– А как же наша ляля? У нас будет ляля, Кирюш…
Ляля.
А-а-д.
– Мы всегда предохранялись, – продолжал гнуть свою линию.
– Не всегда, – она лукаво подмигнула.
Звездец!
Я же был уверен. Был.
А самое страшное… Понятия не имел, как сказать об этом Алине… Сюр какой-то. Меня трясло от мысли о том, какой будет ее реакция. Я не мог допустить нового витка ее переживаний, ведь даже если генетическая экспертиза подтвердит мое отцовство, Лизы в нашей жизни не будет.
– Пообещай мне кое-что… – посмотрел куда-то сквозь нее.
– Конечно, Кирюш!
– Ни слова Алине. Ни одного гребанного слова. Не вздумай писать ей или звонить. А теперь уходи!
Прижавшись к Алине, я по инерции ее обнял, скользнув кончиками пальцев от ее запястья к фалангам. Проплакав часть вечера, моя девочка уснула. Задержав ладонь на ее маленькой теплой ручке, я нащупал там кое-что…
В подсобке Алина сняла кольцо, а теперь оно вновь покоилось на ее безымянном пальчике.
– Ты Сокровище… Лебедева Алина, – прохрипел я, невесомо целуя любимую женщину в висок.
* * *
Алина
Когда за Вороновым закрылась дверь, я присела на кровати и сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями.
С утра в голове немного прояснилось, однако мне все еще не хотелось обсуждать с Кириллом эту тему. Вообще не хотелось с ним общаться, если уж быть до конца откровенной, о чем я ему прямым тексом и сообщила.
К счастью, он не стал настаивать и все-таки отправился на работу.
Меня душили самые противоречивые эмоции. Разум боролся с сердцем. Все это было очень обидно и больно. Тяжело принять. Увы, иногда даже самые близкие и родные люди сами того не желая причиняют адскую боль.
Нравится Воронову или нет, но за свои поступки нужно нести ответственность. Перед этим не рожденным малышом – в первую очередь. Ребенок точно не выбирал себе подобный сценарий…
Однако как бы я ни злилась и ни обижалась на Воронова, это не уменьшало моей любви. Наши чувства – то, что стоит беречь. Но мне нужно было время, чтобы смириться – у Лизы будет ребенок от моего Кирилла.
С такими мыслями я на такси добралась до «Патриков» и даже каким-то чудом доработала до обеда. Я отвлеклась на записи в своем блокноте, а когда подняла голову, почувствовала, как в горле образуется неприятный шершавый ком…
Лиза сидела за одним из центральных столов.
Сначала я опешила… В груди вновь все забурлило от негодования. Зачем она пришла? Не хватило вчерашнего перформанса? Решила продолжить гробить мою нервную систему?
Судя по её насквозь фальшивой улыбке, именно за этим она и явилась. Однако я уже отошла от эмоционального нокаута и не собиралась больше выступать в качестве мишени для ее извращенных нападок.
Напротив, эта неописуемая наглость подняла во мне разрушительную волну гнева. Хочешь снова поиграть на моих нервах? Ну, попробуй…
Я готова была держать удар.
– Алин, там Лиза… – Инга замялась, – Сказала, что ей не нравится запах в ресторане… Её от него тошнит. Кажется, она… – официантка подняла на меня взгляд, полный сочувствия и жалости.
Вот, значит, как… Тошнит ее. И болтает об этом направо и налево. Дрянь.
К слову, меня от ее манипуляций, связанных с беременностью, тоже уже порядком тошнило. Вдруг вспомнилась излюбленная фраза моей преподавательницы по клинической психологии: «Если хочешь быть счастливым – будь им».
Ну что ж…
Сократив расстояние, я остановилась около ее стола, сложив губы в некое подобие улыбки.
– Здравствуй, Алина. Как дела? – нараспев протянула эта нахалка.
– Прекрасно! – Я демонстративно поднесла руку с кольцом к лицу, словно невзначай заправив за ухо выбившийся из прически локон.
Маска непоколебимого превосходства моментально сползла с Лизиного лица. Очевидно, она была уверена, что я тотчас отойду в сторону, преподнеся ей на блюдечке своего мужчину. Размечталась! Не для того Воронов столько трепал мне нервы, чтобы я отдала его другой.
– А ты ушлая! – зло процедила она.
– Ну, до тебя мне еще расти и расти, – пожала я плечами.
– Мы с Кириллом теперь будем часто видеться. Все-таки общий ребенок, первенец… – Лиза хмыкнула, обхватывая кофейную чашку тонкими пальцами. – Уверена, он до сих пор просто не осознает своего счастья…
– Да, Кирилл, безусловно, будет часто проводить время со своим ребенком. Но причем здесь ты? – спросила я сухо.
– Как это «причем»? Я его мать! Мы были так счастливы, пока не появилась ты!
– Прекрати врать! – резко осадила я ее.
– Врать? – Лиза вылупила на меня свои ярко подведенные наглые глаза. – А с чего ты…
– С того, что он мой! И всегда был моим. Я не ревную его к прошлому. Не к чему там ревновать… Мне жаль, если ты этого не понимаешь.
На некоторое время между нами установилась гнетущая тишина. Смотрели друг на друга. Пристально. Долго. Глаза в глаза. Я прямо-таки ощущала на себе десятки любопытных взглядов посетителей и коллег. Догадывалась, что Инга уже раструбила всем о возможной беременности Лизы. Прямо драма по классике…
– Ну, а ваш малыш… – я сделала судорожный вздох, – он ни в чем не виноват. Дети – это дар божий. Уверена, Кирилл будет хорошим отцом.
У Лизы на миг даже рот приоткрылся. Она шумно втянула воздух ноздрями. Гулко выдохнула. А я закусила губу, собираясь с мыслями.
Несмотря на всю боль, которую доставлял мне этот разговор, я говорила вполне искренне. За эту бессонную ночь я осознала одну важную вещь.
Я буду бороться за нашу любовь.
Как бы я на Кирилла ни злилась за «молчание во благо моего спокойствия и душевного равновесия», я не отдам его другой. Ни из-за чужого ребенка, ни из-за восстания кровожадных зомби или внезапного конца света. Пусть лучше мир в труху, но Кирилл Воронов останется со мной.
И точка.
Он отец моих будущих детей, а в том, что они у нас будут, я даже не сомневалась. И хотелось верить, я найду место в своем сердце и для этого малыша. В конце концов, в нем течет кровь моего любимого мужчины.
Когда-то я уже отпустила Кирилла, наплевав на свои чувства. Тогда мне казалось, я поступаю правильно, ведь на кону стояла жизнь родного отца. Но тот мой выбор, увы, никого не осчастливил. Мы потратили в пустую пять долгих лет…
– Решила играть в святошу? Какая же ты жалкая… – Лиза вызывающе громко рассмеялась, вновь привлекая к нам внимание.
– Я ни в кого не играю, – отстранённо пожала плечами я, – и я не уводила его у тебя. Просто… мы с