— Не переживай, скоро я обо всем тебе расскажу.
Мне не хотелось впутывать ее во все это раньше времени, потому что сама еще была не до конца уверена, что у меня все получится.
Олег был очень щедр и согласился на слияние наших фирм с последующим поглощение его бизнеса. И все это только ради того, чтобы встретиться с сыном. Но пока документы не будут подписаны, рано радоваться победе.
— А он что тут делает? — недовольно поинтересовалась, заметив среди гостей знакомую фигуру.
— Тут такое дело, — виновато протянула Крис. — Это я пригласила его. У нас должен был быть семейный ужин. А он все же мой отец. Только не злись, хорошо?
— Когда это Петр стал частью нашей семьи⁈ — недовольно поинтересовалась, посмотрев на дочь. — Я была не против вашего общения и молча терпела все ваши выходки. Но это уже слишком!
— Ты серьезно⁈ — ответила таким же недовольным тоном она. — Сколько еще ты будешь его игнорировать? Может, пора отбросить все предубеждения и, наконец, попытаться быть счастливой?
— С кем? С ним? — удивленно спросила и тут же раздраженно фыркнула: — Не смеши меня!
— А что не так с Петром? — бросила раздраженно Крис. — Между прочим, вы друг друга стоите! Я же вижу, что у вас взаимные чувства. Только вы оба упрямы как бараны! Никто из вас не хочет делать первый шаг. Поэтому я решила, что сама все за вас сделаю!
— Что ты уже задумала? — настороженно спросила, чувствуя, что ничем хорошим ее выходка не закончится.
— Скоро узнаешь!
И прежде чем я успела ее остановить, дочь торопливо скрылась среди гостей.
Нехорошее предчувствие поселилось в районе груди. Не знаю, что именно задумала Крис, но я обязана остановить ее до того, как праздник будет испорчен!
Взглядом отыскав среди гостей Петра, я поторопилась к нему, чтобы расспросить о планах дочери.
Я практически уверена, что ему известно, что задумала Крис. Эти двое довольно быстро сблизились. Порой я даже завидую тому, насколько легко им дается общение. Словно между ними не было стольких лет разлуки.
Каждый раз, когда я вижу их вдвоем, мое сердце сжимается от боли. Неосознанно, но я лишила дочь отцовской любви и чувствую за это вину. Если бы я только знала правду с самого начала…
Нет! Узнай я тогда, что именно произошло, вряд ли смогла бы когда-либо простить Петра. И, скорее всего, даже сейчас не позволила им общаться. А быть может, узнай я тогда правду, и жизнь моя сложилась бы иначе.
Захотела бы я рожать от насильника? Смогла бы принять дочь и любить ее, как сейчас? Уже, конечно, глупо думать о подобном. Но все же несколько раз такие мысли меня посещали.
— Что вы задумали? — спросила, подойдя к Петру, становясь прямо перед ним и заглядывая ему в глаза. Словно могу увидеть, говорит он правду или в очередной раз лжет.
— И тебе привет, — ответил он. — Давненько не виделись! Как твои дела? Смотрю, ты неплохой праздник устроила парнишке. Наверное, потратила кругленькую сумму.
— Тебя ничего из этого не должно волновать! Лучше скажи, что собирается сделать Крис? — спросила, проигнорировав его сарказм.
— Мне откуда знать?
Он отвел от меня взгляд, рассматривая гостей. Кажется, что ему не интересен этот разговор или же моя компания. И это отчего-то злит! Как он может меня игнорировать⁈
— Не смей мне лгать! — раздраженно бросила, но тут же попыталась успокоиться. Сейчас не время выяснять отношения. — Я знаю дочь как облупленную и готова поспорить, она что-то замышляет.
— Даже если так, она взрослая девочка и знает, что делает. Тебе не стоит так сильно переживать.
Спокойствие Петра лишь подтверждает мои догадки: эти двое в сговоре! Если они только посмеют испортить вечер или опозорить меня на глазах гостей, даже не знаю, что именно с ними сделаю!
— А я смотрю, тебя это совсем не беспокоит! Не удивлюсь, если и ты к этому причастен! Знай, если вечер будет испорчен, вам это так просто с рук не сойдет!
— Если ты так переживаешь, то я могу тебя заверить, что ничего плохого не произойдет, — сказал Петр, наконец посмотрев на меня.
— Говори, что происходит! — потребовала я, решив для начала послушать, что он скажет, а после решать: стоит переживать или нет.
— Хорошо, но для начала забери свои слова обратно!
— Какие слова? — не понимая его, переспросила я.
За два года я много чего ему наговорила, и в основном ничего хорошего. При дочери я была приветливой с ним. Но стоило нам остаться наедине, и я говорила все, что взбредет в голову. Бросала проклятия, признавалась, что ненавижу его и никогда не прощу.
Таким поведением я пыталась держать Петра на расстоянии. Потому что, несмотря ни на что, чувства, которые только начали зарождаться во время нашего общения, с каждой встречей с ним вспыхивали все сильнее. И сколько бы я ни пыталась забыть его, ничего не получалось.
— Которые ты бросила в своем кабинете чуть больше двух лет назад, — пояснил он.
— Нет!
Я уже не была столь уверена в своем решении. Тем не менее не собираюсь что-то менять. Раз сказала, что между нами ничего нет, значит, так оно и есть.
— Послушай, мы уже не в том возрасте, чтобы играть в подобные игры. Думаю, тебе хватило этого времени, чтобы все еще раз хорошо обдумать, — Петр говорил так серьезно, что мне стало не по себе. — Я же вижу, как ты смотришь на меня при каждой нашей встрече. Не чувствуй я то же самое, то не пытался бы сблизиться с тобой! Поэтому я еще раз спрошу тебя. Ты, правда, не хочешь дать нам шанс?
Я смотрела на него, не веря в происходящее. Неужели он не мог найти более подходящее место и время, чтобы поговорить об этом?
— Да!
Петр знает, на что нужно надавить, чтобы выбить меня из колеи. Я действительно хочу попробовать построить с ним отношения, но страх быть в очередной раз преданной сильнее меня.
А быть может, я просто привыкла жить одна и боюсь перемен?
— Это окончательный твой ответ? — настаивал Петр.
— Да!
Неожиданно я поняла, что мой ответ прозвучал слишком громко для зала, наполненного людьми и играющей музыкой. Нахмурившись, не понимая, что происходит, я посмотрела в зал и заметила, что все присутствующие смотрят на нас, широко улыбаясь.
Вдруг кто-то из гостей начал