– От меня-то вы чего хотите?
– Можно... Можно я не буду восстанавливать вход после того, как вытащу печь?
Мужчина нахмурился ещё больше и взглянул на меня так, будто я покусилась на его французскую виллу, белоснежную яхту и любимый вертолёт. Тяжёлое молчание длилось целую вечность.
Внезапно в моей груди полыхнуло огнём, и я разозлилась.
Да этот Кольцов такой же тиран, как и мой бывший муж! Антон тоже обожает играть в молчанку и брезгливо морщиться. Да у них даже фактура одинаковая – тёмные волосы, серые глаза!
Везёт же мне! Постоянно напарываюсь на абьюзеров...
– Что вы вообще привязались к этому зданию?! – воскликнула гневно. – Мало строений в Москве? Ну вот зачем?!
Тень удивления проскользнула по красивому породистому лицу мужчины, челюсти сжались плотнее, в глазах сверкнула молния. Я кожей ощутила, как накаляется атмосфера. Воздух плавился и давил на плечи, щёки вспыхнули, стало жарко...
– И как это я вас забыл спросить, барышня? – с издевательской усмешкой процедил Кольцов. – Вы уж извините, что не проконсультировался с вами!
– Как вы не понимаете! – в моём голосе звенело отчаяние, приближаясь к опасной грани, за которой начинаются слёзы. – Вы же всё угробили! У меня так хорошо всё получалось! Я развивала свой бизнес, строила планы...
– Что же это за бизнес такой, если он готов схлопнуться от дуновения ветерка? – насмешливо осведомился миллиардер. – Может, вы себе льстите? Вы не бизнесом занимаетесь, а в игрушки играете, как в детском саду!
– Зато вы весь такой грандиозный и значительный! Вершите судьбы и ни в грош не ставите презренных человечков, которые путаются где-то там внизу, у вас под ногами! Вы-то управляете империей! А остальные люди для вас как пыль!
– Может, хватит орать? – прищурился Кольцов. – Тоже мне, горе-предпринимательница! Бизнес у неё, надо же... И при первой же трудности начинаем вопить, истерить, всех обвинять. Да, классно вы ведёте дела, ничего не скажешь.
– Я не истерю!
– А как это называется? Вы вообще, зачем пришли? Не хотите восстанавливать вход, когда вытащите печь? Не восстанавливайте. Скажите Борису Ивановичу, что я вам разрешил. Это всё? Тогда до свидания.
Я осеклась на полуслове, хотя собиралась выпалить в наглую рожу миллиардера ещё несколько неприятных эпитетов.
Но... Я не ослышалась? Он положительно решил мой вопрос?
Да, он так и сказал: не восстанавливайте.
– Выход – там, – указал на дверь Кольцов. – Исчезните, пока я не передумал.
*****
С пылающими щеками я ринулась вон из кабинета. Вроде бы победила, но состояние было такое, что впору удавиться. Чувствовала себя раздавленной и униженной. Моё самолюбие раскатали дорожным катком.
Да что он обо мне знает этот Кольцов! Почему насмехается? За что облил презрением?
Площадка перед лифтами пустовала, в зеркальной стене кабины отразилось моё растерянное лицо. Глаза блестели от слёз.
Высокомерный самовлюблённый гад! Да, он взобрался на самую вершину социальной лестницы. Но это не даёт ему право вести себя по-хамски!
Я пересекла огромный вестибюль здания, отчаянно сражаясь со слезами. Чёрт, не удалось их остановить, они брызнули из глаз и покатились по щекам. К счастью, никто не обращал на меня внимания, вокруг мельтешил офисный люд. В этом стеклянном аквариуме, потолок которого начинался где-то на уровне третьего этажа, я ощущала себя песчинкой, которую затягивает в бурлящий водоворот жизни.
Остановилась, чтобы достать салфетки и пудреницу, вытерла слёзы. Тушь размазалась, а не должна бы. Значит, мне подсунули подделку? Столько денег за неё отдала... И за печь тоже... Вбухала кучу средств в свой бизнес, а теперь нет никакого шанса их отбить...
Я закрыла лицо руками и затряслась от рыданий.
Как же тошно...
