Песочница - Ирек Гильмутдинов

Год минул с тех пор, как Кайлос вернулся из Хеймдраллира. Пыль чужих миров давно осыпалась с его сапог, и теперь он топчет полы академии, но об этом чуть позже.

Первый этаж знаменитого ресторана «Не Лопни Маг» был полон мягкого гула голосов и звона хрусталя. Воздух, густой от ароматов дорогих специй и жареного мяса, медленно колыхался под сводами, украшенными магическими фресками. За столиком у массивной арки, оплетённой живой лозой, сидели двое. Одни из самых частых клиентов этого заведения. Они не просто пришли поужинать — они ожидали события.

Того самого события, ради которого их стол был забронирован аж два месяца назад. Жаркое из Грумвера. Чудовищного зверя, чьи лапы не ступали по землям этого мира.

И вот настал миг. Сквозь танцующие блики заколдованных фонарей к их столику плыла официантка, неся серебряный поднос, над которым клубился дымок, пахнущий дымом дальних костров и незнакомыми травами. Этот запах, дикий и манящий, заставил замолкнуть на мгновение весь зал. Несколько десятков пар глаз, от известных аристократов до богатых купцов, обратились к двум счастливцам, сумевшим не только найти несметную сумму в двести золотых монет за порцию, но и заполучить её первыми.

Подача превратилась в малый спектакль. С шипением вспыхнули бенгальские огни, отливая пурпуром и изумрудом в хрустальных бокалах. Музыканты заиграли торжественную, чуть печальную мелодию мира-прародителя блюда. А над самими горшочками, из которых шёл сокровенный пар, возникло и застыло полупрозрачное, зловеще-прекрасное изображение Грумвера — могучего зверя с клыками, как кинжалы, и глазами, полными холодного свирепого огня. Это был не просто ужин. Это был акт тщеславия, демонстрация богатства, и оба друга, поймав на себе восхищённые и завистливые взгляды, ощутили сладкий привкус этого момента. Вот только никто не знал, что этим двоим абсолютно плевать на весь этот пафос. Главное — это ощутить новую гамму вкуса.

Официант, затаив дыхание, уже начал расставлять раскалённые горшочки на столе, и пальцы гостей непроизвольно потянулись к приборам.

Внезапно грохот опрокидываемых стульев разрезал томную атмосферу. Сразу из-за трёх столов, как коршуны, сорвались несколько коренастых мужчин, хватая ножи со столов.

— Никому не двигаться! Это ограбление! — проревел один из них, и его голос, хриплый и грубый, разбил в щепки изящные чары вечера.

То, что последовало далее, было менее похоже на разбойное нападение и более — на хаотичную, пьяную потасовку. Первыми, с яростью, вызванной не голодом, а осквернением долгожданного ритуала, двинулись вперёд наши герои. Их ужин, их символ возвращения к нормальной жизни, их две сотни золотых монет — всё это полетело на пол с грохотом вместе с опрокинутым бандитом столом.

Поскольку защитное поле ресторана надёжно глушило любые попытки магии, распря пошла по старинке — кулаками, стульями и свинцовой тяжестью кружек. Ножи громил, беспомощно блеснув, мигом отшвырнула подоспевшая охрана ресторана, но было поздно. Пир превратился в побоище.

И когда, наконец, в дверях возникли стальные доспехи городской стражи, праздник был безнадёжно испорчен. Ярость ослепила друзей настолько, что в клубке дерущихся тел их кулаки по ошибке угодили в скулы ещё паре таких же разгневанных гурманов. Их оправдания, что в драке не разобрать, кто свой, кто чужой, прозвучали слабо и сипло на фоне всеобщего гама. Стражники повели всю ватагу на выход — и бандитов, и пострадавших клиентов, и наших героев, в чьих глазах плескалась горькая чаша утраты так и не испробованного жаркого.

Их ждала темница, а после долгая и нудная процедура разбирательства, где предстояло доказать, кто есть кто. Но в тот момент наши герои чувствовали лишь одно: обиду, ведь теперь им вновь придётся ждать своей очереди. 

Два часа ночи.

Городской шум давно поутих, сменившись звенящей, почти осязаемой тишиной, что царит лишь в предрассветные часы. Я спал чутко, как и всегда, — проклятая привычка, выработанная годами жизни на острие ножа. Потому быстрые шаги, прозвучавшие у моего порога, я услышал ещё до того, как в ночи послышался бы скрежет щеколды или мелодичный звук звонка. Тот самый «звонок», что был плодом нашей с Санчесом новой разработки. Проект принёс нам уйму монет, но сейчас было не до воспоминаний. Позже поведаю.

Я распахнул дверь в тот самый миг, когда палец моего Гампа был уже занесён над перламутровой кнопкой. В свете тусклого фонаря за его спиной метались крупные хлопья первого снега.

Передо мной стоял Вилер, его обычно бесстрастное лицо было искажено смесью паники и отчаянной решимости.

— Господин Кай, катастрофа! — выдохнул он, не делая паузы для приветствия. — В «Не Лопни Маг» случилась драка! Нас решили ограбить, но с бандитами сцепились гости. И теперь всех, включая клиентов, забрала стража. Надо вызволять!

Холодный ветерок закрутился в прихожей, заставляя меня вздрогнуть.

— Кто именно? — спросил я, уже на ходу натягивая рубаху и плащ.

— Императора Каэла и ректора Шаркуса! — Вилер, казалось, и сам не мог поверить в собственные слова. — Вейла меня немедля к вам послала, едва весть до неё дошла о том, кого арестовала стража.

— Как это вышло?

— Не ведаю, господин. Был на выездном заказе. Вернулся — и сразу же сюда.

Мой мысли на мгновение сами собой вернулись в спальню, где на новой кровати безмятежно сопела Ева. Она так мило спит, что я готов любоваться ей вечно. Дверь захлопнулась с тихим щелчком, и мы шагнули в объятья колючей ночи, движимые одной целью — вырвать двух верховных сановников Империи из цепких лап городской каталажки и при этом постараться не выдать их тайны.

В участке проблем не возникло. Меня узнали, церемонно кивнули, даже не попытавшись выудить положенную мзду — редкая щедрость со стороны стражников. Взамен я отдарился ящиком отменного пива и парой пачек с чипсами, за что получил тысячу благодарностей и клятв в вечной преданности. Все в этом городе уже знали, что любые блюда в моём ресторане стоят баснословных денег, — по меркам рядового стража, так и вовсе целое состояние.

Вскоре из темных недр участка вывели двух помятых мужчин в дорогих, но изрядно пострадавших в потасовке одеяниях. Вежливо попрощавшись со стражей, я усадил высокопоставленных гуляк в карету, и мы тронулись в путь. Кстати, теперь у нашего заведения есть собственный выезд — целых три экипажа.