— Ладно, тиран ты эдакий, — игриво сказала я, сокращая расстояние между нами.
Он притянул меня к себе и завладел моим ртом с такой властностью, что пальцы на ногах подогнулись, а «женские прелести» снова встали по стойке смирно. Черт, как он умудряется так быстро меня возбуждать? Моя киска всё еще ныла после самой дикой поездки в её жизни. И всё же, я снова томилась от желания, пока его порочный язык хозяйничал у меня во рту.
Его рука скользнула по моей заднице, крепко сжав правую ягодицу, пока он прижимал меня к своему тазу. Мой демон обожал мой зад. И я не могла его винить. Из всех моих внешних данных я не могла отрицать, что попка у меня — что надо.
Повторный звонок в дверь заставил меня вскрикнуть прямо ему в губы. Я оттолкнула его, пока он самодовольно посмеивался. Я сердито посмотрела на него и в наказание щелкнула его по члену. Он охнул, и на его лице отразилась странная смесь шока, возмущения и веселья.
— До встречи. И веди себя хорошо, пока меня нет, — пропела я и выскочила из дома под его сексуальный смех.
Я забрала машину и поехала прямиком в молл. Всю дорогу я снова начала ставить всё под сомнение. Какого черта я творю? Как я умудрилась за один день пройти путь от разбора барахла бывшей соседки до того, что меня в хвост и в гриву трахает демон?
Я же ни черта о нем не знаю.
Конечно, всё, что я прочитала в сети после того, как он подсказал правильное написание, совпадало со словами Софии. Честно говоря, её фраза о том, что я буду дурой, если не оставлю его себе, сыграла главную роль в падении моей обороны. Но это всё равно было так на меня не похоже.
Секс был выше всяких похвал. Я не представляла, как смогу согласиться на кого-то другого после такого. Сравнение было бы просто невозможным. Но не истощает ли он меня? Он поклялся, что не будет, и я не чувствовала ничего, что указывало бы на обратное. Однако можно ли это вообще почувствовать?
И что это значит для будущего? Если я когда-нибудь встречу мужчину, с которым захочу создать семью, он никогда не смирится с тем, что у меня есть демон-любовник — не то чтобы я когда-либо захотела изменить партнеру. И я сильно подозревала, что Вазул тоже не захочет меня ни с кем делить. Не совсем понятно, почему это должно его расстраивать. В конце концов, как секс-демон, он, по идее, должен быть не прочь трахнуть всё, что движется. И всё же, на каком-то нутряном уровне я искренне верила: он испепелит любого самца, который посмеет ко мне принюхаться.
Всё дело в том, как он сказал, что я — его.
Эта мысль заставила меня задуматься. Прямо перед тем, как кончить в меня, он действительно заявил на меня права с такой собственнической страстью, которая не допускала иных толкований. Несмотря на то, что он называл себя моим верным слугой, нутро подсказывало мне: он тоже считает меня своей собственностью.
Что я за фрик такой, если мне это нравится?
Да, с моим демоном под боком о других парнях можно было забыть. Впрочем, судя по тому, что я прочла — и что он подтвердил, — единственный способ расстаться заключался в смерти одного из нас. Так что я застряла с ним, а он со мной. Бывают ситуации и похуже.
Но это также означало, что мне нужно справить ему легальные документы. Поскольку тайный мир магии продолжал развиваться в тени, мне придется обратиться в Совет Ведьм за помощью в оформлении его бумаг.
Уже не в первый раз я корила себя за то, что не занималась ремеслом всерьез. Я ничего не знала о призванных демонах. Поскольку я никогда не была жадной до власти, я лишь баловалась мелкими бытовыми заклинаниями — вроде того заклятия силы, что использовала сегодня утром. Официально я не принадлежала ни к одному ковену, что делало меня довольно уязвимой и лишало ресурсов, которыми пользовались те, кто вовлечен в это более серьезно.
Появление Вазула в моей жизни потребует немало перемен. Что еще важнее, мне нужно будет серьезно сесть с ним и обсудить наши будущие отношения. Я была не против парня-демона, но мне не нужен был раб. Он несколько раз назвал меня Хозяйкой, и это вызывало у меня дискомфорт. Нужно найти способ удовлетворить его потребность в выполнении задач так, чтобы это не делало его прислугой.
