Когда Алексей Говорский исчез за дверью, я развернулась к клону и поодняла большой палец вверх.
— Отличная работа! — похвалила воодушевленно. — Не ожидала…
Но парень молчал. Смотрел в пол, будучи невероятно напряженным и даже холодным.
— Лукас, что с тобой?
Подошла ближе, чтобы заглянуть ему в глаза. Когда наши взгляды встретились, меня поразило жесткое выражение на его лице.
Насторожилась, посерьезнела.
— Рассказывай! — потребовала властно.
— Сегодня же подпишу указ о замене дресс-кода для секретарей! — процедил он, а я в буквальном смысле открыла рот.
Чего-чего, а этого я никак не ожидала.
— Тебе не нравится, как я выгляжу? — возмутилась я. Да, почувствовала себя оскорбленной. Знаю, что привлекательна, да и мужчины постоянно обращают внимание. Но обычно меня это жутко злило, а сейчас… сейчас меня явно задело, что именно Лукасу я не нравлюсь.
— Твой наряд привлекает слишком много внимания со стороны, — начал пояснять клон отстраненным тоном. — Лукас Тьерри — настоящий я имею в виду — не занимался развратом и с секретаршами своими романы не крутил. Это уже клон, заменяющий его, ввел новые правила. Видимо, запрограммирован на сексуальное влечение, как и я… до недавнего времени. Но пора всё вернуть обратно. Мне противно видеть…
Лукас замолчал, как будто подбирая слова, а я почувствовала, как в душе зарождается глубокая обида.
Ему, видите ли, противно видеть меня! Нахал! Грубиян!
Сжала губы в жесткую полоску и напряглась всем телом, сдерживая всплеск силы. Однако с журнального столика всё равно слетела пепельница и разбилась вдребезги на полу.
Кажется, я еще ни разу в жизни не испытывала настолько глубокого гнева. Даже мои разногласия с отцом носили иной характер. Что этот клон сделал со мной? Я же вообще собой не владею!!
Жутко захотелось отомстить, наказать, показать, насколько он неправ.
Внутри поднялась волна привычного бунта. Глаза сузились, ноздри стали хищно раздуваться.
Я резким движением расстегнула верхнюю пуговицу блузки, не сводя яростного взгляда с Лукаса, потом потянулась за второй, а он ошарашено приподнял брови.
— Что ты делаешь? — наконец прошептал парень, наблюдая, как пуговицы одна за другой освобождаются от петель. Показалась кружевная кромка белья, потом оголённый живот…
— Выполняю ваше задание, господин директор… — процедила сквозь зубы. — Всеми силами стараясь избавиться от одежды, которая вам столь не по нраву. Вы ведь этого хотели?
Лукас громко сглотнул и даже отшатнулся.
— Я не имел в виду сейчас! Завтра! Это можно сделать завтра…
— Ну что вы, господин Тьерри! Как же я могу так издеваться над вами и заставлять вас лицезреть мое недостойное одеяние целый день? Я ответственный секретарь, исполнительный и послушный. Делаю всё без промедления!
Блузка с шорохом полетела на пол, открыв взгляду парня белый кружевной бюстгалтер. Довольно прозрачный, между прочим…
— Прекрати, Тина… — голос клона сорвался до шепота. — Извини, если был резок и обидел, просто…
— Нет, что ты! — иронично прервала я его. — Ты был в своем праве, господин директор! Я же всего лишь секретарь…
Юбка тоже отправилась в полет, и я — дерзкая до невозможности — осталась в одном только белье.
Гнев добавил безрассудства, и я подумала о том, что когда-то обязательно воспользуюсь советом старика Робо и заставлю этого несносного парня оценить меня по достоинства…
Лукас стоял передо мной с шокированным лицом. Взгляд, как завороженный, скользил по моему телу, а кадык гулял туда и обратно, доказывая его волнение.
«Ну что, до сих пор тошнит???» — хотелось дерзко бросить мне, но в этот момент дверь в кабинет открылась, и кто-то ошарашенно замер на пороге…
Глава 26
Мария Тьерри
Лукас
Я смотрел на то, как Тина оголяется до белья, и не мог пошевелиться. Глаза жадно рассматривали каждый клочок обнаженной кожи, каждый изгиб совершенного тела, и в голову ударил жар.
Сумасшедшая! Дерзкая, безумная, совершенно непредсказуемая — она соблазняла меня очень профессионально. Но зачем ей я — какой-то там клон? Клон замаранный, использованный, который загнется через год-два, превратившись в развалину!
Это спортивный интерес? Мол, добьюсь своего, потому что всегда хочу выходить победительницей?
Глаза зоннёнки неистово горели вызовом и гневом. Ну да, я задеваю ее за живое своим отказом. Но только я не думал, что она будет такой настырной и что мне будет так непросто.
В животе начала пульсировать предательская тяжесть, а я не мог даже закрыть глаз. Хотелось ринуться к ней, схватить в охапку и обрушить на соблазнительницу всю мощь своей страсти…
Но только… как надолго меня хватит? Когда я вспомню об отвратительных экспериментах и побегу блевать в ванную комнату?
Сжал зубы покрепче и собрался проявить максимум суровости, но в этот момент кто-то бесцеремонно ввалился в кабинет и ошарашенно замер.
Я разглядел женщину среднего возраста — худощавую броскую, стильную, и сердце пропустило удар…
— Мама… — шепнули губы сами по себе, а я едва удержал себя от порыва броситься к ней навстречу…
Кажется… эта женщина очень много для меня значит. Кажется, мы не виделись тысячу лет…
Но ведь она не моя мать!!!
— Лукас… — голос Марии Тьерри был наполнен изумлением, но через пару мгновений она… начала смеяться. — О Боже, сынок, ты же никогда не любил блондинок после разрыва с Эмили, а тут вдруг… Неужели освободился от своей обиды?
После упоминания имени некой Эмили в памяти вспыхнул туманный образ светловолосой девчонки в деловом костюме. Да, была такая — стервозная и наглая, как оказалось впоследствии…
Тина при виде незнакомки покраснела до кончиков ушей, но потом вздёрнула подбородок, невозмутимо поздоровалась и начала неторопливо одеваться.
Вот это выдержка! Я не удержал едва заметной улыбки.
— Времена меняются, мама… — проговорил на автомате и почувствовал себя так, словно разговаривал с ней всю жизнь. — Проходи…
Женщина вопросительно приподняла бровь, всматриваясь в мое лицо слишком пристально. Подошла ближе, грациозно опустилась в кресло, не сводя с меня глаз.
Я слегка стушевался под ее взглядом и поспешно нажал кнопку связи на столе. Послышался мелодичный женский голос:
— Да, господин директор!
— Пожалуйста, Валенна, принесите мне кофе, чашку зеленого чая и пирожное «нежное утро». Спасибо!
— Слушаюсь, — произнесла девушка неуверенно, но потом поспешно добавила:
— Простите, господин директор, но я не Валенна. Меня зовут Анита. Валенна уволилась больше трех лет назад…