— Твою мать! Чем ты таким ширяешься? — взвыла Настя и одним движением расстегнув молнию на сумке, выхватила свой учебный меч.
По весу и форме, он напоминал эсток, но для человека без доспехов, удар даже такой дубиной, сделанной из обычного железа, мог оказаться фатальным. Привычно крутанув меч в руке, девушка шагнула вперёд и стремительно нанесла три удара подряд. По рукам и ноге, в область колена. Хруст кости ясно сказал, что удары нанесены правильно, и противник получил серьёзные травмы, но на движениях его, этого никак не отразилось. Только стал заметно прихрамывать.
Чем бы закончилась эта история, Настя старалась потом не думать, но когда в переулок свернула компания каких-то ребят, её противник вдруг резко остановился, и глухо рыкнув, скрылся в подворотне. Подхватив с асфальта сумку, Настя на ходу сунула в неё меч и быстрым шагом поспешила к своей машине. Подарок родителей на восемнадцатилетие. Спасшая её компания парней, только проводила почти бегущую девушку удивлёнными взглядами…
Степан угрюмо огляделся, и в два шага оказавшись у двери вагона, прислонился к стене так, чтобы не перекрывать выход. Он никогда не садился в вагонах метро. Смысла не было. Всегда найдётся пожилой человек или беременная женщина, которой придётся уступить место. А главное, в таком углу можно было отвернуться к окну и прикрыть глаза, не опасаясь, что и вправду уснёшь.
Свою самую сокровенную тайну он тщательно скрывал всю сознательную жизнь. Одного признания матери, что видит иногда на улице, странных созданий ему хватило. Мальчишку очень удивляло, почему никто вокруг не обращает на них внимания, ведь они такие странные? Но поход к психиатру быстро научил его держать свои тайны при себе. Так что, входя в метро, он всегда старался встать так, чтобы видеть всех в вагоне, но оставаться вне досягаемости странных сущностей.
На что они способны, Стёпа отлично знал. Однажды, едва вернувшись со службы в армии, он по горячности вступил в схватку с таким существом и едва богу душу не отдал. Шрамы на теле служили постоянным напоминанием о том случае. Вот и в этот раз, окинув вагон расфокусированным взглядом, он сходу увидел стоящего на другом конце вагона гуманоида. По-другому Степан их не называл. Просто не знал, как ещё их обозвать.
Сутулое, под два метра ростом, покрытое длинной бурой шерстью, это существо очень походило на снежного человека. Во всяком случае, каким его изображали в различных околонаучных программах. Существо, словно почувствовав его взгляд, резко обернулось, но Степан успел прикрыть глаза, мысленно проклиная своё начальство. Чтобы избежать ненужных встреч, он устроился на работу лесником в область и старался как можно реже бывать в городе. Благо, родителей давно уже нет, а семьи он так и не завёл.
Но начальство, будь оно неладно, с упорством достойным иного применения регулярно требовало личного присутствия всего личного состава на постоянных совещаниях. Толку от этих заседаний было не много, а вот времени, занимали очень много. Иногда, у Степана складывалось впечатление, что начальство в их ведомстве всю работу стремилось свести к перекладыванию бумаг со стола на стол.
В очередной раз, мысленно скривившись и сплюнув, Степан вздохнул и приоткрыл глаза. В ту же секунду, его тело, привычное к самым разным экстремальным ситуациям, вздрогнуло, и произвольно перешло в боевой режим. Ноги напружинились, а кулаки сжались. Замеченный им гуманоид решительно проталкивался сквозь толпу в его сторону. В его «добрых» намерениях Степан даже не сомневался. Слишком уж мрачный у него был вид. Быстро оглянувшись, Степан чуть не застонал в голос. Народу в вагоне было много, и если вспыхнет драка, то достанется всем стоящим рядом.
Сделав вид, что ничего не замечает, он оттолкнулся от стены и начал не спеша проталкиваться к дверям. Если выманить гуманоида из вагона, то можно будет рассчитывать хоть на какую-то помощь полиции. Но странное существо успело раньше. На запястье Степана сомкнулась здоровенная лапа с толстыми когтями и, сжавшись так, что кости захрустели, заставила его замереть на месте.
— Попробуешь поднять шум, и ты труп, — прохрипел гуманоид, склонившись к уху Степана.
— С чего мне шуметь? — включил дурака парень.
— Не пытайся меня обмануть. Я знаю, ты умеешь видеть. Если не хочешь умереть, молчи, — прошипел противник, сжимая лапу ещё крепче, хотя, казалось бы, сильнее некуда.
— Чего видеть? Все видят, чего прикопался? — снова возмутился Степан, резким движением вывернув руку из хватки противника.
На них уже начали оглядываться и гуманоид, еле слышно зашипев, вдруг резким толчком выбросил Степана из вагона, воспользовавшись остановкой и отрывающимися дверями. С трудом удержавшись на ногах, парень отскочил в сторону и попытался скрыться в толпе, но преследователь каким-то неимоверным образом вдруг оказался рядом. Краем глаза, заметив полицейского, выходящего из-за будки дежурного, Степан с силой оттолкнул гуманоида и, отскочив ещё дальше, громко сказал:
— Да отвали ты от меня. Не люблю я голубых! Гомофоб я, понял!
Услышав его слова, сержант круто развернулся и быстрым шагом направился к удивлённо замершему гуманоиду. Заметив представителя власти, тот мрачно скривился и, прошипев что-то нечленораздельное, стремительно кинулся к краю платформы. В два прыжка оказавшись на путях, он ринулся в темноту тоннеля, неожиданно развив такую скорость, что видевшие это, только растеряно переглянулись. Пронзительная трель свистка только подстегнула беглеца. Мгновение, и он скрылся в темноте.
Переведя дух, Степан отошёл подальше от места происшествия и, дождавшись следующего поезда, поспешил в вагон. Терять время, влезая в разговоры с полицией, он не собирался…
— Здравствуйте! Вы ведьма?
Даша не спеша развернулась и, окинув вошедшую долгим, внимательным взглядом, иронично хмыкнула:
— А вы надеялись встретить здесь депутата?
— Нет, — смутилась посетительница. — Я просто уточнила. Вдруг вы помощница или еще, какая обслуга.
— В кабинете мага не бывает обслуги. Если только из других планов бытия. Но приступим к делу. Судя по всему, вы хотите узнать, изменяет ли вам ваш муж.
Женщина растеряно вздрогнула и удивлённо воззрилась на ведьму.
— Как вы узнали ⁈
— Вообще-то, это моя работа. Точнее, часть её.
— И как? Изменяет? — в голосе посетительницы прозвучала такая неприкрытая надежда, что Даша едва не выругалась в голос.
— Ну как можно быть такой дурой ⁈- едва не завопила она, разглядывая женщину. — Да ты своими подозрениями уже довела его до такого состояния, что он на северный полюс сбежать готов, лишь бы от тебя подальше. Лучше бы собой занялась. А то собрала волосы в крысиный хвостик, афиша не крашена,