— Ты о бесплодии?
— Ну, о чём же ещё! — мрачно подтвердил Демьян, в одну секунду превращаясь в грозовую тучу. Безусловно, тема была болезненной.
Три года назад он переболел ковидом — попал в первую волну, когда вирус косил людей пачками. Удивительно, но из всей семьи свалился самый крепкий. Природа щедро одарила Демьяна и ростом, и силой, со стороны казалось, что он выкован из железа. Да и спортом он никогда не пренебрегал, занимался бегом, регулярно колотил грушу в зале и поднимал штангу.
Все Кольцовы — пожилые родители, старшая сестра Анна, племянник Никитос — отделались лёгким насморком и кратковременной потерей обоняния. И только Демьян угодил в реанимацию и несколько месяцев балансировал на грани жизни и смерти. Его лечили ударными дозами гормональных препаратов, многие из которых оказались неэффективными в борьбе с вирусом, зато имели кучу побочных действий.
Демьян не сдался, выкарабкался. Его спасла воля к жизни и молитвы семьи. Выйдя из больницы, он долго восстанавливался, пока не превратился в прежнего себя — того Демьяна, который легко пробегал двадцать километров и мог отправить в нокаут противника-тяжеловеса.
Он снова молниеносно считал в уме, заключал головокружительные сделки и притягивал взгляды всех женщин, едва появлялся в поле видимости.
Однако не все функции организма восстановились окончательно. Последствием болезни и жёсткого лечения стало бесплодие.
Какая насмешка судьбы! Оставить без потомства мужчину, наделённого первоклассным генетическим материалом, да к тому же мечтающего о наследниках. В то время, как многим убогим папашкам их дети даром не нужны.
Ужасно несправедливо...
Вчера, когда Милана предъявила тест с двумя полосками, Демьяну захотелось стереть глупую блондинку в порошок. Фактически она сама призналась в измене, ведь от него она точно не могла залететь. Значит, крутила шашни с другим.
Но после того, как заплаканная девица убралась из квартиры, в груди Демьяна проклюнулся тоненький росток надежды...
А что если природа взяла своё? Вдруг Миланка не обманула?
Он крепкий мужик, на нём пахать можно. Он способен завязать узлом железный прут. Что если спустя три года организм восстановил все свои функции, включая главную — продолжения рода?
— Что стряслось, Дёмушка? — поинтересовался главврач. — Примчался на всех парах, вломился, как медведь...
— Представляешь, Миланка вчера порадовала тестом с двумя полосками.
— Реально? Хм... — Владелец клиники озадаченно уставился на гостя.
— Вот я и подумал — а вдруг? Как думаешь, Андрюх? Есть шанс?
— Ну-у... — главврач сосредоточенно размышлял секунд десять, потом хлопнул ладонями по столу. — А мы гадать не будем, Демьян. Возьмём анализы, сделаем тесты.
— Я готов, — Кольцов тут же поднялся с кресла.
— Сомневаюсь. Например, надо, как минимум, двое суток воздерживаться от половых контактов. Ты способен на такой подвиг, братишка?
Демьян озадаченно крякнул и сел на место.
— А ещё для чистоты эксперимента желательно исключить алкоголь и некоторые продукты, — Андрей порылся в бумагах и протянул другу буклет. — Ознакомься.
— Понятно. Значит, я вернусь через два дня.
— Договорились, Дёма. И тогда мы точно узнаем, способен ли ты к зачатию и не разводит ли тебя твоя красавица.
ВИКТОРИЯ
Я предупредила оптовых клиентов, что мы закрываемся и переезжаем — пока что в никуда. Повесила объявление для постоянных покупателей. Сердце кровью обливалось, своими руками приходилось гробить бизнес. Пусть он крошечный и ещё не очень прибыльный, но он мой, я вложила в него душу.
Новое место так и не нашла, поэтому придётся увезти оборудование на склад. Присмотрела один недорогой склад в Подмосковье. По совпадению, он находился в окрестностях моего родного города — именно оттуда я два года назад переехала в столицу.
Надеюсь, бывший муж не узнает, что здесь хранится моё оборудование. А то от Антошеньки можно ждать любой подлости. Кажется, с каждым днём он ненавидит меня всё больше...
От проблем гудела голова и всё валилось из рук. Запорола партию круассанов, передержала хлеб, покупательнице не уделила достаточно внимания, а ведь обычно мы встречаем каждого клиента как родного...
— Дай мне, — Юля боком оттеснила меня от разделочного стола и принялась ловко обминать тесто. — С таким настроением, как у тебя, лучше за работу не браться.
— Угу...
Я продолжала мысленно проклинать Демьяна Кольцова, которому вдруг приспичило снести наше здание. Что он здесь построит? Ещё один супермаркет? Очередной бизнес-центр?
К сожалению, в сети было совсем мало информации об этом типе, узнала лишь, что ему тридцать девять и его состояние выражается цифрой с безумным количеством нулей.
А я уж представляла, как распечатаю фотографию Кольцова и буду бросать в неё дротики. Но, очевидно, господин миллиардер не любил светить физиономией. Или же я плохо искала...
Неужели снова придётся громить проём в цехе, а потом возвращать всё в прежний вид? Но иначе печь не вытащить... Значит, отвалю кучу денег ремонтникам. Плюс транспортировка оборудования и оплата склада.
Чудесно! Мои долги увеличиваются день ото дня, даже страшно заглядывать в банковское приложение.
— А если попытаться хотя бы немного сэкономить? — я взглянула на Юлю. Она накрутила целый противень улиток с изюмом и сейчас собиралась отправить их в печь, откуда только что появился лимонный пирог. Вся пекарня пропиталась восхитительным ароматом.
— Что придумала? — спросила подруга.
Я стряхнула муку с ладоней, быстро ополоснула руки и схватила смартфон. Как обычно, наш арендодатель ответил мгновенно. За полтора года у нас несколько раз случались нештатные ситуации, и Борис Иванович был на связи и днём, и ночью. Уж не знаю, он только на мои звонки так реагирует или это его фишка.
— Борис Иванович, здравствуйте! Вы же помните, что наша печь не проходит в дверные проёмы, и мне будет очень сложно вывезти её из здания?
— Да, Виктория, помню. Добрый день.
— Между прочим, вы могли бы хотя бы намекнуть, что не собираетесь продлевать аренду! — обиженно выпалила я. — Сколько мы с этой печью корячились. А теперь снова её вытаскивать!
— Вообще-то, я не обязан перед вами отчитываться, Виктория. Но так как я питаю слабость к хорошеньким женщинам, так и быть, разъясню. Предложение от Кольцова поступило внезапно. Ничто не предвещало. Иначе я, конечно, сообщил бы вам, что нет смысла ставить новую печь. Я же не изверг.
— Может, тогда вы разрешите не восстанавливать вход в пекарню? — уже другим тоном, тихим и просительным, осведомилась я. — Вы сказали,