Самое противное, что все презрительные замечания Кольцова били точно в цель. Почва для этого была подготовлена моим бывшим мужем. Он долго убеждал меня, что я ничего не значу... И когда я заикалась о собственном деле, то всегда слышала в ответ: с ума не сходи, бизнес – не игрушки, ты не потянешь, кишка тонка.
Кольцов только что сказал то же самое...
Выйдя из здания, увидела, что над деловым центром расползается фиолетово-чёрная туча. Она была похожа на гигантскую медузу. Не успела я и шагу ступить, как небо над головой раскололось на части и начался ливень – совершенно безумный.
Мамочки!
Пока вытаскивала из сумки зонт, промокла до нитки. А зонтик тут же вывернуло наизнанку диким порывом ветра, две спицы сломались.
Ну, чудесно! Как же иначе! Мало того, что меня унизил высокомерный богач, так ещё и природа решила поиздеваться.
В отчаянии сунула сломанный зонт в мусорку и вернулась под навес в надежде переждать ливень. Потоки воды хлестали наотмашь, лужи на асфальте пузырились. Мою одежду можно было уже выжимать, волосы превратились в сосульки, и хотя я подняла ворот плаща, ледяная вода протекла даже за шиворот...
Мне только заболеть не хватало для полного счастья!
ДЕМЬЯН
Виктория пулей вылетела из кабинета, а Демьян ещё несколько секунд гипнотизировал дверь.
Бл**ь! Вот зачем он набросился на эту бедную девчонку?!
Ясно, что она просто угодила под горячую руку. Демьян был жестоко разочарован результатами анализов, которые отобрали у него последнюю надежду на потомство.
И, конечно же, он страшно злился на Милану, буквально бесился из-за её предательства. Блондинка обвела его вокруг пальца, как какого-то дурачка.
Но вместо того, чтобы разобраться с любовницей и вылить на неё свой гнев, Демьян накинулся на девушку, которую видел впервые в жизни.
Вцепился, сука, в бедняжку, как бультерьер. Разве так можно?
А ведь девчонка-то прехорошенькая...
Непритязательный наряд – серый джемпер и джинсы – не скрывал соблазнительной фигуры, густая грива каштановых волос падала на грудь и плечи. А дымчато-зелёные глаза сверкали яростью, как у тигрицы.
Ух!
Он успел удивиться естественности её лица – сейчас таких девушек днём с огнём не найти. Похоже, многие девицы начинают колоть себе всякую дрянь в губы и скулы сразу после школы, если не раньше.
Милана тоже была ярой фанаткой инъекционной косметологии. В начале отношений её пухлые губы произвели впечатление на Демьяна, особенно, когда он примерил их на своём члене. Но спустя полгода – после парочки процедур – они уже выглядели разбухшими варениками.
А Виктория, должно быть, ещё ни разу ничего не подкалывала, но выглядела при этом превосходно. Наверное, будь она дурнушкой, Демьян сейчас не испытал бы такой досады из-за своей грубости. Забыл бы о посетительнице через три минуты...
Демьян взял смартфон, и через мгновение на экране возникла картинка с камер наблюдения. Он быстро нашёл лифт, в котором спускалась вниз Виктория. Её щёки горели, как в лихорадке, а глаза мерцали хрусталём. Девушка была готова расплакаться...
Она держалась из последних сил, кусала губы. Но в вестибюле стойкость её покинула. У Демьяна на секунду сжалось сердце, когда девушка закрыла лицо руками, и её тело содрогнулось от рыданий.
Твою же мать... Довёл.
Хотя, между прочим, именно это он и говорил! Нежные ромашки в бизнесе не выживают. Тебя растопчет стадо бизонов, вякнуть не успеешь.
Демьян продолжал смотреть на экран.
Господи, ну чего же она ревёт! Пора бы успокоиться! В конце концов, он ей не отказал, он удовлетворил её смешную просьбу...
Демьян вдруг понял, что смотреть на это невыносимо. Внутри царапал стыд – нельзя обижать маленьких и слабых. Но именно так он и поступил с Викторией.
4
ВИКТОРИЯ
Едва ливень сбавил темп, я выскочила из-под навеса и побежала к метро. Терять было нечего – всё равно одежда промокла до нитки. Содрогаясь от холода, старалась обходить лужи. Дождь никак не переставал, всё вокруг терялось в серой пелене.