— Ты не обязан меня отвозить. Сергея нет, так что играть не перед кем, — произношу с издёвкой, пока Влад отпирает машину. Так мне легче отгородиться от него.
— Во-первых, уже поздно, и я не хочу, чтобы ты ехала одна. А во-вторых… как знать, может, твой бывший наблюдает откуда-то из-за угла?
Бывший.
Слово будто бьёт наотмашь. Но я глотаю его, словно застрявшую в горле кость.
По дороге Влад снова пытается заговорить о том, что произошло на балконе.
— Слушай… прости, я не должен был заходить так далеко…
— Как и я, собственно. Давай закончим на этом? — прошу я. — Мне и так неловко… Хочу все поскорее забыть.
Поворачиваюсь к нему и… понимаю, что забыть не получится. Его глаза горят недобрым огнем.
— Можешь попытаться, — тянет он лениво, — но мы оба знаем, что ты не сможешь! То, что произошло между нами…
— Ты слишком самоуверен… Это вышло случайно. — Последнее слово произношу с нажимом, будто стараюсь убедить в этом и себя. — Мне просто шампанское в голову ударило…
«Ага, как же… — усмехаюсь мысленно. — Мужчина тебе в голову ударил… Привлекательный. Мужественный. Сексуальный…»
— Говори, что хочешь, но реакция твоего тела красноречивее любых слов…
Шах. Мат. Я повержена и лежу на лопатках.
Хорошо, что мы, наконец, приехали, и отвечать необязательно.
— Пока… — тянусь к ручке двери.
— Я провожу!
— Даже не думай!
— Ладно… — нехотя соглашается он. — Тогда включи свет на кухне, как войдёшь в квартиру. Так я пойму, что с тобой все в порядке.
— Договорились… — даю обещание и пулей вылетаю из машины. Находиться с ним рядом невыносимо.
Поспешно вхожу в подъезд и, поднимаясь по лестнице, ковыряюсь в сумочке в поисках ключей. Вечно я не могу их найти…
«О, кажется, нащупала!» — думаю я, когда позади раздается какой-то шум.
Даже не успев обернуться, вскрикиваю негромко, потому что кто-то хватает меня за руки и со всей силы тянет назад. Ключи с глухим стуком приземляются на бетонный пол. В голове вихрем проносятся мысли от грабителя до насильника. Но тут над самым ухом раздается до боли знакомый голос:
— И снова здравствуй, любимая! — сильный запах алкоголя ударяет в нос.
Чужая ладонь затыкает мне рот прежде, чем я успеваю закричать.
Глава 36
Влад
Дурак…
Сорвался, как мальчишка. Неужели не мог удержать себя в руках?
Но правда в том, что не мог.
Раз за разом прокручиваю в памяти произошедшее на балконе. Сначала мне показалось, что Ксюша устроила эффектное зрелище для мужа. Но потом понял: она не играла. Она не просто ответила на поцелуй, она настолько сильно возбудилась, что искры летели во все стороны. Как и от меня самого… Да стоило ей только коснуться моей груди, и у меня тут же сорвало резьбу. А какой у нее сексуальный ротик… А уж когда я влез к ней в трусики… все сомнения сразу отпали. Она хотела именно меня. И я не удержался…
И теперь откатился назад… Ксюша наверняка будет от меня шарахаться, как от прокаженного. Как вернуть ее расположение, если она вон, даже не позволяет проводить до двери квартиры?..
Перевожу взгляд на окна и понимаю, что свет так и не загорелся. Черт! Забыла?.. Нет, моя угроза проводить для нее равносильна всемирному потопу. Выхожу из машины и спешу к подъезду. Хорошо, что я знаю код от двери.
Внутри темно. Может, лампа перегорела?.. Пулей взлетаю на третий этаж.
Слышу какую-то возню, а потом проникающий через окно тусклый лунный свет выхватывает два силуэта, сплетенных в одну причудливую фигуру.
Ксюша в объятиях бывшего.
Сначала мне кажется, что все происходит по обоюдному согласию, но затем до меня доносится тихий, сдавленный плач, который вряд ли можно принять за проявление страсти.
Бросаюсь на этого урода и рывком оттаскиваю его от Ксюши и со всей дури бью в лицо. А потом ещё и ещё. Он что-то бессвязно бормочет и закрывает голову руками, болтаясь, будто боксёрская груша.
— Не надо… — раздается рядом жалобный голосок Ксюши. — Пожалуйста, не надо…
— Он тебя чуть не изнасиловал, а ты его жалеешь?.. — поворачиваюсь и окидываю её быстрым взглядом: порванная блузка, юбка болтается на поясе, одна туфля слетела, а в заплаканных глазах застыл ужас.
— Господи, да я готов убить этого говнюка!
— Не надо, пожалуйста… Тебя же посадят…
Дрожащими пальцами Ксюша пытается одернуть юбку, но ничего не выходит. Рваная блузка съехала набок, демонстрируя грудь в кружевном бюстгальтере.
— Он точно ничего не успел сделать?..
— Нет, нет… — оставив попытки вернуть юбку на место, Ксюша скрестила руки так, чтобы хоть как-то прикрыться. — Пожалуйста…
— Ещё раз увижу тебя рядом с ней — убью! — толкаю ублюдка к лестнице.
— Ты все равно моя… моя… моя… — бормочет он и, шатаясь, спускается вниз.
— Все кончилось… — подхожу к Ксюше и обнимаю, крепко прижав к себе, — я с тобой…
И все равно ее бьёт крупная дрожь. Она цепляется за меня, не в силах стоять на ногах.
— Где ключи от квартиры?..
— Г-где-то н-на п-полу… я урон-нила их, ког-гда он…
Ксюша начинает плакать. Хрупкие плечи подрагивают от рыданий, и я уже жалею, что так легко отпустил этого козла.
— Тш-ш… — выпускаю ее из объятий, аккуратно прислонив к стене. — Сейчас… — нахожу злополучные ключи рядом с сумочкой. — Ну вот…
Открываю дверь и, подхватив Ксюшу на руки, вношу ее в квартиру.
«Совсем как молодожены…» — проносится в голове дурацкая мысль.
Прохожу в комнату и усаживаю Ксюшу на диван. Включаю свет.
— Тебе надо что-то выпить и покрепче обычного чая. Есть у тебя что-нибудь?..
— Т-там, в серванте… — Ксюша кивает на шкаф, где за стеклом стоят бокалы, салатницы и прочая посуда, среди которой небоскребом возвышается бутылка из темного стекла. На этикетке смешливая надпись:
— Открыть, когда встретишь настоящего мужчину? — читаю вслух.
— Это подарок Анютки на новоселье… — Ксюша дёргается, а потом сжимается в комочек.
— Надеюсь, ты не против, если я открою?
— Н-нет…
Она смотрит на меня своими огромными синими глазищами. Обладательница таких глаз все равно что ведьма — поработит твой разум, ты и не заметишь. Чем дольше я смотрю на нее, тем сильнее ощущаю, что броня, в которую я запрятал собственное сердце, пошла трещинами.
Вскрываю бутылку и, плеснув жидкости в бокал, протягиваю ей.
— Ты пока выпей, а я наберу тебе ванну…
* * *
Ксюша
Меня трясет так, будто я в минус двадцать вышла на улицу без верхней одежды. Холод ползет по венам и подбирается к сердцу. Внутри разрастается пустота. Мой собственный муж пытался