Мне не оставалось ничего, как… связаться с Руэлем.
Да, послам не названивают посреди бела дня, но… это ведь я его задание выполняю. Пусть теперь не сетует на мою назойливость…
* * *
Но Руэль вовсе не собирался выражать свое недовольство. Я описала состояние клона, и зоннён тут же посоветовал применить легкую передачу энергии…
— Но ведь это невозможно! — возмутилась я. — Только от зоннёна к зоннёну…
— Нет, — перебил меня Руэль. — Наши исследования показывают, что люди очень даже восприимчивы к подобным действиям. Просто не нужно соединяться с клоном ментально, да это и невозможно. Не думаю, что у него вообще есть ментальное тело…
— А представьте себе, есть! — парировала я. — И весьма неплохое!
Руэль озадачился, но стон из кровати заставил нас свернуть дискуссию.
— Действуй, сестра! — произнёс посол решительно. — Я в тебя верю!!!
Меня тут же приморозило от его слов. Он снова назвал меня сестрой. Не знаю почему, но на меня это опять подействовало слишком сильно. Что-то болезненно отозвалось в душе. Отдалось в теле дрожью, заставило громко сглотнуть слюну…
— Х-хорошо… — запнулась я, проявив несвойственную мне покорность. — Я так и сделаю…
Отключила настенный экран и поспешила к клону.
Да, о нападении парня я Руэлю так и не сказала. Было почему-то неприятно об этом говорить, хотя, наверное, стоило бы. А вдруг я спровоцировала его сама, заставив раздеться? Если его развитие интеллекта на уровне ребенка, то он мог подумать, что я именно этого хотела. А это мысль! Скорее всего, он неправильно интерпретировал мой приказ.
Стало стыдно. Похоже, парень ни в чем не виноват. Я сама дура…
Наконец, я выдохнула и присела на край кровати.
Лукас всё также дрожал, клацая зубами. Глаза его были закрыты, по виску стекали капли пота.
— Ну что ж, горячий поклонник! Надеюсь, мы с тобой энергетически совместимы…
Положила ладони на его гладкую мускулистую грудь, почувствовала его жар и дрожь, после чего закрыла глаза.
Призвала энергию, которая заструилась по потокам, направляясь в ладони. Руки слегка засветились, а энергия молниеносно проникла в чужое тело, заставив его в первые мгновения задрожать еще более интенсивно.
Я не видела, что происходило с Лукасом, потому что была сосредоточена на своей миссии. В таких вопросах нельзя быть неосторожной. Если отдам лишнего, то наврежу. Если недодам, то всё будет бесполезно. Нужно чувствовать, насколько хорошо работают потоки, ощущать отдачу в виде расслабления тела «пациента»…
Вдруг тишину комнаты разорвал чужой стон, и я разобрала в нем две жуткие фразы:
— Убей меня быстро. Только не утилизатор, прошу…
Меня словно молнией пронзило. Энергия на мгновение запнулась, но я быстро исправила потоки, хотя для этого пришлось напрячься.
В душе разлился ужас и острое чувство неприятия.
Я поняла, что Лукас имел в виду.
Утилизатор — это печь, в которую клонов бросали заживо…
Нелюди!
Ну вот, теперь мне снова его жутко жаль…
Какой же он сложный, этот мой клон!..
Глава 12
Неожиданный ум
Квартира Тианны, раннее утро…
Я вздрогнул и стремительно открыл глаза. Замер, отчаянно пытаясь понять, почему потолок мне совершенно незнаком. Мысли заметались, но я отчетливо понял, что имею провал в памяти…
Стоп!
Перед глазами замелькали образы… девушка, блондинка, ее квартира, душ, чай на столе, а потом… потом я почему-то вспомнил ее губы. Они были такими мягкими, такими сладкими…
Глаза расширились, дыхание сбилось…
Рядом послышался шорох, и я стремительно повернул голову. Кажется, мои глаза были готовы вылезти из орбит. Эта девушка… Тина… лежала рядом, обнимая пухлую подушку и посапывая во сне.
В этот момент я понял, что… умираю.
Чаще всего клоны через несколько месяцев после своего создания начинают стремительно приходить в негодность. Сперва это отражается в старении кожи и волос, потом перебрасывается на способность мыслить, запоминать, размышлять… Появляются видения, постепенно и неуклонно клон теряет контроль над своей личностью…
Несмотря на то, что перемен во внешности я пока не замечал, но прямо сейчас решил, что откровенно брежу. Девушка точно не может лежать со мной в одной кровати! И прикосновения ее губ — это фантазии!!!
Ощупал своё тело и понял, что раздет до белья. Да, ведь это она меня попросила сбросить одежду, чтобы оценить мой физический потенциал. Я сразу всё понял, безропотно разделся, но потом… со мной что-то произошло, и я почувствовал ее губы. Неужели… неужели это случилось в реальности?
Сердце заколотилось, от одних только воспоминаний по телу пробежала дикая дрожь, а я стремительно сполз с кровати на пол.
Конечности подрагивали, голова кружилась…
Кажется, мое старение началось раньше срока…
Мне нужно уйти. Мне нужно где-то осесть и просто дождаться естественной смерти. На ферме подобной чести не удостаивался никто. Обычно, при первых же признаках изменений, клонов просто бросали в утилизатор, и дело с концом…
Я буду едва и не первым, кто умрет естественной смертью…
В душе разлилась горечь. Думать о смерти отчаянно не хотелось, но и жизни, как таковой, у меня не было. Уйти бы в леса… Кажется, прототип моего тела тоже мечтал о чем-то подобном, поэтому я помню его мысли. Он имел домик где-то в заповеднике, у реки, и обещал себе, что однажды обязательно переберётся туда…
Тоска…
А у меня нет дома, куда можно было бы сбежать…
С трудом поднялся на ноги и поспешил убраться в коридор. Нашел оставленные на кухне вещи и натянул их на себя. Живот давно прилип к позвоночнику, отчаянно прося есть, но я не хотел чувствовать себя вором, прихватившим со стола еду перед уходом. Кажется, мой прототип осуждал это…
Хватит того, что забираю одежду, которая мне не принадлежит…
Вернулся в коридор, подошел ко входной двери и обул больничные сандалии, в которых приехал сюда.
В последней раз оглянулся на дверь в спальню, чтобы мысленно попрощаться со своей спасительницей, как вдруг… наткнулся на взгляд хмурых синих глаз и замер.
— Куда собрался? — Тина сложила руки на груди, смотря на меня крайне сурово. — Боюсь, после вчерашнего ты должен взять на себя всю ответственность!!!
А я покраснел, отчего-то вспомнив тот самый дикий поцелуй, который, кажется, мне приснился…
* * *
Это была всего лишь шутка. Шутка об ответственности передо мной. Но клон совершенно неожиданным образом покраснел.