Словно подтверждая, что дела идут в гору, я быстро нашла парковку у входа и поспешила внутрь. Заранее спланировав маршрут, я прямиком направилась в главный магазин мужской моды и набрала основы. Следовало бы расспросить его о предпочтениях. Конечно, я брала всего лишь белье, носки, пару брюк и рубашек, но я даже не знала, какие цвета ему нравятся. Поскольку его человеческая форма была значительно массивнее демонической, я сосредоточилась на покупках именно для нее. Подозреваю, что дома, в своем естественном облике, Вазул не станет утруждать себя лишними слоями одежды.
Подобрав пару туфель и снова отругав себя за то, что не сняла мерки, я направилась к кассам. Я только что забрала кредитку у кассира и убирала её в кошелек, когда за спиной раздался знакомый голос.
— Какая встреча! — произнесла Анжелика тем самым раздражающим томным голосом, который она всегда использовала, думая, что звучит соблазнительно.
Я мысленно застонала, поворачиваясь к ней. Я была не готова к этой конфронтации так скоро, когда еще пыталась разобраться в собственных чувствах к моему демону. Она взглянула на два увесистых пакета, в то время как кассир укладывал последнюю рубашку. В её глазах вспыхнул азартный огонек, и то, как они слегка сузились, не предвещало ничего хорошего.
— Кто-то явно устроил набег на магазины, — сказала Анжелика с фальшивым восторгом. — И притом в мужском отделе! Что происходит? Есть новости, которыми хочешь поделиться?
Я подавила желание заерзать, гадая, как много — или как мало — она знает. Сомневаюсь, что София проболталась без моего согласия. Поскольку больше никто не в курсе, я могла только молиться, чтобы Анжи тоже оставалась в неведении и не вспомнила, что оставила свое яйцо в квартире.
— Привет, Анжелика, — вежливо ответила я. — Я думала, ты уехала из города.
Она небрежно махнула рукой.
— Уезжала. Но пришлось вернуться раньше, чтобы разобраться с крупным заказом. Знаешь, какими нетерпеливыми бывают богатые покровители.
— Ясно. Так почему же ты не заглянула в квартиру за своими вещами? — спросила я и тут же внутренне поморщилась: я сама подняла тему, которой хотела пока избежать.
Мой проклятый язык меня погубит. Но мне действительно хотелось уличить её во вранье.
Она изобразила крайне неискреннее потрясение, прижала ладонь к груди и виновато посмотрела на меня.
— Ох, черт! Мне так жаль. Совершенно вылетело из головы. На меня столько всего навалилось.
— Охотно верю. Что ж, я вывезла твои вещи, чтобы миссис Хопкинс не выставила нам счет за клининг.
— О-о-о, ты всегда такая милашка! — воскликнула она в той покровительственной манере, от которой мне всегда хотелось расцарапать её хорошенькое личико и выколоть эти невинно-голубые глазки. — Я ценю это. Если ты не против подержать их у себя еще пару дней, я организую доставку, чтобы их забрали из твоего дома.
— Конечно, без проблем.
Я взяла чек у кассира, бросила его в один из пакетов и подхватила их, собираясь уходить.
— Так ты мне и не сказала, для кого эти вещи, — произнесла Анжелика притворно дружелюбно, хотя я не упустила жесткий блеск в её глазах, намекающий на то, что я никуда не уйду, пока не отвечу на вопросы.
— Для моего парня, — ответила я, пожав плечами.
Её глаза округлились от искреннего шока.
— Парня?! Я и не знала, что ты с кем-то встречаешься. И кто он?
— Ты его не знаешь, — отрезала я уклончиво.
— А ты попробуй, назови имя, — настаивала она.
— Уверяю тебя, ты его не знаешь, — повторила я, слегка вздернув подбородок в акте молчаливого неповиновения.
На её привлекательном лице так быстро мелькнул гнев, что большинство людей этого бы не заметили. Но год жизни в одной квартире научил меня распознавать все предвестники беды. Она откинула длинные платиновые волосы за плечо, окинув меня жадным и оценивающим взглядом.