— Ты помнишь Павла? — голос мамы едва проникал сквозь завесу гнева, — твоего двоюродного брата? Он и родители приехали на завтрашнее торжество.
'Действительно, Павел, сын маминой сестры', - Алекс вспомнил, как они играли в детстве. Злость потихоньку отступала.
— У меня для тебя сюрприз, — прошептала Катя тихонько мужу на ухо, — у нас сегодня было интересное занятие, и мне нужна практика, — девушка лукаво улыбнулась, — дай мне пятнадцать минут и приходи.
— Садись на кровать, — услышал Алекс, войдя в номер, — я сейчас буду.
Комната оказалась погруженной в полумрак, освещенная лишь несколькими горящими свечами. Зазвучала медленная музыка, Катя показалась из ванной. На девушке была белая блузка, строгая прямая юбка и босоножки на высоком каблуке. Покачиваясь в такт музыке, она стала медленно расстегивать пуговички на блузке, закончив с ними, повернулась спиной вперед и оголила одно плечо, потом другое и, покачивая плечами и бедрами, медленно сняла блузку совсем, бросив её на мужа через спину. Затем стала расстегивать молнию на юбке, и, повернувшись вперед, покачивая бедрами, опустила её на пол, оставшись в сорочке и чулках.
Алекс выдохнул и попытался встать, но Катя остановила его, показывая, что ещё не закончила. Она повернулась боком, поставила одну ногу на маленький стульчик, грациозно нагнувшись, расстегнула босоножку и, сняв её, выпрямилась. Поддев край чулка указательными пальцами, скользя ладонями по ноге, спустила чулок вниз. Как же Алекс в этот момент хотел стать этим чулком, чтобы скользить по стройной ножке! Затем Катя проделала тот же фокус со вторым чулком. Медленно покачиваясь в такт музыке, девушка вытащила шпильки из волос, и те рассыпались по плечам. Когда же Катя, зацепив бретельки сорочки, извиваясь, стала выскальзывать из неё, Алекс не выдержал. Рывком снимая с себя рубашку и брюки, одним шагом преодолел разделяющее их пространство. Подхватывая жену под ягодицы, заставляя её ноги переплестись, он прижал девушку к стене, одним толчком заполняя её тело. Всего несколько движений понадобилось ему, чтобы два стона удовольствия слились в один.
— Что это было за занятие? — чуть позже и добравшись до кровати, спросил Алекс.
— Стриптиза, — Катя устроилась на плече мужа.
— Мне понравилось. Я готов помогать тебе почаще тренироваться, — Алекс поцеловал девушку в макушку.
Катя ужасно волновалась. На приеме должны были собраться многочисленные родственники и друзья. Она решила одеть свое новое красное платье и очень волновалась, выходя из ванной.
Алекс же не смог подавить восхищенного вздоха.
— Ты прекрасна! — он легко поцеловал девушку в губы, — у меня кое-что есть для тебя. Я тут вспомнил, что не поздравил тебя с днем рождения. Ведь он совпал с нашей свадьбой? — и, дождавшись согласного кивка, протянул бархатную коробку.
— Ты рассказывала, как нарисованный парень, ну я, разговаривал с тобой, а эти камни разговаривали со мной, — Алекс улыбался, — они просили меня купить их для тебя.
Открыв коробку, Катя изумленно замерла — в ней оказался кулон в виде красной слезинки на тонкой цепочке, такие же, но меньше слезинки висели на сережках, и браслет из совсем маленьких слезинок. Весь комплект очень подходил к платью. Алекс помог девушке застегнуть цепочку и нежно поцеловал шейку.
— Какое чудо! — Катя любовалась своим отражением в зеркале.
— Чудо — это ты, — рука мужа скользнула по обнаженной спине Кати, вызывая мурашки, — пойдем или я за себя не ручаюсь.
Весь вечер Алекс не отходил от жены. То касался открытой кожи, то легко целовал шею, и девушка буквально горела.
— На мне нет белья, — прошептала Катя мужу на ушко, прижимаясь к нему.
Волна жара, поднимающаяся по телу, подсказала Алексу, что делать с Ольгой.
Встретиться с Ольгой Алекс смог только в следующую пятницу. Она снова пригласила парня на какое-то мероприятие. Алекс продержался там полчаса и почти силой забрал девушку оттуда. Подъехав к дому, он заглушил мотор и повернулся к Ольге.
— Нам надо поговорить. Это не может больше продолжаться. Я теперь женат, и не могу с тобой везде появляться. Ты достойна большего, чем быть тайной любовницей, — Алекс с трудом подбирал слова.
— Ты говорил, что ничего не изменится. Тебя навязали твою жену! — девушка едва сдерживала слезы. — Ты говорил, это ненадолго. Я люблю тебя. Я не хочу расставаться с тобой. Когда всё так переменилось...
— Да, мы поженились по воле родителей, и я не знаю, — Алекс крутил своё обручальное кольцо, — как так получилось. Но так будет правильно, ты встретишь того, кто подходит тебе.
В машине повисла тишина.
— Проводи меня, — казалось, девушка успокоилась, — мы попьем кофе, и ты уйдешь.
Парень не хотел подниматься к Ольге, но понимал, что не может отказать девушке.
Просыпаясь, Алекс сначала не мог понять, где находится. Это явно была не его спальня, и не Катина. Он понял, что в кровати не один, но не ощутил привычной тяжести головы на плече.
— Привет! — Ольгин голос прогнал остатки сна. — А говорил, что всё кончено.
— Как я здесь оказался? — Алекс огляделся по сторонам и узнал комнату.
— Как, как... Ты провожал меня домой, мы поднялись выпить кофе, потом я предложила коньячку на прощание, мы выпили на брудершафт, поцеловались, слово за слово, — девушка сладко потянулась, — ну и оказались здесь.
— Я помню кофе, — парень начал спешно собираться, — и больше я ничего не помню из этой ночи. И это ничего не значит. Мы расстаемся. Всё кончено.
Он собрался и, не прощаясь, вернулся в машину, и не видел довольную улыбку на губах Ольги. Алекс чертыхался, ища телефон, который обнаружился между сиденьями.
Десяток пропущенных звонков от Кати, и смс от неё с вопросом о местонахождении.
— Черт, — он снова выругался, резко трогаясь с места. Алекс долго думал, что сказать. 'Просто правду', - решил он, но слова застряли в горле, когда они с Катей столкнулись в дверях квартиры.
— Твой отец в больнице, у него снова приступ, хорошо, что ты здесь, поехали, — девушка схватила мужа за руку, и они оправились в больницу. Сначала больничные хлопоты не дали Алексу поговорить с Катей, а потом дела затянули в свою трясину.
Через несколько недель молодожены уехали к морю. Отпуск был наполнен жаркими днями, и не менее жаркими ночами. Алекс жарко шептал Кате на ушко о том, как любит её, ловя губами её ответный жаркий шепот. И лишь иногда он замечал, как тень грусти набегает в глаза любимой, когда её взгляд останавливается на детях.
Однажды утром Катя проснулась в холодном поту и с бешено бьющимся сердцем — ей приснилось, словно они с