Я удивленно вскинула бровь.
— Кого? Никиту, что ли? Я второй раз в жизни его вижу. До любви тут как бы очень далеко! — ответила, не скрывая улыбки, выруливая со двора.
Парнишка и прям не плохой, но чтобы я его полюбила… что за бред?
— Я про его отца, — не разделив мою шутку, сказал он.
Не ожидая ничего подобного, я отвлеклась от дороги, отчего машину занесло. Выругавшись, я кое-как выровняла ее, вздохнув с облегчением. Но тут же разозлилась на Петра.
— Прежде чем спрашивать о всякой ерунде, тебе стоит несколько раз хорошо подумать. Вдруг тебя эти вещи не касаются! — раздраженно произнесла. И тут же спросила: — И вообще, что ты этим имеешь в виду?
— Думаешь, я ничего не понимаю? Тот мужчина, который приходил к тебе несколько дней назад. Парнишка на него очень похож, — сказал Петр.
Я ощутила на себе его взгляд. Значит, он не так глуп, как хочет казаться. И раз понял, что Олег — отец Никиты, то, видимо, подумал, что я делаю это из-за бывшего. Что ж, пусть и дальше так думает. Я не собираюсь никого переубеждать.
— Как я уже сказала ранее, тебя не должна волновать моя личная жизнь, — ответила ему, сильнее сжимая руль.
Не хочу показывать ему, насколько больно мне говорить подобное. Потому что я хочу, чтобы его волновала моя личная жизнь! Хочу, чтобы он был частью ее! Но разве я могу так просто признаться Петру и заодно себе, что у меня появились к нему чувства?
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я интересовался твоей личной жизнью? — спросил Петр, словно мысли мои прочитав.
Не зная, что ответить ему, я решила промолчать. Если скажу, чтобы не лез с расспросами, то могу окончательно порвать с ним все связи. А если признаюсь… Нужны ли ему мои чувства?
— Меня ничего не связывает с Олегом! А парнишке решила помочь, потому что мне жаль его! При живых родителях он словно сирота, — негромко проговорила, решив таки хоть в чем-то признаться.
— Раз так, то я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе, — ответил Петр.
На этом наш разговор сошел на нет.
Не знаю, почему Петр не затронул тему того, что происходит между нами. Да и почему я смолчала, тоже понятия не имею. Я, которая никогда не лезла в карман за словом, которая всегда знала чего хочу, струсила?
Сама не знаю, чего именно боюсь. Возможно, этот страх связан с тем, что я всю жизнь прожила одна и сейчас боюсь серьезных отношений?
— Как скоро нужно подготовить документы? — спросил Петр, стоя у лифта в нашем доме.
Даже как-то непривычно приезжать вместе домой. А думать о том, что нас будет разделять всего лишь лестничный пролет… Все эти дни я только и мечтала, чтобы спуститься к нему. Тихо постучать в надежде, что он откроет, что мы сможем нормально поговорить и разрешить все недоразумения. Но я так и не смогла найти в себе силы.
— Хочу завтра наведаться в школу к Никите, — сказала я, посмотрев на мужчину. — Успеешь к этому времени?
— Обещать не могу, но постараюсь, — ответил Петр.
Двери лифта открылась, и он пропустил меня вперед. Как только мы оказались внутри и Петр нажал свой этаж, я неожиданно для себя спросила:
— Хочешь, я помогу с документами?
Петр вскинул удивленно бровь, словно не ожидал от меня ничего подобного.
Не знаю, на что я надеялась, предлагая ему свою помощь. Может, мне хотелось подольше побыть в его обществе. А быть может, я просто рассчитывала вновь оказаться с ним в одной постели.
— Думаю, это лишнее, — ответил он как раз в тот момент, когда открылись двери. — К утру документы будут готовы.
Он вышел из лифта, даже не посмотрев на меня! И это до жути взбесило! Неужели он жалеет о том, что было между нами, и теперь всем своим видом хочет показать мне это? Или, быть может, Петр просто хочет показать мне, что до сих пор обижен из-за моего поступка?
— Ну ничего. Мы еще посмотрим кто кого! — проговорила я, смотря на то, как двери лифта закрываются.
Глава 27
Уже с утра я сидела в кабинете директора школы, в которой учится Никита. Кабинет оказался простым, лишенным каких-либо излишеств. Функциональное рабочее пространство с голыми стенами и простой мебелью. Единственными цветовыми акцентами здесь были растения в горшках.
Из-за одного упрямца я всю ночь не спала. Поэтому мое настроение настолько паршивое, что я готова кого-нибудь придушить. И первый в этой очереди — Петр! Это ж надо быть настолько невозмутимым! У него ни один мускул на лице не дрогнул, когда я утром открыла ему дверь в коротком халатике, накинутом на влажное тело.
И ведь выбрал же момент появиться на пороге с утра пораньше, именно в тот момент, когда я только выбралась из душа! Он протянул мне папку с документами и вежливо так поинтересовался: нужна ли мне его помощь еще в чем-то. Получив отрицательный ответ, молча ушел. Гад!
Даже то, что я придумала, как именно отомщу бывшей подруге за ее подлый поступок, ничуть не радовало меня. Я лишь немного успокоилась, поскольку теперь знаю, как именно буду действовать дальше.
— Ну и сколько мне еще ждать? — спросила у мужчины, который занимал кресло директора.
Скользкий он какой-то. Беглый заискивающий взгляд и подхалимская улыбка. Видно, что мужик знает, к кому и как стоит подлизаться, чтобы выискать для себя выгоду.
— С родителями мальчика уже связались. Они уже скоро должны быть здесь, — ответил он.
Как же там его? Я ведь прочитала имя на табличке, прежде чем войти в кабинет. Ай да все равно! Меня ничего не связывает с этим типом, так что не обязательно запоминать, как его зовут.
— Могу я еще раз спросить, кем вы являетесь Чернышеву Никите? — спросил мужик, в который раз осматривая меня сальным взглядом с ног до головы.
Ну да, выгляжу я сегодня немного вызывающе. И в этом виноват сосед снизу и мой адвокат по совместительству! А все почему? Потому что я хочу доказать себе и ему заодно, что на нем свет клином не сошелся.
Элегантное темно-синее платье сидело как влитое, подчеркивая фигуру и выделяя грудь. Туфли на высоком каблуке, аккуратная укладка с легким макияжем. Даже я осталась довольна своим внешним видом. И судя по взгляду этого мужика, я не зря старалась.
— Если я отвечу, вам станет легче? — склонила