вашу бывшую.
– Разве Антонина тянет на статус моей бывшей?
– Ну она… у нее же ребенок от вас. Вот я и подумал…
– Тебе платят не за то, чтобы ты думал! А за то, чтобы выполнял мои приказы! Я сказал не пускать бывшую! Викторию! А не Антонину!
– Простите, я ошибся, – бормочет охранник.
– Это твой единственный прокол, – спокойнее произносит Святослав Михайлович. – Еще один – и вылетишь отсюда, как пробка. Уяснил?
– Так точно, – с готовностью отвечает охранник.
– Антонину пропускать, – отрезает напоследок Юдин. – Именно потому что она – мать моего ребенка. И у нее к сыну должен быть постоянный доступ.
Облегченно выдохнув, двигаюсь в сторону кухни. Получается, это не меня должны были остановить на входе, а какую-то Викторию. И все равно Святослав Михайлович не лишил себя удовольствия поиздеваться надо мной, делая вид, что так и было задумано. Ну и сволочь!
Во мне поднимается не просто протест или злость. Во мне кипит ярость. Это плохо. В такие моменты я могу совершать необдуманные поступки, которые мне совершенно несвойственны.
Направляясь на кухню, я посылаю мысленные сигналы экономке и ее ушлой дочери, что в их же интересах сейчас не попадаться мне на глаза. И, похоже, провидение их бережет, потому что на кухне пусто. Нет даже повара, хотя мне казалось, она всегда здесь.
Я делаю нам со Светланой бутерброды, завариваю чай. Ставлю все это на поднос и поднимаюсь наверх. По дороге мне не встречается ни один человек, и это хорошо. Я использую это время, чтобы окончательно успокоиться, и в комнату сына зайти уже в хорошем настроении.
Спустя несколько минут мы с няней уже пьем чай, сидя за небольшим столиком у окна. От бутербродов она отказалась, а я их уплетаю с удовольствием. Опустошенный поднос Максим сразу же утащил в свой игровой уголок, и теперь собирает в него детали конструктора, которые переносит дальше, чтобы построить еще одну башню.
– Мы с Максиком сегодня учили слова на английском и испанском, – рассказывает Светлана. – Надо сказать, у него отличные способности к языкам. Я бы рекомендовала нанять репетитора, если есть такая возможность. В этом возрасте дети очень быстро схватывают новые знания, буквально на лету.
– Я поговорю со Святославом Михайловичем, – произношу, сглотнув.
Ни о чем я не хочу говорить с ним! Но интересы сына прежде всего. Интересно, как надолго мне хватит тех денег, что дал Юдин, если я найму репетиторов? Это же надо отдельно на каждый язык? Да и какие учить? Я в этом совершенно не разбираюсь.
Поздно вечером, когда Светлана уже давно уехала, а Максик видит десятый сон, я решаюсь пойти к Юдину, чтобы обсудить репетиторов. Меня интересует не столько денежная сторона вопроса, сколько квалифицированный специалист. Наверняка сам Святослав Михайлович занимался с репетиторами и, возможно, подскажет, где их найти и как выбирать.
Спускаясь на первый этаж, я убеждаю себя в том, что моя цель войти в его кабинет только такая. Но подсознательно я все же жду извинений за дневной инцидент. Хотя Юдин никогда не извинялся, и вряд ли начнет. Но наивная часть меня все равно трепещет, когда я стучу в деревянную дверь.
– Войди! – слышу по ту сторону голос Святослава Михайловича и, затаив дыхание, опускаю ручку.
Глава 16
Святослав
– Свят, – тянет моя официальная невеста Ирина в трубку, – ну мы же не виделись уже неделю.
– Ир, занят, – отвечаю коротко.
– Здесь собралась