Здесь начиналась грунтовая дорога, и стоял почтовый ящик, а значит, эта дорога приведет к шоссе.
Я сорвалась с места и побежала.
Одна проселочная дорога перешла в другую, и мой бег замедлился до пробежки. Я продолжала двигаться так быстро, как могла, но мое здоровье еще не восстановилось.
Полгода существования в сыром подвале подорвали мою физическую форму, да и слабость от кормлений Андре все никак не восполнялась. Я замедлилась до шага, но упорно двигалась вперед. Когда появится случайная машина, обернусь.
Если я попаду в город до того, как Эллис и другие найдут меня, я буду свободна …
И что потом?
Я обдумала эту мысль со всех сторон. У меня небольшие сбережения и квартира. Мои сбережения все еще на месте — даже если с юридической точки зрения меня объявили мертвой — а вот квартира мне уже не принадлежит.
У меня нет ждущих родителей; это одна из причин, почему Андре меня выбрал — я легкая мишень. У меня даже нет близких друзей, которым я могла бы позвонить. Я просто... одиночка. Конечно, я могу позвонить в полицейский участок. Но они будут задавать разные вопросы, и в памяти всплыло воспоминание о счастливом лице Мари.
Как я объясню, что пропала на шесть месяцев, не компрометируя ее? Никто не купится на рассказ "Я взяла отпуск, чтобы побыть наедине с собой".
А что насчет Эллиса? Я думала о нем, его сексуальном смехе, и о том, как крепко он меня обнимал, когда я спала. Вспомнила о своих котятах. Бедные маленькие Чудо-Женщина и Супергерл. Вероятно, скоро время кормления. Я замялась, но затем все же продолжила идти.
Я должна стать свободной. А все, что потом... Будем решать проблемы по мере их поступления. Не всё сразу.
Низкое рычание раздалось в кустах сбоку от меня. Я замерла и повернулась. Большая кошка вышла из кустов, и я вздохнула от облегчения, догадавшись, что это Эллис. Он снова зарычал и сделал шаг ко мне.
— Ты злишься? — спросила я, продолжив идти. — Конечно, ты злишься. Я должна была попытаться, и ты это знаешь.
Снова зарычав, он попытался поймать мою руку, но я отстранилась от него.
— Ты не можешь ничего сделать, — сказала я. — Я — человек, ты — кошка. Ты не будешь нападать на меня. Мы оба это знаем. Так что я просто продолжу идти в город, пока не окажусь в людном месте. И не беспокойся, я не скажу ни слова. Обещаю. Я просто хочу домой.
Он снова зарычал, но я не обернулась, и он перестал меня преследовать.
Хорошо, подумала я, хотя была немного удивлена тем, как быстро Эллис сдался. Может быть, я просто вообразила себе, что нравлюсь ему. Эта мысль отозвалась болью в глубине моего сознания, но я проигнорировала это.
Это к лучшему.
Подумав об этом, я услышала топот бегущих по асфальту ног. Я обернулась... и ахнула. Эллис бежал за мной, голышом.
Он не забыл обо мне. И не махнул на меня рукой. Ощутив странный трепет, возникший в моем теле, я повернулась и попыталась сбежать от него.
Я вскрикнула, когда Эллис схватил меня за талию. Затем он перекинул меня через плечо, положив животом вниз, и двинулся напрямик, через кусты.
— Не могу ничего сделать? — пробормотал он. — Я покажу тебе "ничего не могу сделать”. Я обещал следить за тобой, и сдержу свое слово.
— Отпусти меня, — закричала я, стукнув кулаком по его спине.
Эти белые ягодицы мелькали перед моими глазами, когда он начал двигаться. Эллис игнорировал меня, сохраняя молчание. Я вздохнула. Его молчание означало только одно.
Эллис Рассел очень зол на меня.
Глава 6
Всю дорогу пока мы направлялись в хижину, Эллис не сказал ни слова. От броска через плечо и подпрыгивании на нём, у меня побаливал живот, и вот уже полчаса я смотрела, как двигаются эти белые ягодицы. Там, конечно, есть на что посмотреть, но я была скорее взволнована, чем возбуждена. Эллис очень зол на меня.
Когда мы вернулись в хижину, он ворвался внутрь и бросил меня на кровать. Я подпрыгнула на спине и сразу же попыталась вставать.
— Послушай, Эллис, ты знал, что я попро…
Мои слова превратилась в писк протеста, когда его обнаженное тело навалилось на меня. Его вес прижимал меня к кровати, а его глаза мерцали этим зеленым кошачьим блеском, подсказавшим мне, что он просто в бешенстве.
— Мы можем поговорить об этом, — сказала я дрожащим голосом.
— Не заинтересован в разговорах, — прорычал Эллис, а затем, склонившись, поцеловал меня.
Это... не то, что я ожидала. Испугавшись, мгновение я не отвечала на его поцелуй. И все же его рот не был грубым. Он был яростным и требовательным, его губы соблазняли ответить на поцелуй, чему, я поняла, просто невозможно сопротивляться.
Чем больше он поцеловал меня, тем больше я таяла, пока мои руки не обернулись вокруг его шеи, и я не разомкнула губы, приветствуя его.
Его язык тут же скользнул в мой рот, и я застонала. Было что-то дикое в поцелуях Эллиса, что должно бы меня напугать, но вместо этого возбуждало. Я дотронулась языком до его, это было моим робким откликом на мужчину. Эллис взял инициативу на себя, запутавшись пальцами в моих волосах — он смял мой рот, всосав язык и захватив губы. Откликом были затвердевшие соски, и каждый дюйм моего тела сотрясался от желания.
Боже, этот мужчина умеет целоваться.
— Эллис, — простонала я, задыхаясь. — О, Боже, Эллис.
— Лили, — выдохнул он мне в рот, прикусив мою нижнюю губу и втянув её. Я захныкала от ощущений, извиваясь под ним.
Придавив моё тело к кровати, он скользнул между моих разведенных колен. Когда Эллис вжался своими бедрами между моих, я ощутила остроту его желания.
— Скажи, что тебе это нравится, — прошептал он, его нос задел мой и скользнул вдоль моей щеки, будто Эллис наслаждался ароматом моей кожи. — Скажи, что тебе нравятся мои прикосновения, Лили.
Я цеплялась пальцами, стараясь вонзить их глубже в кожу Элиса.
— Нравится, — согласилась я. Кровь мчалась по венам, а тело затрепетало, стоило Эллису коснуться своими губами моих. Запах его кожи, мускусный и интенсивный, наполнял мой нос.
— Скажи, что хочешь, чтобы я поцеловал тебя, — потребовал он, его губы почти касались моих, в то же время, находясь вне досягаемости. В его глазах горело желание.
— Поцелуй меня, —