— Ой, скоро же занятия! — прервал его я. — Господин директор, мне нужно…
— У вас нет занятий, Сергей Викторович, — хитро улыбнулся Палыч. — Вы что ж, забыли? Это ведь я составляю расписание!
Зараза!
— У вас целых два окна, — продолжил он. — Мы как раз успеем всё решить… Впритык, конечно, придётся поднапрячься. Но поверьте мне, без вас никуда!
— Эх-х-х… ладно, — вздохнул я недовольно. — Пойдёмте. Быстрее начнём, быстрее закончим.
Мне кажется или директор будто за что-то мне мстит? Вот же хитрый жук!
Я всегда подозревал, что он хитрее и смышлёнее Соломона. И вот, пожалуйста — Соломон низложен, Палыч скоро получит лучшего завуча из всех возможных, а я по собственной инициативе уже восстанавливаю один из старых корпусов и организовываю масштабную программу по подготовке первоклассных магов.
Хорошо, что мы на одной стороне.
━─━────༺༻────━─━
В кабинете заведующего по учебной части, немногим позднее…
Лена немного нервничала… Хотя ну что там уж таить. Она очень нервничала!
Такое повышение свалилось на неё слишком неожиданно. И хотя она этого желала всей душой, кажется, оказалась не совсем готовой к подобной ответственности.
Ко всему прочему, ей ещё придётся несколько дней вплотную общаться с Соломоном Адамовичем Вельциным. Прежде чем приступить к своим обязанностям завуча…
«Завуча»…
От этой мысли всё же стало теплее на душе, и лёгкая улыбка сама по себе появилась на её лице.
— Елена Алексеевна… Елена Алексеевна, вы меня слышите?
— А? Д-да, Соломон Адамович, — отозвалась Лена, которая ненадолго погрузилась в размышления.
Вельцин улыбнулся своими тонкими бледными губами, отчего разум будто окатило холодной водой.
— Вот в этой папке все журналы для заполнения, — он указал на полку в шкафу, заставленную кучей папок, подписанных от руки ровным, даже каллиграфическим почерком.
— А разве всё это не перевели в цифровой формат? — удивилась Лена.
— Мою работу ещё никто не переводил, — процедил Вельцин. — Ах да! Ещё нужны сводные отчёты на основе данных от всего педагогического состава. Вот их нужно запрашивать через академическую сеть.
Соломон нахмурился, будто о чём-то задумался. А затем продолжил:
— Эта часть да, оцифрована. Но самое сложное — добиться, чтобы каждый из учителей сделал свою работу вовремя и правильно. И не забыл передать вам все данные, конечно. Иначе вам придётся сводить всё в одну таблицу в последний момент. Удачи на этом поприще, Елена Алексеевна, вы будете удивлены безалаберностью многих… коллег.
— С-спасибо, — тихо произнесла Лена.
Соломон Адамович замолчал и ещё более задумчиво окинул взглядом свой рабочий кабинет. Свой бывший рабочий кабинет, если точнее. Он задержал взгляд на картине, которая висела над небольшим кожаным мягким диванчиком.
На этой картине был изображён древний витязь, свергающий трёхглавого дракона — чудище, к счастью, бывшее лишь легендой Древних.
Соломон как-то странно нахмурился. Лена заметила это и вдруг почувствовала, как понемногу проникается теплотой к нему. Всё-таки как бы ни был противен Вельцин и сколько козней ни устраивал всем вокруг, для него это место было чем-то важным. По крайней мере, Лене так показалось.
— Соломон Адамович, можно вопрос? — решилась Лена.
— Да? — всё так же задумчиво отозвался он.
— Вам очень нравится эта картина? Если хотите, можете её забрать. Не думаю, что Василий Павлович будет…
— Нет-нет-нет, — замотал головой Соломон. — Она висела здесь ещё до моего прихода. Так что пускай останется в академии.
Вдруг он улыбнулся и посмотрел на неё. И хотя сперва Лена почувствовала, как по спине пробежали мурашки, всё же приняла эту улыбку за проявление некой доброты.
Сейчас Соломон Адамович показался ей немного с другой стороны — как ответственный и где-то даже честный человек.
Вообще-то она думала, что он покинет академию как можно скорее. Но вместо этого Вельцин сам вызвался передать рабочие дела подобающим образом своей преемнице. И это несмотря на то, что свой пост он покинул не по собственному желанию и уж точно рад был видеть на своём месте Лену.
— Хорошо, Соломон Адамович, — улыбнулась Лена. — Давайте приступим. Наверное, стоит начать…
Она задумалась, оглядывая рабочее пространство. На самом деле у Соломона здесь осталось очень много дел! Поэтому она искренне благодарна ему за то, что он решил остаться. В одиночку разбираться со всей этой галиматьёй было бы очень и очень сложно. Уже сейчас мозг хотел взорваться, как только она думала, сколько работы предстоит.
Скорее всего, придётся просить Ингу заняться обстановкой учебного корпуса «номер 13». Лена точно не успеет справиться со всеми делами сразу.
— Вот эти документы! — она указала на целый шкаф, который выглядел самым сложным. И чуть наклонилась, чтобы прочитать название на ближайшем корешке. — «Финансы и…»
— Нет, нет, Елена Алексеевна, — прервал её Соломон Адамович.
Он это сделал слишком уж резко и даже сменил тон. Но Лена откинула подозрения, промелькнувшие где-то в глубине мыслей, и последовала за ним к другой полке.
— К этому мы с вами приступим в самом конце, — пояснил Соломон Адамович. — Здесь, понимаете ли, как в головоломке. Нужно начать с простого, чтобы прийти к сложному. Тем более что вы там ничего не поймёте, если приступим прямо сейчас. Так что сначала мы с вами изучим структуру всей отчётности, ознакомимся с программами, списками и прочее, и прочее. И только затем приступим к тому шкафу!
Он привёл её к тяжёлому, мягкому, обитому кожей креслу за тяжёлым письменным столом стоимостью, наверное, как вся учебная аудитория, где она работала с учениками.
— Присаживайтесь, Елена Алексеевна, — учтиво произнёс бывший завуч. — И привыкайте! Работа завуча — это не только пугать учителей одним своим видом. Этот стол и этот стул станут вашими самыми близкими друзьями.
Соломон Адамович улыбнулся. Эта улыбка тоже вызвала лёгкую дрожь, но она всё же улыбнулась в ответ, и вполне искренне.
Быть может, Соломон Адамович Вельцин не такой уж и плохой человек, как она считала раньше?
━─━────༺༻────━─━
Документы…
Ненавижу документы!
У меня было всего два окна. И все эти два окна Палыч заставил меня изучать, читать, подписывать, одобрять и отклонять грёбаные документы!
Сколько нужно бумаги извести, чтобы организовать внеурочные занятия?
Мы наверняка извели бы целую рощу древ, используй для производства их монстрячьи тушки.
Я даже пожалел, что взял на себя целый учебный корпус. Думал, если