— Зато я высадила все луковицы тюльпанов.
— Заставляя бету рыть когтями лунки.
— Ксения… это звучит…. ужасно… я, действительно, так себя веду?
— Это гормоны, Дарина. Думаю, бета тебя прощает раз за разом… но второй твоей беременности он не переживет. — хихикнула Ксения, а потом ойкнула.
— Что? Что такое? Ден! Ден! Скорее сюда, кажется Ксения рожает!
Пока я пыталась помочь сестре, неуклюже и кряхтя, так как сама тоже находилась на девятом месяце беременности, не заметила как и у меня отошли воды.
— А-а-а-а-а!
Начался переполох, меня и сестру тут же занесли в дом в разные комнаты, но я слышала ее крики, как и она мои. Тут же отправили за альфами, Илиас и Алекс находились на территории, ранее принадлежавшей альфе Борцову, а после его изгнания, там обосновался новый клан.
Мы с сестрой забеременели в одно время, с той лишь разницей, что у нее это второй ребенок, а у меня первенец. Сыночек так торопился появиться на свет вместе со своей двоюродной сестренкой, что мне казалось, я ему и не нужна вовсе.
ГЛАВА 25
Арина и Бес
Мы живем в городе под названием Ноорск, так далеко от клана, где я оставила сестру, на востоке практически у побережья. Погода здесь мерзкая. Постоянные дожди, влажность, холодина, я практически безвылазно сижу в доме, используя каждые четыре дня спрей, который достает мне Бес.
Сам он устроился и явно не лавочником. Периодически приходил о сбитыми костяшками кистей рук, или что еще хуже с ранениями. Бес очень сильный волк, бета, но вдали от альфы, он слабее, чем обычно. Поэтому, да, я переживала за него. Ведь если с ним что-то случится, я пропала. Не смогу долго скрывать свой запах, не смогу достать спрей, который на улице вымывается с меня в два счета из-за этой чертовой погоды.
Почему он привел меня именно сюда, я не знаю. Много раз спрашивала его об этом, но ни разу не получила правдивого ответа.
А еще у нас не было никакой связи с его альфой, или уже бывшим альфой и Дариной. Я не знаю, где она, как она, как с ней обращается этот альфа. Вдруг нашел себе кого посмирнее, а ее продал Борцову, как меня. От этих мыслей всё холодело внутри.
Деньги, одежда, еда у нас были.
Только неопределенность меня съедала.
Быстро накрыла на стол, пока Бес в душе. Сегодня я запекла мясо, он предупредил, что придет раньше, поэтому постаралась накормить поплотнее. Если задерживается, то не практически не ест дома. Иногда от него пахнет другими женщинами.
Меня прям воротило от это запаха, но что я могла ему предъявить?
Ко мне он не лез под юбку. Я первое время боялась, что придется подчиниться. Смотрела на него с опаской, старалась не оставаться очень близко, а по ночам запиралась, понимая, что хлипкие двери не выдержат его натиска. Потом поняла, что трогать он меня не собирается, очевидно, без запаха омеги, я очень заурядная волчица. А слабые особи никому не интересны.
Даже обидно, что совсем не интересна бете. Без гена омеги, я ничего не стою. Грустно, но это так.
К мясу поставила на стол овощи, налила травяной чай с кусочками ягод. Он любит черничный. Не говорил, но я видела по его реакции, этот чай он предпочитал больше. А я старалась угодить ему в этом.
— Вкусно пахнет. — появился на пороге с влажными после душа волосами. Он переоделся в домашнюю футболку и спортивные брюки. — Чем занималась?
Ничего не значащий вопрос. Только чтобы поддержать беседу, потому что чем я могла заниматься взаперти дома?
— Смотрела новости. Странно, что ничего не слышно с западной части материка. Вообще никаких новостей, просто ноль.
— Ты верно подметила. Блокируется любая информация оттуда. Не хотят, чтобы и здесь начались изменения. Собирай сегодня вещи, Арина, мы завтра уезжаем. Сразу на рассвете.
— Уезжаем? — я оживилась. — Куда?
— Пока не скажу. Ешь и спать. Уже поздно.
Вот как всегда. Ничего не скажет. Только указывает, что делать.
После того, как мы поужинали и я вымыла всю посуду, я прошла в свою комнату. По пути заглянула в приоткрытую дверь в спальню Беса. Он лежал на кровати, задрав руки под голову, на полу стояла раскрытая спортивная сумка.
В моём шкафу такая же. Я тоже ее достала и стала укладывать в нее вещи.
Потом переоделась в сорочку и легла. Двери я больше не запираю, интереса для беты не представляю никакого.
Утром он разбудил меня и мы позавтракав бутербродами, вышли из дома.
— Куда мы идём не хочешь мне рассказать?
— Позже. Ты всё узнаешь позже, а теперь пошли молча.
Он подошёл к автомобилю, который достал уже здесь в этих землях. Открыл дверцу на заднее сиденье.
— Садись. И молчи. — больше ничего не говоря, завёл двигатель. Рядом на сиденье лежали две спортивные сумки. Что-то мне это совсем не понравилось.
— Мы уезжаем насовсем?
— Арина, помолчи немного. Тихо. — он потер виски и напряг скулы.
Мне ничего не оставалось, как отвернуться, просто уставилась в окно. Я очень редко выбиралась из дома и города практически не знала. Бес отлично ориентировался, постоянно заезжал в какие-то улочки, избегал центральных улиц, тут я поняла, что мы скрываемся. Меня-то точно никто не чувствовал, я вся в спрее, от которого мне кажется, у меня у самой скоро нюх весь отобьет.
А вот Бес… Видимо, что-то натворил. Я ничего больше не спрашивала. Сказал молчать, буду молчать, пока мы не выедем по крайней мере из города. На окраину мы выехали довольно быстро. Машина промчалась в сторону леса, а дальше мы свернули с дороги в самую гущу.
— Выходи!
Я вышла, Бес сам достал сумки, бросил на землю рядом.
— Раздевайся и обращайся в волчицу. Я прикреплю к твоей спине рюкзак. А потом обращусь сам. В этих рюкзаках, Арина, кое-что очень ценное. И мы должны доставить это альфе.
— Альфе? — переспросила я. — Мы возвращаемся?
Он мне ничего не ответил. Лишь только кивнул. Я быстро разделась. Нечего было тут смущаться, задавать вопросы. Вложила свои вещи в боковой отдел одной из сумок, которую он мне придвинул. Он тоже разделся.
Когда я обернулась с волчицей, Бес прикрепил к моей спине с помощью ремней один рюкзак. Как же он собирается нести второй? Ему явно будет