— Почему? — недоумевал я.
— Я тебя не знаю.
Я разозлился.
— А тех уродов знала? Тогда нам лучше не знакомиться и ты останешься в безопасности! Хотел бы тебе навредить — бросил бы в том парке подыхать! А ну быстро впустила меня в мою квартиру, пока я добрый!
— Нет, — пискнула она и ушла.
Вот черт! Доигралась мелкая! Двинул ногой, вырывая цепочку с мясом и захлопнул за собой дверь. Девчонка обнаружилась на пороге кухни с ножом в руке. Что она бойкая я и до этого знал, но что у нее с головой не все в порядке как-то не заметил. Она держала нож правильно, если хотела что-то порезать на доске, но вот для обороны...через десять секунд я прижимал малышку к стене и держал ее руку за запястье чуть ниже повреждений так, чтобы лезвие почти касалось шеи.
— В следующий раз держи обратным хватом, лезвием от себя. Руку не вытягивай, а держи расслаблено вдоль тела, в последний момент бей "запятой". Это режущее оружие, а не колющее и им точно не стоит швыряться — балансировка не та, — она меня внимательно слушала, еле сдерживая слезы. — Потом научу, если захочешь, — закончил я, отбирая ножик и бросая его на кухонный стол.
— Не насилуйте меня, — всхлипнула девчонка, наконец расплакавшись.
Я не выдержал и заржал.
— Ты себя видела? — слегка успокоившись спросил я, отступив от мелкой. — Подержаться пока не за что, вся побитая, между ног месиво и детская пижама! Лет через пять приходи — может заинтересуюсь. Только я не насилую, мне либо говорят "да", либо идут своей дорогой.
Видок у нее, действительно, тот еще. Губы распухли и взялись корочкой, хотя я их мазал, нос тоже увеличен в размерах и слегка посинел, на скуле кровоподтек, на шее следы удушения, запястья двигаются с трудом и пальцы постоянно дрожат. Правда она расчесалась и умылась, так что под побоями легко угадывается весьма привлекательная внешность.
— Так ты меня спас? — округлило глаза это недоразумение, незаметно начав мне тыкать.
— Не совсем. Я тебя в парке нашел и сюда принес. Врача вызвал. Ты тут сутки провалялась... - заглянул на кухню и нахмурился. — ты хоть что-нибудь ела?!
Она густо покраснела и уткнулась в пол. Я посмотрел на паркет под ногами.
— А босиком почему? Таблетки приняла? Давно встала?
Подхватил это чудо на руки и потащил в спальню. Она завизжала и вцепилась когтями мне в лицо. Я взвыл и отпустил ее.
— Какого черта?!
— Не трогай меня! — заорала она, отбегая на порог спальни. Теперь она стола на пушистом ковре и я слегка успокоился.
— Ты таблетки выпила?
— Нет.
— Почему? — строго спросил я.
— На них не написано для чего они.
— Для того, чтобы у тебя детей не было от этих уродов! — рявкнул я. — А ну, марш пить таблетки и в ванную. Не забудь тапочки взять возле постели и приходи на кухню. Буду тебя кормить.
Развернулся и отправился в пищеблок. Только услышав шум воды в ванной вспомнил, что мы так и не познакомились. Ладно, за ужином спрошу. Так мясо на сковороду, картошку в кастрюльку, молоко, масло...а куда я дел приправы? Вот они! За солью спрятались. Мясо перевернуть. Салатик надо нарезать. Пока крошил салат, картошка сварилась. Быстренько закинул корнеплоды в блендер, залил молоком, кинул масло и включил функцию пюре. Выложил мясо на тарелки. Достал пюре. Черт! А как она сидеть будет? Ей же больно, наверное. Придется в гостиной накрыть. Надо бы фильм какой-нибудь выбрать...на пороге появилась девочка все в той же пижаме. Ей так понравился этот наряд, или остальные не понравились? Надо будет уточнить. Перевел взгляд на ноги. В тапках. Послушный мне "котенок" достался, или просто сознательный и хитрый? Решила усыпить мою бдительность? А зачем? Судя по "невинному" взгляду, это чудо что-то задумало. Черт с ней, пусть творит, что хочет. Лишь бы не убила и не покалечила. С остальным справлюсь.
— В зале есть стойка с дисками, выбери фильм, а я пока накрою на стол.
— А на кухне мы поесть не можем? — осторожно спросила она.
— А ты можешь сесть и не поморщиться? — она покачала головой. — Кстати, имя свое скажи, не все же время мне тебя солнышком называть.
— А мне нравится, — впервые улыбнулось это чудо, — тем более, что имя дурацкое.
— Да? — "удивился" я. — Что-то слабо верится.
— И зря. Родители у меня оригиналы и имечко выбрали максимально нерусское.
— Клеопатрой назвали? — хмыкнул я.
— Хуже. Доминикой. Все сокращали до Ники...ой!
— Точно, солнышко. Проболталась, — потрепал ее по волосам и ткнул пальцем в сторону комнаты. — Иди фильм выбирай. Сейчас все принесу и будем ужинать...Ника, — не удержавшись, поддразнил я.
— А ответная вежливость как же? — нахмурилась она.
— В каком смысле? — очень хочется заставить ее со мной по-человечески общаться. Только вот зачем? Я что, правда запал на эту мелочь? Бред. Старею...
— Твое имя...
— Я Ник. Точнее Никита, но можно просто Ник. Мне так привычней.
— Издеваешься? — нахохлилась она.
— Могу паспорт показать, — серьезно сказал я и подтолкнул ее к выходу. — Иди давай. Я через минуту буду.
Вот уж чего не ожидал, так это что она выберет такой фильм. Ужинать под "Жмурки" — то еще удовольствие! Но я стиснул зубы и промолчал. Девчонка замялась перед креслом.
— На тахту ляг. Удобней будет, — садясь в это самое кресло заявил я.
Ника спорить не стала. Легла набок и уставилась на экран. Я подсунул ей под нос тарелку с едой и посмотрел сурово. Пусть только попробует отказаться! Такое впечатление, что ее последние пять лет голодом морили — кожа, да кости! И как щечки пухленькими остались? Не понимаю.
Когда мелкая доела, я собрал посуду и пошел наводить чай. Сам я эту бурду пить не стану, а вот ей полезно. Нарезал тортик и апельсины, составил все на поднос и вернулся в зал.
— Я сладкое не ем, — заявило это недоразумение, глядя на торт.
— А надо бы. В твоем возрасте нужно либо мясо на костях иметь, либо мышцы качать. И то и другое требует калорий. Так что ешь.
— Не буду, — упрямо повторила она.
— Мне тебя заставить? Кстати, — резко сменил я тему, пододвигая к ней тарелку с апельсинами. — а родители за тебя волноваться не будут? Может, позвонить им?
— Две недели не волновались, а