— А при чём тут холодняк? — не понял Егор.
— Откровенно говоря, я и сам плохо представляю этот процесс, но у этих динозавров шкура имеет странные свойства. На удар, она работает просто великолепно, а вот на разрез, паршиво. И с электропроводностью у неё большие проблемы. Сами видели, шокер его разом в нирвану отправил.
— Погодите, ерунда какая-то, получается, — удивлённо протянул Степан.
— Ведь пуля, она тоже при попадании пробивает кожу, как и нож. А вы говорите, что его холодняком взять можно.
— Пуля пробивает за счёт скорости полёта. И сказал я не на пробой, а на разрез. То есть, его нужно не тыкать ножом, а резать. Ну, если успеешь.
— Резать, в смысле полосовать лезвием? — задумчиво уточнил Степан.
— Догадливый, — насмешливо кивнул дракон.
— А если его бронебойной пулей брать? — предложил Степан, развернувшись к начальству всем телом.
— Поясни, — потребовал тот.
— Ну, у нас все пули, хоть и специально сделанные, но форму имеют обычную, коническую. А если делать острые, как автоматные, да ещё и заострённым гребнем на передней части. Как охотничья турбинка.
— Ничего не понял, — помолчав, мотнул дракон головой.
— Ну вот, смотрите, — схватив со стола лист бумаги и ручку, принялся пояснять Степан, быстро что-то рисуя, — вот обычная пуля. Она срабатывает, как вы сами сказали, за счёт скорости полёта. А если сделать её вот такой, чтобы она не пробивала, а как бы прорезала, или буравила шкуру…
Рассмотрев его каракули, дракон задумчиво хмыкнул и, посмотрев на Степана, проворчал:
— Вот, что значит охотник. Все наши высоколобые до такого не додумались.
Завтра задачу наших оружейников, пусть считают, пробуют. Посмотрим, что получится. Здесь значит, заточенный гребень, а на конце, игольчатое остриё, я правильно понял?
— Ага.
— Интересная конструкция, — протянул дракон, рассматривая набросок. — А ведь может сработать.
Это действительно было нечто странное. От обычной пули осталась только две трети. В первой же трети, там, где находилась так называемая, рабочая часть, боец предложил сделать четыре заточенных гребня, слегка закручивающихся по спирали.
— Баллистика, конечно, пострадает, но пробить, думаю, сможет, — вынес свой вердикт дракон. — Точнее, пробурить. Это же летающий бур получается.
— А вот на счёт баллистики я бы ещё поспорил, — вдруг заявил Степан. — Если делать гребни с тем же шагом, что и нарезы в стволе, то наоборот, она ещё и устойчивее в полёте будет.
— Ну, поживём, увидим, — не стал спорить полковник. — Ещё какие предложения есть?
Все дружно замотали головами так, что шейные позвонки захрустели.
— Ну, тогда валите отсюда. Надо хоть чуток поспать, а то уже не соображаю ни черта, — вздохнул дракон.
* * *
Этот разговор Егор услышал дня через три после случившихся событий. На добытого динозавра обитатели базы, ходили смотреть как на экскурсии, потом громко обсуждая увиденное. Именно вот после такой экскурсии капитан и услышал разговор трёх бойцов охраны с кем-то из научного отдела. Не спеша, затягиваясь ароматной сигариллой, высоколобый сноб цедил, словно сквозь зубы:
— Вы бы присматривали за этими новичками.
— Зачем? — не поняли охранники.
— Я человек науки, но даже мне в глаза бросилось, что с ними что-то не так. Ну, сами посудите. Сначала, ещё не доучившись, рванули на вызов, и скрама нашли. Потом, на прорыве, толком не вооружённые, умудрились стаю вампиров положить. Как? По отчётам, им этот скрам и помог, а как оно на самом деле было? А теперь, ещё и динозавра этого живьём приволокли. Но самое интересное, что как это правильно сделать, никто толком и не помнит.
— Там вроде куратор опытный был, — с сомнением протянул один из охранников.
— Куратор? — возмущённо переспросил высоколобый. — Даже если он что-то и знает, то один, он ничего бы не сделал.
— Ну, повезло ребятам, — пожал плечами боец охраны.
— Вот-вот. Слишком уж у них везение какое-то странное. Месяц дежурят, столько подвигов, и ни одной потери. А теперь вспомни, как часто группы с выездов в полном составе возвращаются.
— Что ты хочешь сказать? — насторожились бойцы. — Только не говори, что среди них есть предатель. Это будет полной лажей.
— При чём тут предательство? Нет. Я думаю, они что-то скрывают. Вот не могу никак понять, что именно. Ну не может новичкам так везти. Не может. Не успели начать работать, и тут же сдвиг пространства. Не прорыв, а именно сдвиг. Такого уже лет сорок не было. А тут, пожалуйста.
— У всех команд свои ухватки, — помолчав, протянул охранник. — К тому же, там у них магичка, и ведун в одной связке. Вот тебе и ответ. К тому же, бойцы там тоже не простые. Говорят, капитан тот, ещё на Кавказе отметился. При чём, в обе войны. И до этого, тоже где-то побывал. В общем, боец серьёзный.
— Чушь! Всё дело в скраме. Отберите у них животное, и останется обычная группа.
— Не пойму я, к чему ты всё это ведёшь, — помолчав, проворчал оппонент высоколобого.
— К тому, что все должны работать в равных условиях.
— А мы тут при чём?
— Ну, вы с бойцами чаще общаетесь, вот и объясните им, что пока они головами рискуют, другие, купоны стригут, без единой царапины.
Услышав эти слова, Егор не удержался и, выглянув из-за дерева, под которым сидел, попытался, как следует рассмотреть подлеца. К его удаче, беседовавшие стояли буквально в шести шагах, и запомнить подонка Егору было не сложно. Но его увидели. Заметно смутившись, бойцы отступили на шаг от высоколобого, с тревогой косясь на неожиданно появившегося капитана.
Остановившись в двух шагах от высоколобого, Егор вперился ему в глаза долгим, мрачным взглядом и, дождавшись, когда тот начнёт судорожно сглатывать и, шлёпать от волнения губами, не громко сказал:
— Купоны значит стричь. Ну, и в чём же наша выгода? Может, нам платят больше? Или квартиры у нас лучше, чем у вашей сволочи? Отвечай, сука яйцеголовая! — неожиданно рявкнул капитан, припомнив старые времена.
Вздрогнув всем телом, мужик суетливо шарахнулся в сторону, но запутавшись в собственных ногах, рухнул во весь рост на асфальт ничком, звучно приложившись к нему рожей. Медленно перекатившись на спину, он зажал рукой разбитый нос и, всхлипывая, гнусаво прохрипел:
— Вы все свидетели, он меня ударил. Мент поганый!
— Никто тебя не бил. На ногах крепче держаться надо, — презрительно отозвался боец охраны с сержантскими нашивками и, повернувшись к коллегам, добавил:
— Пошли отсюда, мужики. Нам теперь из-за этого ещё и рапорты писать.
— Струсили, гады! — выплюнул им вслед высоколобый.
— Вот дурак-то, — рассмеялся сержант. — Да тут камер