— И?.. — повторил за ней Олег, словно не понимая, что именно от него хотят.
— Каким боком ваше прошлое должно отразиться на моем будущем? — бросила Крис, снова теряя терпение. — Подумаешь, очередной мамин ухажер! Ты же мне не отец, так почему мы не можем встречаться⁈
От такого заявления Олег подавился воздухом. Я же не смогла сдержать нервного смеха.
Не думала я, что дочь будет настолько откровенной. Признаться мужчине, что он ей нравится, тоже нужна храбрость. Тем не менее фраза дочери о моих ухажерах из ее уст прозвучала немного оскорбительно. Словно я мужчин меняю как перчатки.
Быть может, в этом и есть толика правды, откуда она может об этом знать. Я ни одного мужчину не приводила к нам в дом! Никогда не знакомила их с дочерью. И вообще ни разу не упоминала о своих любовниках при ней.
— Потому что он твой отец! — выпалила я на одном дыхание.
Возможно, это прозвучало довольно жестоко, но сколько можно ходить вокруг да около? И какая разница, кто сообщит об этом дочери: я или Олег? Мне вдруг показалось, что чем быстрее дочь об этом узнает, тем лучше будет для всех.
— Что за бред⁈ — бросила Крис, переводя взгляд с меня на Олега и обратно. — Ты сейчас прикалываешься надо мной? Какой, к черту, отец? Ты же говорила, что он умер!
— Что? — возмутился Олег. — Ты действительно ей так сказала?
— Это сейчас неважно! — отмахнулась от него, продолжая смотреть на дочь.
Со стороны, может, и кажется, что все нормально, но я-то вижу, какая сейчас внутри нее идет война. Дочь пытается осознать полученную информацию и в то же время не хочет в это верить.
— Это важно для меня! — продолжил возмущаться Олег. — Как ты вообще могла додуматься до подобного?
— А что я, по-твоему, должна была ей сказать? — не выдержав, воскликнула я, вскакивая на ноги.
Сейчас не самое лучшее время для выяснения с ним отношений. Ведь в данный момент мое материнское сердце кровью обливается от осознания, что я причинила ей боль.
— Я… — начал Олег, но его перебила Кристина.
— Нет, этого быть не может! Это какой-то бред! — бормотала дочь, а после резко посмотрела на меня и выкрикнула. — Ты специально это придумала, чтобы я возненавидела Олега!
— Крис, — произнесла имя дочери, делая к ней несколько шагов, желая успокоить.
Видеть в глазах дочери слезы довольно не просто. А осознавать, что причиной слез стала я, еще и больно. Я хочу ее обнять, сказать, что все будет хорошо. И ей необязательно мириться с мыслью, что Олег — ее отец. Главное, чтобы она это знала.
— Нет! — воскликнула Крис, выставляя между нами руку, заставляя меня остановиться. — Не подходи ко мне! Что бы ты ни говорила, я тебе не верю!
— Ты же знаешь, что я никогда не лезу в твою личную жизнь! Я никогда тебе ничего не запрещала и поддерживала в любом твоем стремлении. Не будь Олег твоим биологическим отцом, я бы ни слова тебе не сказала. Сама подумай, почему я так поступаю сейчас, — сказала я таким тоном, которым разговариваю с подчиненными.
Дочь должна понять, что я не лгу, и осознать, что это правда. А самое главное, Кристина обязана принять это как факт. Нравится ей это или нет.
Пару минут Кристина пристально смотрела на меня, а после перевела взгляд на Олега. И столько боли отразилась в ее глазах. Я не хотела, чтобы больно было ей. Пусть почувствуем боль я или Олег, но не она.
— Ненавижу вас! — выкрикнула дочь, больше не сдерживая слез. — Ненавижу!
После чего она выбежала из кабинета.
Став свидетелем этой сцены, Олег торопливо поднялся и собирался отправиться за ней следом, но я его остановила.
— Оставь, пусть идет, — бросила, присаживаясь в кресло. Прикрыв глаза, я недовольно пробурчала: — Этот день с самого утра не задался.
— Как ты можешь так спокойно говорить об этом? — возмутился Олег, тем самым заставляя посмотреть на него. — Она расстроена! Ее нужно успокоить! Что ж ты за мать такая⁈
— Какая есть! — огрызнулась я. — На себя посмотри, папаша недоделанный! Я, по-моему, говорила: не хочешь последствий — не рассказывай ей правду. Мог бы просто молча уйти из ее жизни, как сделал это со мной.
— Не сравнивай! Она моя дочь! — рыкнул он.
Видимо, мои слова его задели. Что ж, пусть знает, насколько мне сейчас некомфортно в его компании.
— И моя тоже! — вернула ему ответочку. — Я воспитывала ее с самого рождения, поэтому знаю, что сейчас Крис нужно побыть одной. Не волнуйся, когда она успокоится, сама придет к тебе. Вот об этом тебе стоит переживать. Поскольку я понятия не имею, что она может сказать или сделать отцу, который за всю ее жизнь ни разу не объявился.
— А чья в том вина? — спросил Олег, обвиняющее смотря на меня.
Наверное, он хотел таким образом пристыдить меня за то, что не рассказала ему о беременности. Вот только его же слова сыграли с ним злую шутку. Потому что я не чувствую ни грана стыда за то, что промолчала. Моя совесть перед ним чиста, в отличие от его.
— Да был один придурок в моей жизни, — бросила, усмехнувшись.
— Да, но… Эй! — возмутился Олег, не ожидая от меня ничего подобного. — Ты хочешь сказать, что я придурок?
— А ты понятливей, чем я думала, — сказала, не сумев сдержать злорадной улыбки. — Думаю, на сегодня хватит разговоров. Тебе лучше уйти.
— Но?..
— Олег, я сейчас серьезно! Прошу, уйди и оставь меня в покое, — устало, тем не менее довольно жестко проговорила я.
Мне хочется побыть одной и осознать, что именно только что произошло. К тому же я волнуюсь за Крис. Было бы лучше поехать домой, но у меня еще пару встреч, которые нельзя проигнорировать. Мы с дочерью зависим от моей работы. И как бы тяжело нам ни было, мы всегда могли мыслить здраво. Выяснить отношения мы сможем позже. К тому времени дочь должна успокоиться.
— Не думай, что я оставлю все как есть! Мы еще вернемся к этому разговору! — сказал Олег, направляясь к выходу.
— Кто бы сомневался, — проговорила, смотря ему вслед.
Глава 8
Стрелки на часах показывали далеко за полночь, а я все так же продолжаю сидеть в гостиной. В любой другой день я бы уже давно спала. Но именно сегодня я не могла вот