Были ли где-то более полные отчеты? Вряд ли. Потому что организация, как ни крути, из тех, кто не стал бы оставлять свидетельства именно своих преступлений, то есть схему убийства расписывать никто не стал бы. Но для себя я отметил не связываться с Марией Васильевной ни под каким соусом. Острая непереносимость родственников супруги налицо.
Больше я ничьи досье просмотреть не успел, потому что начали собираться гости. Первой Лёня привел Щепкину. Была она не менее восторженная, чем прошлый раз, а с учетом вчерашней дуэли — даже больше.
— Петр, вы не представляете, какое великое дело вы совершили, убив этого негодяя, — прижав руки к груди, экспрессивно заявила она. — Мои родные передают вам огромную благодарность.
В результате изучения архива я знал, что Бодров убил кузена Щепкиной, единственного сына сестры отца. По описанию парень был вполне приятным человеком и пользовался любовью родственников.
— Мне просто повезло, — скромно ответил я.
— И это замечательно, что удача наконец оказалась на правильной стороне. Вы мне сразу показались неординарным человеком. Да разве может быть другой брат у Леонида?
Она фонтанировала восторгом до прихода обеих пар офицеров с супругами и не перестала это делать и после, вытребовав у каждого зрителя отдельную историю моего подвига. Рассказ шел уже за столом, где появилась возможность не только поговорить, но и отдать должное готовке нашей поварихи. Или ее помощницы, которую нашел Николай Степанович.
Я слушал рассказы со стороны и понимал, что правильно использовал снег с вихрем, чтобы скрыть сам процесс. Потому что дамы, закатывая от восторга глаза, говорили о том, как было красиво, когда внутри снежного бурана вспыхивали цветные огоньки.
— Совсем как фейерверк, — щебетала Кривцова, за сутки забывшая напрочь о дружбе с Софией. — Даже красивее. По куполу проходили разноцветные разряды, и я все боялась, что он не выдержит и взорвется.
— Ксения, я тебе уже говорил, что это невозможно. Купол был полностью заряжен.
— Но выглядело красиво и пугающе одновременно.
— Строго говоря, там ничего не было видно, кроме вспышек. Красные и серебристые. У вас есть сродство к Тени, Петр?
— Есть, — не стал я отказываться. — И к Воде.
— И хороший набор заклинаний.
— Пользуюсь любой возможностью выучить новое. Так, понравившаяся вашей супруге снежная буря — результат действия заклинания из справочника по бытовым артефактам.
— А я давно говорю, что любое бытовое заклинание можно использовать в военных целях, — заявила супруга второго моего секунданта. — Достаточно иметь воображение.
— Лучше иметь не воображение, а набор хорошо отработанных заклинаний, Надин, — возразил ее супруг. — Это позволяет реагировать быстро и точно. Воображение в битве один на один — лишнее.
— Но Петр же проявил как раз его.
— А еще он наверняка многократно повторял каждое заклинание, иначе никогда не добился бы таких результатов. Та же Искра у Петра по уровню была близка к Искре Бодрова, иначе при всех преимуществах его артефактов мы бы сегодня с ним не разговаривали. У вас какой уровень Искры, Петр?
— Пятьдесят третий, — неохотно ответил я, занизив уровень и не сказав о двойном сродстве. Нужно развивать Снег и Вихрь и дальше, чтобы никто не смог заметить даже проблеска магии.
— Что и требовалось доказать, Надин, — повернулся он к супруге. — Ты можешь себе представить, сколько раз Петру пришлось повторять это заклинание, чтобы достичь такого результата?
— Я в зону ежедневно ходил, — напомнил я. — И тратил все кристаллы на рост своих уровней.
— Вот это правильно, — согласился Кривцов. — И вы нам обещали рассказать про восстановление реликвии.
— Вы еще не закончили рассказ о дуэли, — возразила Щепкина. — Боже мой, я хочу знать все-все-все. Что кто говорил, кто где стоял и вообще. Петр, там же был ваш кузен?
— Который и заказал меня Бодрову, — ответил я. — Мы теперь с ним не общаемся.
— Мы тоже теперь с ними не общаемся, — сказала Ксения. — Представляете, они обвинили нас в воровстве.
— Вас? — удивился я. — Быть того не может. Со стороны Антона логичней было бы обвинить меня.
— О вас тоже расспрашивал этот наглый тип из Сыска. Но мы его уверили, что ни вы, ни Наталья не уходили из гостиной и столовой, а я имела глупость побывать в Софьином будуаре, где она держала коллекцию уродливых фигурок из кости. Эти фигурки пропали.
Она всхлипнула и приложила платочек к глазам. Действие было не наигранным — Ксения действительно переживала из-за обвинения в воровстве, к которому не имела никакого отношения. Валерон сидел тише воды ниже травы и не торопился приносить ей извинения, что уже было хорошо — а то вдруг он устыдится кражи и начнет думать, как уже Ксении компенсировать моральный ущерб. Впрочем, о чем я? Валерон и чувство стыда — вещи абсолютно несовместимые.
— Они наверняка врут, — заявила Надин, — потому что хотят, чтобы говорили не о том, что они нанимают людей для убийства родственников, а о том, что пострадали они сами. Мне повезло, что я не пошла с вами, а то бы и нас с Андреем обвинили. Нет, какая наглость, обвинить гостей в столь неприглядном деянии. Софи еще заявила, что пропали подушки. Ладно, маленькие фигурки, но подушки? Как, по-ее, мы могли их вынести? Под платьями? Или под мундирами?
— Еще у них пропала ширма, — добавил Кривцов. — И я бы скорее указал на слуг, но там все под клятвами. Так что это какой-то высококвалифицированный вор. Возможно, с артефактами.
— Не находите, что мелковата кража для вора такого уровня? — спросила Надин. — Я уверена, что Вороновы все врут. В смысле, те Вороновы, Антон и София. На самом деле, у них ничего не крали, они сами спрятали свои вещи. Что было быстрее и легче спрятать, то и убрали. Да и ценного там ничего не было. Кому нужны их старые затертые подушки?
— Ничего не старые! — внезапно возмущенно тявкнул Валерон. — Стал бы я старье тащить? Все новенькое было, не